Зрители одобрительно забормотали, и Арчибальд повернулся к Саломе.
– Что ж, прекрасная принцесса, приготовь волшебную тинктуру. – Он подавил икоту. Затем показал на флаконы, из которых Саломе по несколько капель добавляла в ведро. – Слезы влюбленного юноши, три унции жидкого свинца и сок померанца, сорванного в садах Эдема…
– И ни капли вина! Вино он оставил себе! – выкрикнул насмешник из первых рядов.
Но публика никак не отреагировала. Все в напряженном ожидании смотрели на ведро. Арчибальд между тем продолжал заплетающимся языком:
– Слюна дракона из далекой Индии и перемолотый перец, мускат и гвоздика, всего по одной щепотке!
Саломе насыпала в ведро немного порошка, затем поклонилась и отступила в сторону. Старик погрузил свой посох в смесь, и вдруг из ведра повалил синий дым. Окутав Арчибальда, точно святого, он на какое-то время скрыл его от людских взоров.
– Семь да еще семь тайных формул Гермеса! – бормотал магистр, поводя посохом в дыму. – Пепел к пеплу, прах к праху и… древо к злату!
Он шагнул из дыма и поднял посох над головой. Над толпой пронесся ропот изумления.
Конец посоха переливался золотым блеском.
– Чудо свершилось! – воскликнул Арчибальд и поклонился, при этом едва не свалившись.
Раздались восторженные крики, несколько рук уже тянулись к посоху. Но вперед шагнул могучий Мустафа, и люди отступили.
– Магистр Арчибальд, утомленный после содеянных чудес, вернется в повозку, – объявил скрипач, бросив суровый взгляд на старика. – После представления вы можете взглянуть на святыни, которые мудрец привез с земли Востока. Среди прочего – солома из Вифлеемских яслей и перо из крыла архангела Гавриила! Вход по крейцеру с человека. – Он широко улыбнулся. – Если кому-то это не по карману, тот может для начала выиграть пару монет. Это проще простого!
Он щелкнул пальцами, и Мустафа принес столик, который в его руках выглядел как игрушечный. Когда же скрипач достал из кармана три колпачка и положил на стол, Иоганн понял, что пробил его час.
– Поверьте мне, заработать монетку-другую еще никогда не было так просто, – сказал рыжий. – Все, что требуется, это внимательный взор и быстрый ум. – Он показал всем горошину. – Я спрячу эту горошину под один из колпачков и перемешаю их. Кто угадает, где лежит горошина, получит вдвое больше поставленного! Ну, есть тут смельчаки?
Самые любопытные решили попытать счастья. Двое поставили по крейцеру и угадали. Скрипач с явным недовольством отдал им выигрыш. Люди осмелели и стали ставить больше. Правда, теперь монеты все чаще доставались скрипачу.
Иоганн хмыкнул. Он так долго упражнялся в этом трюке, что мог бы проделать его с завязанными глазами. Фокус состоял в том, чтобы при перемещении колпачков спрятать горошину в ладони – и подложить под другой колпачок. Чтобы все получилось, зрители должны были иногда выигрывать. Порой артисты даже платили людям, которые якобы проходили мимо и подыгрывали им.
Иоганн вдруг понял, как ему заработать еще несколько монет.
Он подождал, пока вокруг стола не поутихнет шум, после чего подошел и робко протянул скрипачу монету. Тот улыбнулся.
– А, еще один желает попытать удачу! Что ж, мальчик мой… – Он стал медленно передвигать колпачки. – Положи монету там, где, по-твоему, лежит горошина.
Иоганн положил монету и угадал, что не сильно его удивило. Артист хотел пробудить в нем азарт.
– Теперь у тебя два пфеннига, а у меня ни одного, – вздохнул скрипач. – Хочешь попробовать еще раз?
Иоганн кивнул, и скрипач вновь принялся перемещать колпачки. В этот раз Иоганн заметил, как он спрятал горошину в ладони и переложил под другой колпачок. Он был хорош в своем деле, но недостаточно. Юноша положил монету перед нужным колпачком, и улыбка на лице скрипача застыла.
– Снова угадал, мое почтение. – Он махнул Саломе. – Будь столь любезна, принеси юноше два пфеннига из наших запасов. Я держу свое слово, – и смерил Иоганна взглядом. – Еще разок?
– Почему бы и нет? Что я, в конце концов, теряю? – Иоганн ухмыльнулся и положил на стол четыре монеты. – Я ведь начал с одним-единственным пфеннигом.
В этот раз скрипач так быстро перемещал колпачки, что едва ли можно было уследить за его движениями. Но Иоганн снова угадал. Вокруг собралась толпа; люди посмеивались, глядя, как артист со скорбной миной отсчитывает монеты.
– А ты хорош, – сквозь зубы процедил скрипач и внимательно поглядел на Иоганна. – Уже играл, не так ли?
– Я хочу сыграть еще раз, – заявил тот, оставив вопрос без внимания, и положил на стол горсть монет. – На все.