Врач, пожилая женщина с добрыми глазами, внимательно выслушала Нину, передала ей медицинскую карточку и отправила другой кабинет.
Вторая врач задала Нине несколько вопросов, а потом положила её на кушетку и включила аппарат УЗИ. Завершив осмотр, гинеколог мило улыбнулась.
— Знаете, Нина, у вас не авитаминоз. У вас… беременность, — с радостью сообщила она, — я запишу вас наследующий осмотр, — и после этих слов врач начала заполнять медицинскую карточку.
Нина замерла.
— Беременность? Но… как? Мы же столько лет… врачи говорили…- несвязно бормотала Нина.
— Иногда организм преподносит сюрпризы, когда перестаёшь так сильно стараться. Когда расслабляешься и живешь для себя, — со знанием дела ответила гинеколог.
— Так у меня же всё как обычно? Никаких признаков, — настаивала Нина.
— И такое бывает, — уверяла её та.
Нина пыталась собраться с мыслями.
— А авитаминозу вашему, кстати, уже 4-й месяц. Как назовёте? — с улыбкой произнесла врач.
Нина посмотрела на врача, потом на свои руки, потом снова на врача. В голове пронеслась череда событий: отпуск, молоко, яблоки… Оделась и вышла из кабинета.
Придя домой, она вдруг рассмеялась. Сначала тихо, потом всё громче и громче. Женя, который ждал её дома, услышал смех и вышел в коридор.
— Что случилось, Нина? — спросил он, встревоженный.
Нина, вытирая слезы смеха, обняла его.
— Женя… у нас будет ребёнок. Наш Саша. Ему уже четвёртый месяц, — сообщила Нина.
Женя сначала опешил, потом его лицо озарилось такой радостью, что Нина поняла — их жизнь, наконец, обрела своё полное, настоящее счастье. И всё это благодаря тому, что они решили жить для себя. А молоко и яблоки… они стали символом новой жизни, которая пришла к ним совершенно неожиданно, когда они перестали её ждать.
Женя, ошарашенный, но счастливый, крепко обнял Нину.
— Саша? Наш Саша? Вот это да! Я… я даже не знаю, что сказать! — взволновано тараторил он.
— А ничего и не надо говорить, Жень, — прошептала Нина, прижимаясь к нему.
— Просто… будем жить. Для нас. Для Саши, — и после этих слов она мило улыбнулось.
Нина, которая ещё недавно была воплощением северной сдержанности, теперь порхала, как бабочка. Она с удивлением обнаружила, что ей хочется готовить. И не просто готовить, а экспериментировать. Её ненавистные когда-то молоко и яблоки теперь стали основой для самых вкусных блюд, хотя и ненадолго — до окончания девяти месяцев. Она пекла яблочные пироги с корицей, готовила молочные каши с ягодами, которые раньше даже не могла представить на своём столе. Женя с удовольствием пробовал все её кулинарные шедевры, каждый раз удивляясь, как сильно изменилась его жена.
— Нина, ты просто волшебница! — восклицал он, пробуя очередной пирог, — Я и не знал, что ты так умеешь!
— А это не я, это Саша, — смеялась Нина, — Видимо, он во мне открыл новые таланты.
К счастью беременность, на удивление, протекала хорошо, хотя и под строгим наблюдением врачей, рекомендации которых Нина соблюдала с особой старательностью. Север и годы борьбы. Их жизнь, начавшаяся с вынужденного брака и несбывшихся надежд, превратилась в настоящую сказку. Сказку о том, что иногда, чтобы найти свое счастье, нужно перестать его искать, и позволить жизни самой преподнести тебе самый неожиданный и прекрасный подарок. И этот подарок, как оказалось, мог пахнуть молоком и яблоками.
А Женя? Он, благодаря своему уму и смелости, уже давно перерос должность начальника отдела и получил предложение возглавить крупный проект в другом городе, более тёплом и цивилизованном. Но это уже совсем другая история…
11. Светины «гвозди» или как «приручить» кухню
На севере, где зима длится девять месяцев в году, а еда не растёт в огородах, жила-была мама. И была у неё дочка Света. Девочка — огонь! Красивая, умная, спортивная — на лыжных соревнованиях всегда первое место брала. Только вот в одном месте Света была совершенно беспомощна: на кухне. Кулинария для неё была чем-то вроде инопланетной цивилизации, где все законы физики и здравого смысла нарушались.
Мама, женщина терпеливая и любящая, старалась как могла: показывала рецепты, демонстрировала готовку. Но результат всегда был… ну, скажем так, уникальным. То пирожки «хоть гвозди забивай», то суп недосолен, то кашу переварит. Соседи уже начали сочувствовать маме и за углом шептались: «Бедная женщина, сколько продуктов переводит!» Света же, привыкшая побеждать, не собиралась сдаваться.