– Я что-то слышу, – сказала девушка. – Только не могу…
Выскочивший снизу луч заставил ее отпрянуть в сторону. Морозко пустил в шахту «фриз», разбившийся о ее стенки.
– Отставить, – процедил я. – Нас заманивают. В обход!
– Долго, – сказала Веда, застегивая куртку. – Поберегись!
И оттолкнулась от земли.
Щит Мага она наложила на себя прямо в прыжке, залетая внутрь шахты. Блеснули переливы «хрустального щита», затем яма сотряслась – от приземления Ведающей на нижнем уровне прошла волна Силы, которая должна была сбить с ног любого, кто мог оказаться рядом.
Ухватившись за скобы, я проворно пополз вниз, стараясь не цеплять плащом острые выступы. Светлая волшебница уже поливала огнем кого-то, кого я не видел. Судя по ее тактике, здесь не было ни Кристины, ни посторонних людей. Только мы и наши мишени.
Тройные Лезвия, пущенные мною с двух рук, мелькнули в пламени Веды, как настоящие клинки. Впереди меня мелькнул чей-то силуэт.
– Полу-Иные, – живо сказала Веда. – Я видела троих. Все убежали.
– Не иллюзии?
– Точно нет.
Она посмотрела на меня с азартом.
– Фон Шелленберг здесь, – сказала она.
– Мы этого не знаем.
Морозко спустился к нам.
– Клумси машет с той стороны, – протараторил он. – Наверное, тоже кого-то увидел.
– Вернись и помоги ему, – сказал я. – И Лину сюда не пускай!
Мое первое повеление парень явно хотел пропустить, зато против второго тоже не возражал. Кивнув, он начал карабкаться наверх.
– Из комплекса есть другие известные выходы? – спросила Веда.
– Известных – нет, – ответил я. – Идем следом. И не спеши.
Из дальнего конца узкого коридора в нашу сторону протянулись прыгающие по стенам молнии. Цепной разряд!
Вывешенные нами Щиты Мага слились в один, накрывший сразу обоих. Искры глухо стучали по его наружной оболочке, подобно каплям дождя в осеннюю ночь.
– Щит спадает, – произнесла Веда, напряженно подпитывая его Силой. – Они же эманации! Они получают в месте Силы больше энергии, чем мы!
– Да, – согласился я, вытаскивая шакрам. – Только в Сумрак они не ходят.
Мы посмотрели друг другу в глаза.
– Отпускай, – сказал я и тут же рванул вправо, прямо в каменную стенку.
Перед тем как уйти в Сумрак, я метнул шакрам вдаль по проходу. Меня окружили узкие, темные коридоры почти пустого пространства, будто я находился внутри компьютерной модели, позволявшей ходить сквозь стены. В обычных домах такое не прокатит – там на всех слоях вплоть до четвертого стенка остается стенкой. И пропасть может разве что дверь, «запомнившая», что ей суждено порою пропускать кого-то через себя.
Но не в 35-й береговой батарее.
Эмоции десятков тысяч солдат, командиров и врачей, советских и немецких, неделю за неделей, месяц за месяцем подвергавших сомнению саму идею целостности комплекса. И все это на пике нервного напряжения, в месте Силы. Вполне достаточно, чтобы Сумрак расценил стены колоссального бункера как существующие только на бумаге и в людском воображении.
На первом слое каменные внутренности батареи отсутствовали. Была пустота – огромная, сквозная, с еле наметившимися очертаниями коридоров, сквозь которые я пролетел и вышел прежде, чем гравитация призвала меня в неизвестные глубины.
Вынырнув в соседнем коридоре, я поймал вернувшийся ко мне шакрам. На призрачном диске торчали быстро испаряющиеся ошметки плоти. Далеко впереди, на темном перекрестке, сдавленно прохрипел голос полу-Иного. Второй убежал еще дальше, его топот эхом звучал среди камней.
К телу полу-Иного мы с Ведой подбежали одновременно. Здесь царила кромешная тьма. Прошептав заклинание, Веда зажгла легкий свет в ладошке и тут же снизила яркость до легкой подсветки ногтей.
Эманация севастопольского дозорного лежала в груде металлолома. Правая половина головы отсутствовала.
– Неплохой выстрел, – заметила Веда, отправляя тело в Сумрак. Ее голос был бодр и спокоен. Привыкла, что ли?
– Здесь еще минимум двое, – сказал я, переступая через тлеющую кучу, в которую превратилась эманация. – Помнишь, сколько их всего?
– Десять, если старик призвал всех в полном составе. Шестеро упокоены. Значит, их здесь осталось четверо.
– Двое, – поправил я. – Если фон Шелленберга здесь все же нет, то двое остались с ним. Остальные здесь, чтобы нас отвлечь. Или зачистить место перед его прибытием.
Веда прислушалась. Бункер хранил тишину.
– Может, ну их на фиг? – предложила она. – Тоже подождем тут, затаимся…