Свадьба была пышной, по меркам гарнизона. Нина в белом платье, Женя в строгом костюме, который явно был ему велик. После ЗАГСа, за столом, Женя, стараясь угодить своей красавице, предложил ей яблоко. Нина чуть не выплюнула шампанское.
— Женя, ты что, не знаешь, что я ненавижу яблоки? — прошипела она сквозь зубы.
Женя покраснел. Его романтический план с намёком на Адама с яблоком с треском провалился.
— Прости, Нина. Я просто… хотел, как лучше, — виновато пробормотал он.
Первые годы брака были для Жени настоящим испытанием. Он старался изо всех сил, чтобы соответствовать своей шикарной жене. Читал модные журналы, пытался шутить, даже записался в тренажёрный зал. И, надо сказать, у него получалось. Он рос по карьерной лестнице, стал более уверенным в себе, даже научился остроумно отвечать на колкости Нины.
А тем временем, подруги Нины начали разводиться со своими красавчиками-военными. Один запил, другой ушёл к молодой, третий просто оказался тупым, как пробка. Нина призадумалась.
— А ведь он у меня лучший муж. Вон как старается, — тихо произнесла она, наблюдая, как Женя ловко чинит сломавшийся пылесос.
И постепенно она начала смотреть на него другими глазами. Увидела его ум, его доброту, его чувство юмора. И, что и следовало ожидать, влюбилась.
— Наконец-то… Получилось! — радостно выдохнули их родители, наблюдая за семейной идиллией. Теперь они мечтали о внуках.
Нина оказалась отличной хозяйкой. В доме всегда был порядок, всё блестело и сверкало. Готовить она, правда, не умела, но Женя взял эту обязанность на себя. Он готовил так, что пальчики оближешь.
Казалось, в их доме поселилось счастье. Только вот детей у них не было. Они перепробовали все позы из Камасутры, объездили всех врачей, Нина каждое утро стояла в «берёзке», как заправский йога, но ничего не помогало.
— Ну что, опять в «берёзку»? — спрашивал Женя с грустной улыбкой.
— А что делать? Вдруг поможет! — отвечала Нина, стараясь не терять надежды.
Прошло 15 лет. Родители отчаялись, перестали настаивать на внуках, ведь Нина с Женей из-за этого чуть до развода не дошли.
Однажды утром, Нина как всегда стояла в «берёзке».
— Да катись оно всё! Будем жить для себя! — вдруг громко заявила она, — Правда, Женя?
Женя, который как раз зашёл в комнату с подносом ароматного кофе и свежей выпечки, чуть не выронил его.
— Конечно, Нина! Для себя! Ты только скажи, чего хочешь! — произнёс он и выдохнул с облегчением.
И они начали жить для себя. Сначала это были тихие вечера, которые они проводили, читая книги вдвоём, или долгие прогулки по заснеженному лесу, держась за руки. Женя, который теперь уже был начальником отдела, с удовольствием брал на себя все бытовые заботы, освобождая Нину для её любимых занятий — рисования и ухода за собой. Нина, в свою очередь, стала более мягкой и женственной, её красота расцвела с новой силой, подпитываемая спокойствием и любовью.
Накопив денег, они решили отправиться в долгожданный отпуск на море. «Оторвемся по полной!» — решили они, и это обещание было выполнено с лихвой. Параплан над лазурной гладью, романтические прогулки по берегу под звёздами, страстные ночи в отеле — они заново открыли друг друга, забыв о возрасте и прошлых тревогах. Их любовь, казалось, стала только крепче от пережитых испытаний.
Загорелые, отдохнувшие, они вернулись на север. Нина, с бронзовым загаром и сияющими глазами, выглядела моложе и прекраснее, чем когда-либо. Отпуск закончился, и жизнь вернулась в привычное русло.
Прошло два месяца. Нина, как обычно, заехала на рынок за продуктами. Проходя мимо молочного прилавка, она вдруг почувствовала непреодолимое желание выпить стакан парного молока. «Вот бы сейчас!» — подумала она. Не раздумывая, купила бутылку и, выйдя на улицу, залпом выпила. «Настоящее, коровье!» — наслаждалась она вкусом. Дома, когда Нина поставила бутылку в холодильник, её неожиданно осенило.
— Я же не пью молоко? А же я его ненавижу? — вслух произнесла она и пожала плечами, списав это на странное послевкусие отпуска.
Через неделю, на обед, Женя решил приготовить свой любимый салат — тёртые яблоки с сахаром, но, заглянув в холодильник, впервые не обнаружил ни одного яблока. Нина, обычно отказывавшаяся от всего яблочного, с удовольствием их съела.
— Наверное, авитаминоз, — произнесла она, когда Женя с тревогой посмотрел на неё, — Слишком много солнца на юге, вот и организм бунтует во время северной заснеженной осени.
Женя настаивал на визите к врачу, но Нина отмахивалась.
— Пройдет, Женя, пройдет. Обычный авитаминоз, — уверяла она его.
Но состояние не улучшалось. Наоборот, её стало клонить в сон, появилась какая-то странная сонливость и аппетит, которого раньше не было. Наконец, она сдалась и записалась на прием к терапевту.