— Не понимаю, — признался я.
Он покосился на мой планшет:
— Ой ли?
— Та это понятно, — отозвался я. — Но вы-то откуда?
— А работа у нас такая, — с очевидным удовольствием ответил Рудько. — Давай-ка, как на духу — Манштейн твоя работа?
Охереть.
— Наша, — кивнул я. — Случайно.
На лице Рудько появилось что-то вроде умиления, он всплеснул руками:
— Ну конечно же случайно, Сидорин! Не мог же ты, сидя в горах, вычислить маршрут целого вражеского командующего! — он сложил руки в замок перед собой с широкой улыбкой. — Все у тебя, Сидорин, случайно, и все — в яблочко!
— Пока везло, — кивнул я.
— Это — не везение, — ухмыльнулся Рудько. — Это, как говорил покойный Бережной, «хитрожопость». Она же — армейская смекалка.
— Святой человек был старшина, — вздохнул я. — Прикрывал нас, представляете?
— Представляю, — посерьезнев, кивнул особист. — Такие люди всегда сгорают без остатка, освещая путь другим — тем, кого посчитали достойными.
Помолчали.
— Ладно, о Бережном тоже расскажешь, — хлопнул рукой по журналу и взял ручку Рудько. — Сперва с Манштейном давай разберемся. Я как рассудил?
Я спросил взглядом.
— Думаю — пропал Сидорин, а с ним пропали остатки взвода и часть роты. Сгинули? Ну, могли, — он пожал плечами. — Но настолько хитрожопые «без вести пропавшие» однажды выныривают — однажды проверено практикой, значит и второй раз может случиться, верно?
— Прецедент, — кивнул я.
— Прецедент! — обрадовался Рудько. — Прецедент — штука упрямая. Спорить с ней можно, но аккуратно. В общем, потеряли мы вас, а потом — бах! — на весь свет новость гремит: убит Манштейн, где-то в глубоких тылах. Непонимание вплоть до Ставки! — он указал за спину и вверх, на портрет Сталина. — А у меня как щелкнуло. Я карту взял, — Рудько изобразил. — Прикинул. Знаешь — между последним вашим участком и местом, где вы гниду задавили, линия почти прямая! Шли-то вы, конечно, не по-прямой, но — соотносится!
Вот так, на голой логике и картографии, без мифических «длинных рук» и «все знаем».
— Странности на нашем фронте нынче просто объясняются — Сидориным, — хохотнул довольный тем, что оказался прав, Рудько. — Я даже выкладки свои в докладе изложил. Подвесили доклад «до выяснения», и правильно подвесили — придумать и соотнести что угодно можно, а оперировать нужно проверяемыми фактами. Вот факты ты мне и привез, — улыбнулся с видом именинника. — Доставай.
— Спасибо, что моих тоже выдернули, — поблагодарил я.
— Ты бы их в горах не бросил, — поморщился Рудько. — Нехорошо. Я, если объективно, партизанский отряд ослабил, а их в Крыму и так… — он махнул рукой. — Ладно, не важно. Доставай.
Я достал и положил на стол, честно предупредив:
— Протухли давно.
— Факт ликвидации подтвердить хватит, — отмахнулся Рудько и принялся перебирать бумаги. — Прекрасно! — поднял на уровень глаз удостоверение Манштейна, полюбовался. — Ну, Сидорин, ну дал — целого командующего завалил!
— Мне бы бумагу какую, о сдаче вот этого всего, — кивнул я на стол. — По горам таскал, аж ляжку жгло.
— Такое не жечь не может, — ухмыльнулся особист. — Будет тебе бумага.
Он покопался в остальном и подтвердил:
— Ну да, протухли. Или, если про ляжку твою вспомнить, сгорели. Практической ценности в них ноль, но помимо практической бывает и символическая. Это, Сидорин, — он положил ладонь на удостоверение. — Возмездие. Это — знак: Красная армия не прощает своих врагов, и может до них дотянуться где угодно. В это тяжелое время такие истории — огромное подспорье.
— Товарищ политрук так же говорил, — кивнул я. — И, полагаю, так и есть.
Рудько сел поудобнее и преобразился в прежнего Рудько.
— Ладно, — решил он, вновь вооружившись ручкой. — Давай с формальностями разберемся. Начнем с момента падения Севастополя.
Опрос занял два щадящих часа, и в его середине Рудько напоил меня сладким, крепким чаем с карамельками. Записав мои показания, он аккуратно завязал тесемки папочки и принял Манштейновские бумаги как положено — с выдачей мне подробной описи и с квитанцией на каждую бумажку. Закончив, откинулся на стуле:
— Хитрожопые Красной армии нужны, Сидорин. Пока отдыхайте, отъедайтесь, а потом решим, куда вас пристроить.
— Побольше бы таких приказов, — вздохнул я.
— Служи! — хохотнув, махнул на выход Рудько.
Конец второго тома.
Пользуясь случаем, от всей души благодарю за внимание к моему творчеству. Спасибо!
Третий том: https://author.today/work/611383
Nota bene
Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.