- Кто?
Вель повернулась и посмотрела ему прямо в глаза.
- Джон.
У Брана замерло сердце. Он не был уверен, что правильно расслышал ее слова. Ему ничего так сильно не хотелось, как увидеть брата. Он снова почувствовал себя всего лишь мальчиком, который боится даже надеяться.
- Джон? Джон здесь?
- Он ждет снаружи, - ответила Вель, невесело улыбнувшись. – Вы поставили защиту против Иных, и он тоже не может пройти.
Бран готов был бросить все и побежать к Джону. Но они оба уже не мальчики из Винтерфелла, тот мир остался в прошлом.
- Почему не может?
Неожиданно вместо Вель ответила Листочек.
- Потому что он жив благодаря силе красного бога, - сказала она. – Убит во льдах, возрожден в пламени, не живой, но и не мертвый. Обладатель Рога Зимы и повелитель великанов. Принц, который был обещан, и истинный хозяин Светозарного. Кто же он, как не Великий Иной во плоти?
Вель побледнела. Она хотела было возразить, но передумала.
- Согласна, он не такой, как прежде, - через мгновение произнесла она, стараясь казаться снисходительной, - но он говорит, что мы те, кем стали сами, а не кем были рождены. Вы должны нас пропустить. Мы идем на север за драконом.
- Драконом? – В своих видениях Бран ни разу не видел дракона.
- Так он говорит. Он покончил с красной женщиной, так что на карту поставлена его жизнь. И наши тоже. – Вель умоляюще посмотрела на Листочка, но та даже не шевельнулась. – Вы ведь знаете, у нас нет времени.
- Нет, - ответило Дитя Леса. – Мы только что выковали заклятья заново и дорого за них заплатили – и мы, и Трехглазая ворона. – Листочек мельком взглянула на Брана. – Если Джон Сноу сможет войти сюда, смогут и другие мертвецы. Он – Иной. Он не должен пройти.
- Именно поэтому он и разрушил проклятую Стену! – взволнованно заявила Вель. – Он никогда не смог бы вернуться к нам, не смог бы сжечь Иных, стоящих у ворот, если бы не подул в Рог Зимы. Вот что происходит. Все должно рухнуть. Все должно погибнуть. Мне это нравится не больше, чем вам, но это так.
Листочек снова покачала головой.
- Дети Леса удерживали это место тысячи и тысячи лет. Против андалов, против Иных, и из льда, и из пламени. Мы не выживем рядом с таким, как он. Джон Сноу не должен пройти.
Бран хотел было возразить, но внезапно подумал, а выживет ли он рядом с Джоном, ведь он обязан жизнью силе Детей Леса. Он не вполне понял, что имела в виду Листочек, но он видел преображение Джона и понимал, что не стоит недооценивать то, во что он превратился. Но как Джон может быть Великим Иным? Они говорили друг с другом, они увидели и узнали друг друга, он сам велел Джону пробудиться и восстать. А я ведь не Великий Иной. Неужели Джон им стал?
- Но ведь можно что-то сделать, - настойчиво произнес Бран. – Должен же быть способ.
Листочек посмотрела на него почти с жалостью, как на неразумного младенца.
- А кто удержит заклятья, если мы снова их разрушим? Чьей кровью они будут написаны?
- Моей.
Бран и Листочек удивленно обернулись. Вель стояла перед ними, сжав кулаки и вздернув подбородок, ее глаза горели огнем. Никто из них не ответил, и тогда она сделала два шага вперед, стащила с руки перчатку и резко отвернула рукав, обнажив предплечье.
- Если все, что нужно, - это кровь, давайте делайте свои заклятья. Я не допущу, чтобы весь мир рухнул из-за того, что были пролиты реки крови, но в самом конце не хватило одной капли.
- Ты не понимаешь, о чем просишь, человек, - зловеще произнесла Листочек. – Нельзя обернуть вспять то, что уже сделано. А если ты отдашь наш холм Иному, чудовищу…
- Да, Джон – чудовище, но он не демон. И вы сами сказали, что он убит во льдах и возрожден в пламени. Разве после этого он не стал красным богом?
- Рглор и Великий Иной – две стороны одной монеты. В этом месте…
Бран не успел даже моргнуть, как Вель вытащила из-за пояса бронзовый кинжал. Резким, жестким, коротким движением она провела им по обнаженному запястью. Хлынула темно-алая кровь.
Стиснув зубы, Вель повернула руку так, чтобы кровь начала капать на листья, капля за каплей.
