Когда молодой подошёл к нему и что-то быстро сказал, всё стало ясно. Это координатор. Человек, который даёт команды, но сам остаётся в стороне.
Пятое правило: организуй контрнаблюдение.
Я спустился со склада и направился к таверне Марина. По дороге успел передать записку знакомому мальчишке, который крутился возле конюшен:
— Отнеси это Гарену-кузнецу. Скажи, что от Лекса. И чтобы никто не видел.
В записке я просил Гарена прийти в таверну через час и принести двух своих учеников. Нужны были дополнительные глаза.
В таверне я рассказал Марину о том, что обнаружил:
— Четыре человека минимум. Работают координированно. У них есть руководитель операции, который остаётся в стороне.
— Много, — покачал головой трактирщик. — Значит, заказчик серьёзный.
— Да. И это нам кое о чём говорит.
— О чём?
— О том, что мы напали на правильный след. Такие ресурсы не тратят на мелочи.
Пришёл Гарен с двумя молодыми парнями — своими учениками.
— Лекс, — коротко поздоровался кузнец, — твоя записка звучала срочно.
— Так и есть. Мне нужна помощь в небольшом расследовании.
Я объяснил ситуацию и показал описания людей, которые вели за мной наблюдение.
— Хочу знать, кто они такие, где живут, кто их нанял. Можете помочь?
— Конечно, — кивнул Гарен. — Мои парни знают город как свои пять пальцев. Найдём твоих шпионов.
— Только осторожно. Не дайте понять, что их изучают. Просто наблюдайте и запоминайте.
— Понятно. А что делать, если они заметят слежку?
— Отступайте сразу. Ваша безопасность важнее информации.
Когда кузнец с учениками ушёл, Марин спросил:
— А что дальше?
— Дальше мы узнаем, кто наши враги. И начнём охоту на охотников.
Через два дня у меня была первая порция результатов. Гарен и его ученики поработали на совесть.
— Рыжий ремесленник — не ремесленник, — докладывал старший из учеников, паренёк по имени Том. — Живёт в дорогих апартаментах над лавкой Меркатора. Руки у него чистые, мозолей от инструментов нет. А одевается скромно только когда идёт на дежурство.
— Интересно. А женщина?
— Та что торгует пирожками? Тоже фальшивка. Настоящие торговки знают друг друга, а эту никто не видел раньше. И пирожки у неё невкусные — явно не умеет готовить.
— Молодой парень?
— Этого мы проследили до дома, — включился второй ученик,
Финн. — Живёт в квартале, где селятся мелкие чиновники. Но сам чиновником не работает. Соседи говорят, что он занимается «частными поручениями» для разных людей.
— А координатор?
— Самое интересное, — Том понизил голос. — Мы его видели в доме центуриона Квинта. Заходил через заднюю дверь, пробыл около часа.
Я отложил кружку с элем. Значит, центурион Квинт действительно замешан в слежке. Но действует ли он самостоятельно или по чьему-то заказу?
— Ещё что-нибудь?
— Да. Этот же координатор встречался с торговцем Меркатором. Не в лавке, а в частном доме. И ещё мы видели его возле дома интенданта Флавия.
Картина становилась яснее. Центурион Квинт, торговец Меркатор, интендант Флавий. Все трое так или иначе пострадали от моих реформ. Квинт лишился возможности получать откаты от поставщиков. Меркатор потерял выгодные контракты. Флавий — под угрозой разоблачения коррупционных схем.
Но есть ли ещё кто-то? Кто-то, кто координирует их действия?
— Том, Финн, — сказал я, — отличная работа. Но нужно ещё кое-что выяснить. Попробуйте проследить этого координатора дальше. Куда он ходит, с кем ещё встречается. Особенно интересны встречи с людьми, которых вы не знаете.
— Хорошо, — кивнул Том.
— В случае, если он вас заметит, больше его не трогайте. Переключитесь на остальных участников.
Когда парни ушли, я остался наедине с Гареном.
— Серьёзные дела, — заметил кузнец. — Три влиятельных человека объединились против тебя.
— Да. И это только те, кого мы знаем.
— Думаешь, есть ещё?
— Уверен. Квинт, Меркатор и Флавий — исполнители. У них может быть достаточно мотивов действовать против меня, но не хватает ресурсов для организации такой слежки. Кто-то ещё даёт деньги и указания.
— Кто?
— Пока не знаю. Но узнаю.
Гарен помолчал, потом сказал:
— Лекс, будь осторожен. Эти люди играют всерьёз. А ты для них — угроза. Серьёзная угроза.
— Знаю. Но отступать поздно. Если я сейчас сдамся, они поймут, что запугивание работает. И в следующий раз применят более жёсткие методы.