Иоганн улыбнулся и взял ее за руку.
– Я буду беречь тебя, обещаю. Отныне и вовек.
– Как ты… – Маргарита смахнула золотистую прядь с лица. Воздух дрожал от зноя. – Как ты…
Внезапно голос ее переменился, он зазвучал низко и гулко, словно доносился из колодца и принадлежал кому-то чужому…
Чему-то неизмеримо злому.
– КАК ТЫ УБЕРЕГ МАРТИНА? ТЫ ПРЕЗРЕННЫЙ ТРУС! НИЧТОЖЕСТВО!
В это мгновение солнце скрылось за облаками, и на лицо Маргариты легла тень. Черты ее исказились, и теперь это было лицо Мартина, синьора Барбарезе, Тонио, Жиля де Ре…
Жиль де Ре, прекрасный рыцарь.
– Лучше я изловлю сразу двоих; одного буду убивать, а второго заставлю смотреть, – сказала Маргарита, и губы ее расплавленным воском стекли на землю.
Иоганн хотел закричать, но из груди вырвался лишь клекот. Его отрезанный язык лежал перед ним в пыли.
Раздался гром, возвещая скорую грозу, рожь волнами колыхалась на ветру. Послышались шаги, резкие, словно коса секла по траве. Кто-то шел через поле, ш-ширх, ш-ширх, шаги все приближались…
Ш-ширх, ш-ширх…
Еще ближе.
Ш-ширх, ш-ширх…
– Кто боится черного духа? – спросила Маргарита, и голос ее звучал хриплым шепотом.
– Никто, – отозвался Иоганн.
– А если он придет?
– А мы прочь сбежим!
Ш-ширх, ш-ширх… ш-ширх, ш-ширх… ш-ширх…
Полил дождь. Иоганн вскочил и бросился бежать. Капли хлестали его по лицу. Через некоторое время он вдруг понял, что в страхе совсем позабыл о Маргарите.
Когда он обернулся, ее уже не было.
– Маргарита! – прокричал Иоганн сквозь грозу и ветер. – Маргарита, где ты?
Он стал озираться в отчаянии. Вон она! Она стояла посреди ржи и махала ему. Но когда Иоганн бросился в ту сторону, там оказалось лишь пугало. У пугала были черные глаза-пуговицы, острые как иглы.
– Где ты? – прокричал Иоганн.
– Я в аду, – ответила Грета, его дочь, пугало с глазами-пуговицами. – Найди меня в аду.
И неуклюже побежала на ногах-метелках. Она все уменьшалась, стала точкой на горизонте, пока дождь наконец не смыл ее. И только голос еще разносился над полями.
– Найди… меня… в аду…
Мальчик, которого некогда, еще в прошлой жизни, звали Иоганном, проснулся с хриплым криком. Лицо его взмокло от пота, во рту было сухо, как в пустыне.
– Маргарита! – прохрипел Иоганн. – Останься! Грета…
– Вы в безопасности, доктор, – послышался голос рядом. – Все будет хорошо.
Иоганн открыл здоровый глаз, и на него обрушились воспоминания. Над ним нависло озабоченное лицо Вагнера. Юноша вытер ему лоб мокрой тряпкой. Краем глаза Фауст разглядел источенный жуками дощатый потолок, подернутое паутиной окно, в которое лился солнечный свет, узкую кровать, устланный тростником пол и ночной горшок. С улицы долетал праздничный шум: раздавались веселые крики, гремели фанфары и тамбурины.
– Где мы? – спросил Иоганн. Его по-прежнему мутило, и голова болела, и все же чувствовал он себя немного лучше.
– В трактире, – ответил Вагнер. – Недалеко от церкви. Вы потеряли сознание, и я притащил вас сюда. Вы проспали несколько часов. – Он устало улыбнулся. – Трактирщик принял нас за пьяных проповедников и выделил комнату под крышей. Место не самое приятное, зато лишних вопросов никто не задавал.
Иоганн вновь почувствовал повязку на лице и пустую глазницу под ней. Он застонал и осторожно тронул левую часть лица. Тряпки, похоже, были чистыми.
– Я хоть и недолго проучился в университете, но кое-что все-таки усвоил, – сказал Вагнер и с беспокойством взглянул на своего пациента. – Тут неподалеку оказалась аптека, и я на последние деньги купил кое-каких трав, чтобы остановить кровотечение… – Он сделал паузу. – Наш доктор в университете говорил, что необходимо прижечь рану и смазать ее кашицей из яйца и пепла. Но я от такой процедуры воздержался. Теперь уж раны хотя бы как следует перевязаны… А дальше время покажет.
– Спасибо…
Иоганн медленно поднялся на отсыревшей постели. Голова до сих пор кружилась от дурмана.
– Воды, – попросил он.
Карл протянул ему кружку, и Фауст сделал несколько жадных глотков.
– Что это за шум снаружи? – спросил он и вытер пересохшие губы.
– Это Шембартлауф, праздник начался примерно час назад, – Вагнер пожал плечами. – Ряженые пляшут по всему городу и дурачат зрителей, а под конец будут штурмовать огромного слона из досок и холстины. Я видел его, он стоит недалеко от церкви. Действительно, впечатляющее…
Иоганн выронил кружку, и та со звоном разбилась.