- Делай свои заклятья, - приказала она Листочку. – Давай.
Дитя Леса на миг застыло, словно раздумывая, а потом Листочек шагнула вперед, присела на корточки и сделала странное движение пальцами, рисуя в крови какие-то фигуры и что-то вполголоса напевая. Бран завороженно смотрел; до него донесся далекий звон колоколов, золотой свет мигнул и заметался, словно от сильного ветра. Глухой гул, который он уже слышал, когда Дети Леса пожирали его плоть, становился все громче и громче. Из ушей потекла кровь; Бран упал на колени, тяжело дыша и зажимая уши, и вдруг шум прекратился.
Он поднял голову. Вель осталась стоять, но она была бледна как полотно. Девушка кутала раненое запястье в плащ. Листочек явно выглядела недовольной тем, что ее перехитрили. Наконец она резко произнесла:
- Идемте.
Бран и Вель последовали за ней к выходу из пещеры. Бран все еще не мог поверить, что может ходить. Он так расхрабрился, что даже предложил руку Вель, которая шла чуть позади, но та насмешливо улыбнулась и сказала:
- Не стоит, ворона. Я не собираюсь падать в обморок, как в обычае у женщин поклонщиков.
Мира не упала бы в обморок. Брану стало невыносимо грустно. Его душили слезы, но он ухитрился выговорить:
- Джон здесь?
- Да, - Вель слабо улыбнулась. – Уверена, он тебе обрадуется. Ты ведь его брат.
Обрадуется? Я его брат? Бран не знал, кто он теперь и кто теперь Джон. Он вскарабкался вверх, подтянулся и вылез из прохода в новый зал. Внезапно ему стало страшно. Он сможет быть с Джоном, пока кровь Вель удерживает заклятья, а если заклятья рухнут… Джон теперь так далек, он так изменился…
Вокруг них извивались корни, в воздухе витал запах земли, воды и древней силы. Теперь это его трон, его холм, его сила. Он расправил плечи и высоко поднял голову.
В дальнем конце пещеры его ждал Джон Сноу.
Бран заморгал, не в силах поверить. Точно, это Джон, но он выглядел совсем другим и в то же время таким знакомым. Длинные каштановые волосы, серые глаза, плотно сжатые губы… но теперь он стал выше, мрачнее. Джон стоял тихо, не мигая, и Бран почувствовал, что он не совсем человек. На правой щеке у него был шрам, а руки… Брану сперва показалось, что на них перчатки, но вскоре он понял, что это не так. Руки были черные и блестящие, как у разведчика Холодные Руки, о котором Красный Ворон говорил, что это дядя Бенджен. Бран не понимал, как такое возможно, но ему было все равно. В глазах и в носу у него защипало.
- ДЖОН!
Джон вздрогнул от неожиданности и обернулся. Сначала он посмотрел не в ту сторону, а потом увидел Брана. На его лице отразилось почти забавное выражение величайшего удивления, когда он понял, что Бран стоит, нет, бежит к нему, а потом он лучезарно улыбнулся. Это не чудовище, не демон и не Иной, это просто Джон, его брат. Они побежали навстречу друг другу.
Наконец они встретились и со слезами обняли друг друга. Руки Джона были обжигающе холодными, и Бран чувствовал, как они забирают тепло его тела, но ему было все равно. Он обнял Джона за шею и почувствовал, как Джон обнимает его крепко-крепко. Невозможно поверить, что он мертв, что он погиб. Бран не видел, как Джон покинул Винтерфелл, он тогда лежал без сознания. А теперь, преодолев все, что их разделяло, пусть даже став скорее полубогами, чем людьми, они снова вместе. Это он. Это он.
- Бран, - наконец произнес Джон срывающимся голосом. – Ты ходишь.
- А ты живой, - Бран тихо хихикнул. – Думаю, мы оба удивили друг друга.
- Точно. – Джон обнял его еще раз, а потом поставил на землю, пожирая взглядом его лицо, словно никак не мог наглядеться. – Как же ты… как же я…
- Благодари свою женщину, лорд Сноу, - сказала Листочек. Она стояла в отдалении, не делая попыток приблизиться. – Тебе лучше поспешить.
- Мою женщину?.. – в недоумении спросил Джон. Он повернулся к Вель. – Что ты сделала?
- Ничего особенного, ворона. – Брану показалось, что ее глаза печальны, хотя она пыталась казаться невозмутимой. – Ты слышал это… создание. Нам надо идти.