Он кивнул с облегчением:
— Да! Да, именно так. Я ищу… эм… таверну «Золотая рыба».
— «Золотая рыба»? — я наморщил лоб. — Странно. Такой таверны в городе нет. Есть «Железный кубок», есть «Серебряная монета», а вот «Золотой рыбы» — нет.
Лицо парня снова побледнело.
— Тогда… может быть, «Серебряная монета»?
— Возможно, — кивнул я. — А кто тебе про неё рассказал? Может, я знаю этого человека?
— Никто… то есть, случайно услышал…
Я решил не мучить бедолагу дальше. Урок он получил, испугался — значит, информацию о нашей встрече передаст заказчику. А заказчик поймёт, что его шпион раскрыт.
— Ладно, — добродушно сказал я. — Вон оттуда направо, потом прямо до площади, там увидишь вывеску. Удачи тебе.
Парень кивнул и практически убежал.
Я же остался в переулке, обдумывая ситуацию. Слежка была установлена недавно — максимум неделю назад. Значит, что-то конкретное привлекло внимание к моей персоне.
Скорее всего, проверки поставщиков. Или анализ коррупционных схем. А может быть, и то, и другое.
Что ж, игра становится интереснее. Теперь я знаю, что меня изучают. Значит, пора начать изучать тех, кто меня изучает.
Двумя днями позже трактирщик Марин попросил меня задержаться после ужина. В его поведении чувствовалась странная нервозность — то и дело поглядывал в сторону кухни, вытирал руки о фартук, хотя они были сухими.
— Лекс, — тихо сказал он, когда последний посетитель покинул зал, — нужно поговорить. Серьёзно поговорить.
Я отложил кружку с элем и внимательно посмотрел на хозяина заведения. Марин служил в легионах двадцать лет, видел всякое. Чтобы его взволновать по-настоящему, требовалось нечто существенное.
— Слушаю, — коротко сказал я.
— Сегодня утром ко мне приходил человек, — Марин понизил голос до шёпота. — Незнакомый. Хорошо одетый, с дорогими украшениями. Расспрашивал о тебе.
Моя рука невольно сжалась на рукояти кинжала.
— Что именно спрашивал?
— Всё. Когда приходишь, с кем встречаешься, о чём разговариваешь. Какие у тебя привычки, кого из местных знаешь, куда обычно ходишь в свободное время.
Я откинулся на спинку скамьи. Значит, дело серьёзнее, чем я думал. Простой слежки им мало — они хотят составить полный профиль моих действий и связей.
— И что ты ответил?
— Что ты хороший человек, честно служишь легиону, никого не обижаешь. Ничего компрометирующего не сказал, это точно.
— Хорошо. А дальше что?
Марин неловко повозился на месте:
— Дальше… дальше он сказал, что готов заплатить. Заплатить хорошо за информацию о твоих планах, встречах, настроениях. Особенно интересуют его твои служебные дела — что ты проверяешь, кого подозреваешь, какие изменения планируешь.
Сумма, которую назвал Марин, заставила меня присвистнуть. Двадцать серебряных денариев в месяц только за информацию. Это больше, чем зарабатывает средний ремесленник за полгода.
— Серьёзные деньги, — заметил я. — Значит, серьёзный заказчик.
— Да, — кивнул Марин. — Поэтому я и решил предупредить тебя. Этот тип говорил так, будто привык, что ему не отказывают. И деньги показал сразу — настоящие, не подделка.
Я задумался. С одной стороны, ситуация тревожная — кто-то готов серьёзно потратиться на изучение моей деятельности. С другой стороны, это же и возможность. Возможность узнать, кто именно за мной охотится.
— Марин, — медленно сказал я, — а что, если мы разыграем небольшой спектакль?
— В смысле?
— Согласись на его предложение. Скажи, что готов предоставлять информацию за деньги. Но информацию будешь получать от меня.
Трактирщик нахмурился:
— Не понимаю.
— Очень просто. Я буду рассказывать тебе, что происходит в легионе — частично правду, частично выдуманные истории. Ты будешь передавать эти сведения своему покупателю. А заодно попытаешься выяснить, кто он такой и чего хочет.
— Опасно, — покачал головой Марин. — Если он поймёт, что я его обманываю…
— Не поймёт. Ты же бывший легионер, знаешь военные термины, можешь правдоподобно рассказать о том, как устроена служба. А я дам тебе достаточно настоящих деталей, чтобы всё выглядело достоверно.
Марин долго молчал, обдумывая предложение.
— А что мне с этого? — наконец спросил он.
— Во-первых, деньги. Двадцать серебряных в месяц — неплохая прибавка к доходам таверны. Во-вторых, моя благодарность. А она, поверь, стоит дорого. В-третьих… — я понизил голос. — Марин, в легионе грядут большие перемены. Будет много возможностей для тех, кто поддержит правильную сторону.
— Какие перемены?