— Ага, и что ты в полиции скажешь? — попыталась урезонить ее Алевтина, чувствуя, как сонливость уступает место тревоге.
Саша задумалась и вернулась в квартиру.
— Мы же здесь без регистрации живём, помнишь? — поясняла Алевтина той.
— И что? — Саша была настроена решительно, — Я заплачу штраф, но я им покажу!
И она снова собралась к соседям, приоткрыв входную дверь.
— Конечно, — с иронией произнесла Алевтина, уже представляя себе весь абсурд ситуации.
Саши заставила себя выслушать последний довод Алевтины.
— Вот сразу видно, что в маленьком городе не жила, — продолжала Алевтина, — здесь все друг друга знают. А если они окажутся родственниками этих соседей, или, не дай Бог, начальства нашего?
Для Саши открывался новый мир, в котором права ещё ничего не значат.
— И что теперь, нам молчать? — возмущалась Саша. — Пусть они там хоть до утра орут?
— Ну да, — вздохнула Алевтина. — В итоге нас оштрафуют за шум или ещё за что-нибудь, а соседи с ними ещё вместе выпьют и забудут про всё. А мы останемся крайними.
В голове Саши впервые что-то щёлкнуло. Она вроде бы была права, но в этой ситуации могла стать виноватой. Идея вызывать полицию, которая могла обернуться против них самих, показалась ей не такой уж и гениальной.
— Ладно, — сдалась она, отступая от двери. — Но я так не могу. Это же невозможно спать!
— Есть идея, — хитро улыбнулась Алевтина. — Купим беруши. И будем спать спокойно.
— Ну и жизнь здесь, — ворчала Саша, привыкшая качать права и добиваться своего. — Никакого порядка.
На следующий вечер, когда Алевтина и Саша уже готовились к очередному танцевальному марафону, в дверь постучали. На пороге стояли те самые шумные соседи, но уже с совершенно другим выражением лиц. В руках они держали пакеты с чем-то ароматным.
— Девочки, извините за вчерашний шум, — сказал один из них, протягивая пакет. — Это вам, северные гостинцы. Рыбка, ягоды.
Саша взяла пакет, удивленно разглядывая содержимое. В этот момент она поняла, что иногда, чтобы жить спокойно, нужно не качать права, а проявлять понимание. И что люди, даже шумные, могут быть вполне дружелюбными.
Проект по возврату средств из бюджета успешно завершился. Деньги вернулись туда, откуда должны были. А вместе с проектом закончились и танцы. Алевтина с Сашей, довольные проделанной работой и полученным опытом, вернулись в Москву, оставив позади сибирские морозы, неожиданные танцевальные вечера и урок о том, что даже в самых суровых условиях можно найти свои плюсы и научиться жить в гармонии с окружающими. И, конечно, они больше никогда не ходили пешком по улице в сибирские морозы.
Алевтина и Саша вернулись в Москву с чувством выполненного долга и новыми впечатлениями, которые навсегда остались в их памяти. Алевтина подумывала о том, чтобы продолжить занятия танцами. А Саша с улыбкой вспоминала, как училась уступать и принимать окружающих такими, какие они есть.
А что соседи, шумевшие до утра? Они отмечали юбилей местного начальника полиции. Но это уже совсем другая история…
22. Тайна исчезающей бумаги или как продать пирожки
На далеком Севере, где снег лежит по пояс, а северное сияние раскрашивает ночное небо, жила-была дружная семья. Глава семьи, папа Толя, был человеком основательным, с бородой, как у Деда Мороза, и руками, способными починить что угодно, от трактора до детской игрушки. Мама Анна, красавица с глазами цвета северного неба, была хранительницей домашнего очага и мастерицей на все руки. А их маленькая радость, Алёнка, была настоящей звёздочкой, чьи смех и любопытство наполняли дом.
Чтобы Алёнке не было скучно, в доме обитали самые разнообразные существа. Рыбки, плавающие в аквариуме, казались ей подводными феями. Кот Джипсик, чёрный как ночь, с янтарными глазами, был её верным спутником в играх. А черепашка Низя, которую Алёнка ласково называла так, потому что та «низя» было её трогать без спроса, медленно ползала по ковру, вызывая у девочки умиление.
Под Новый год к ним приехали бабушка Люся и дедушка Кирилл. Они жили на пенсии в своем уютном домике, где пахло свежим молоком и печеными яблоками. Люди они были скромные, привыкшие считать каждую копейку. Их небольшой огород и сад с плодовыми деревьями кормили их большую часть года. Утро начиналось с парного молока прямо из-под их коровы Зорьки, творожных сырников, которые бабушка Люся пекла с любовью, и ароматной тыквенной каши из печи.
Перед отъездом в город, чтобы навестить родных, бабушка с дедушкой оставили присматривать за своим домом соседей, с которыми дружили много лет.