13. Даже соли в доме нет
Девяностые годы на Севере — это вам не шутки. Холодно, снежно, а главное — дефицитно. Но даже в таких суровых условиях молодая семья Семёновых умудрялась жить припеваючи. Оба работали, получали два продовольственных пайка, что в те времена было равносильно выигрышу в лотерею. А главным сокровищем их скромного жилища был сынишка Костя. Мальчишка рос не по годам смышлёный, красивый, как картинка, и развитый так, что учителя в школе только диву давались. Не ребёнок, а радость: мамина отрада, папина гордость.
И вот, настал тот самый день — Костя пошёл в первый класс. Учился он легко, впитывал знания, как губка, и, конечно же, был любимчиком всех учителей. Единственной его «слабостью» было феноменальное умение поглощать пищу. Ел он за троих, но, к счастью, для маминых и папиных нервов, совершенно не толстел.
Однажды, после очередной «загрузки» холодильника и кухонных шкафчиков продовольственными пайками, родители, уставшие от суеты, забыли купить… соль. «Завтра купим», — решили они, но и завтрашний день пролетел в заботах, оставив их без заветной приправы.
И вот, в один прекрасный вечер, когда уютное семейное счастье Семёновых достигло своего апогея, а Костя уже доедал свой «третий» ужин, в дверь постучали. На пороге стояла комиссия. Не просто комиссия, а с представителями школы и администрации! Родители похолодели. «Неужто наш Костя что-то натворил в школе?» — пронеслось в их головах. Сердце забилось в тревожном ритме.
Комиссия, не теряя времени, рванула на кухню. Осматривали содержимое холодильника и шкафчиков с такими округлившимися глазами, будто увидели там не пайки, а золотые слитки. Изобилие продуктов, которое они обнаружили, явно не соответствовало их ожиданиям. Родители, пребывая в полном недоумении, пытались выяснить, что же произошло.
Наконец, один из членов комиссии, прокашлявшись, произнёс: «Всё в порядке. Извините за беспокойство». И, оставив Семёновых в ещё большем замешательстве, комиссия удалилась.
На следующий день, когда родители ещё пытались осмыслить произошедшее, им сообщили причину визита. Оказалось, что их смышлёный сынишка Костя, будучи истинным северным ребёнком, привыкшим к суровым реалиям, но при этом обладал недюжинным чувством справедливости.
— Представляешь, даже соли в доме нет! Как жить будем? — пожаловался своему другу.
Друг, будучи таким же «продвинутым» в вопросах дефицита, немедленно доложил об этом своему отцу, который, как оказалось, и возглавлял ту самую комиссию. Так, благодаря Костиной прямоте и заботе о «солевом благополучии» семьи, Семёновы получили неожиданную проверку, которая, к их счастью, закончилась лишь удивлением и извинениями. А соль? Соль, конечно же, купили. И, наверное, с тех пор Семёновы никогда больше не забывали про этот важный ингредиент, ведь даже в самые сытые времена, как выяснилось, «соль земли» — это не только приправа, но и повод для целой комиссии.
14. Вот за Аню я спокоен!
Девяностые. Север. Мороз трещал так, что казалось, даже снег скрипит от холода. В офисе одной из самых успешных фирм города царила суета. Аня, девушка правильная до мозга костей, скрупулезно сортировала бумаги, стараясь не отвлекаться на предпраздничную кутерьму. Днём — работа, вечером — тайная жизнь. Никто в офисе и не подозревал, что скромная Аня, которая даже на корпоративах предпочитала сидеть в уголке, вечерами осваивает искусство вождения.
Мечта о собственном автомобиле грела её сильнее северного солнца. Аня бережно откладывала каждую копейку, и вот уже на счету лежала сумма, достаточная для новенькой иномарки. Инструктор по вождению, рыжевласый Степаныч, всей группе ставил Аню в пример.
— Вот за кого я спокоен, так это за Аню, — вещал он, поглаживая бороду.
— Теорию знает, как Отче наш, на площадке — ни одного сбитого флажка, ни одного отката с горки. Учитесь, пока есть с кого! — и он с гордостью посмотрел на неё.
Аня краснела, но в душе ликовала. Когда группа перешла к городским маршрутам, её старательность не ослабла. Инструктор Степаныч с ней просто отдыхал. Сидел рядом и дремал.
— Вот тут инспектор любит на знаки смотреть, а здесь будь аккуратнее, дорога скользкая, — изредка подсказывал он.
И вот, настал день годовщины компании. Аня, предчувствуя неизбежность юбилея фирмы, заранее договорилась со Степанычем: он должен был подъехать прямо к офису. Степаныч любезно согласился. А как иначе, ведь любимица группы, можно и подстроиться иногда. Времени было в обрез.
Корпоратив начался. Аня, как обычно, старалась незаметно ускользнуть от внимания, но начальник, Сергей Семёнович, человек с острым глазом и не менее острым языком, заметил её отлынивание.