— Что? Я серьезно, — сказал он. — Никогда не жил один, мне нужно морально к этому подготовиться. Сразу в голову лезут мысли о сумасшедших маньяках с топорами.
— Скорее уж, о ненормальных девицах в красном кружевном белье, — подсказала Сонхи, которая тоже была в квартире, но держалась немного в стороне.
Бабушка с тетей, уже осведомленные об истории про проникновение в его номер в США, начали хохотать. Неприятная ситуация вроде как сгладилась и к Дану с дополнительными вопросами никто не лез. Это хорошо, могли ведь и обидеться из-за того, что Дан не захотел спать в квартире, которую они отремонтировали для него… на его деньги, конечно, но это все равно очень сложно.
Уже в машине, по дороге в общежитие, Сонхи внезапно обратилась к нему:
— А ведь ты и правда ненавидишь быть один в помещениях. Всегда выбираешь отели, хотя съемные квартиры могут быть удобнее. Не считая общежития, при любой удобной возможности селишься с кем-то…
Дан зябко повел плечами:
— У меня тоже есть слабости. Я действительно не люблю оставаться один на ночь. Разумеется, не потому что боюсь спать один. Просто лезет в голову всякое и не могу уснуть. Обычно мне достаточно знать, что рядом есть знакомые мне люди. Хотя бы… менеджер.
Сонхи замолчала на какое-то время, а после спокойно кивнула:
— Хорошо. Учту на будущее. Зато теперь мне стало понятно, почему ты таскаешь меня во все заграничные поездки, хотя я там тебе категорически не нужна.
Дан виновато улыбнулся. Он не брал Сонхи с собой только осенью, но тогда не планировалось, что он так много времени проведет в Европе. В любом случае, во время тех съемок для обложек Vogue он так уставал, что даже страх не мешал ему спать. Тем более — это не фобия, а просто навязчивые мысли, которые стали посещать его чаще с того момента, как он официально стал айдолом.
У них будет очень короткий срок продвижения на музыкальных шоу, потому что приоритет — Коачелла. Плохо то, что последний нормальный период корейского продвижения был дебютным, после они выступали в лучшем случае по разу на каждом шоу. Все это заметно огорчает корейских фанатов, но поделать с этим, увы, ничего нельзя. Они просто физически не способны на полноценное продвижение альбомов.
Среду они с группой потратили на то, чтобы освежить в памяти хореографию к камбеку, а в четверг отправились на съемку «Еженедельного Айдола». БаоБао и Донгиль казались почти родными спустя столько времени. Они повеселились на съемках, поговорили о Грэмми, о своем мини-туре, исполнили две новых песни. Для «Dreamer» это был, скорее, танец под фонограмму, «Fate» они исполнили вживую.
Вечером того же дня Дан с Юджином пошли есть на камеру в компании Дэджуна. Он — айдол, причем достаточно известный. Главный вокалист в популярной группе второго поколения, привлекательный и веселый, после распада коллектива начинал сольную карьеру, а примерно полгода назад решил открыть YouTube канал. Он приглашал к себе разных айдолов — в основном тех, кто постарше, они вместе ели, иногда и выпивали, болтали о разном.
Дану нравилось, как Дэджун ведет разговор. Профессионализм всегда ему импонировал, и то, что Дэджун заранее находит информацию о гостях, собирает в социальных сетях мемы и забавные мнения о приглашенных — это действительно ценно. Дан сам написал ему сообщение в стиле «Дэджун-ним, а вы не хотите взять интервью у меня и, предположим, Юджина? Нас интересуют даты в районе двадцать первого марта.» Собственно, с этого сообщения Дэджун и начал свое интервью. Как только они представились и расселись за столом, он рассказал эту историю:
— Представляете, как я удивился? Обычно это мне приходится уговаривать своих коллег поболтать со мной за ужином. Я еще всячески рекламирую себя: вкусно накормлю, вырежу при монтаже все, что вы случайно скажете по пьяни, не буду задавать неудобных вопросов… а тут мне — без уговоров! — сами пишут молодые айдолы, популярность которых сейчас на пике… моим друзьям должно быть стыдно.
— Не смущайте нас, — попросил Дан. — Я же сам был блогером долгое время, мне кажется, что в таком формате разговор получается… правдивым?
— Искренним, — подсказал правильное корейское слово Юджин.
Дэджун тут же уловил этот маленький нюанс:
— У тебя все еще проблемы с корейским?
— И да, и нет, — улыбнулся Дан. — Я неплохо говорю, но думаю преимущественно на английском… сны мне снятся на английском. Поэтому мне не всегда удается найти в памяти правильное слово. Самое обидно, что теперь я и на английском слова забываю…
Дэджун расхохотался:
— На это жалуются многие билингвы. Типа: ожидание — хорошо говоришь на двух языках. Реальность — забываешь слова на обоих.