Томмен удивленно взглянул на нее.
- Почему? Я ведь без нее замерзну.
- Я знаю, мой милый, но тут ничего не поделаешь. Никто не должен узнать, кто мы такие, а в этой одежде ты совсем не похож на старьевщика. Давай. – Невзирая на возражения мальчика, Серсея стащила с него горностаевую накидку и аккуратно сложила ее. – Мы положим ее здесь, а потом вернемся и заберем. Можешь надеть мою. – Она расстегнула пряжку своего домотканого бурого плаща и накинула ему на плечи. – Ну что, готов?
Томмен осторожно подобрал полы плаща, чтобы не наступить на них.
- Да, матушка.
- Ты молодец. Ну, пойдем. – Без плаща Серсею затрясло от холода. Ледяной воздух забирался под легкую ткань сорочки, но это временное неудобство. Она взяла Томмена за руку, и они направились к перекрестку подземных ходов.
Тоннели здесь немного шире, но зато пол неровный и скользкий от всевозможных мерзких отбросов, и это замедляло шаг. Скоро Серсея заметно опередила сына, и ей приходилось все время останавливаться и ждать, пока он ее догонит. Это действовало на нервы, особенно теперь, когда она все больше убеждалась, что здесь кто-то есть, и этот кто-то совсем рядом. Кто знает, сколько здесь входов и выходов; они могут быть разбросаны по всему городу. Серсея тревожно поглядывала на отметки, указывающие высоту прилива. Если они наткнутся на подземное течение Черноводной…
- Матушка, я есть хочу, - прохныкал Томмен, когда они наконец поднялись наверх. – Прошу тебя, я очень голоден. Может быть, мы как-нибудь…
- Тихо, я сказала. Тебе не помешает немного похудеть. – Серсея была напряжена, словно гончая, почуявшая добычу. Она вскинула голову, прислушиваясь, и на этот раз расслышала голоса, эхом доносящиеся из бокового прохода в нескольких сотнях ярдах от них. Более того – эти голоса были ей знакомы.
И в этот миг все вылетело у нее из головы. Томмен, сир Роберт, Квиберн, Джейме – все исчезли, осталось лишь жгучее желание отомстить. Это они, люди, разрушившие всю ее жизнь, - они отобрали у нее Джоффри, ее корону, ее королевство, лишили ее достоинства и гордости. Боги подземного мира явили свою милость. Нож висит на поясе. Сейчас самое время.
Серсея сорвалась с места и побежала с убийственной целеустремленностью, словно ястреб, приметивший жертву. Она не оглядывалась, не смотрела по сторонам, только вперед. Наконец-то она добралась до них. Их гниющие трупы останутся здесь навсегда. Мародеры снимут с них все ценное, а потом их кости утонут под нескончаемыми слоями дерьма. Самая подходящая смерть, лучше не придумаешь. Серсея, не глядя, преодолевала поворот за поворотом, тоннель за тоннелем. Наконец она вскарабкалась по последней лестнице…
И увидела их.
Их лица были перемазаны грязью, некогда роскошные каштановые кудри спутались и запачкались. На Маргери было какое-то жалкое платье из мешковины, а ее брат Лорас - седьмое пекло, невозможно поверить, что это Лорас; его обгоревшее лицо теперь не лучше, чем у Сандора Клигана (видимо, история про кипящее масло не вымысел), - выглядел не лучше. Они присели отдохнуть, но тут же вскочили на ноги, словно их запустили из катапульты, когда разглядели, кто перед ними.
- Вы! – воскликнули все трое в один голос. Серсея лихорадочно оглянулась – нет, нельзя, чтобы Томмен добрался сюда, нельзя, чтобы он увидел свою любимую женушку и, к сожалению, еще живого Рыцаря Цветов. Ничего, она исправит эту прискорбную ошибку. – Вы!
- Ваше величество, - отозвался сир Лорас столь едко, что его голосом можно было протравить дыру в стальном доспехе. – Какая нежданная радость. – Он закрыл собой Маргери, держась за меч.
- Говори за себя. – Серсея потянулась к кинжалу. – Я думала, ты уже в преисподней. Придется отправить тебя туда как можно скорее.
Сир Лорас и глазом не моргнул.
- Уж простите, что не трясусь от страха. Значит, вы тоже сбежали? Полагаю, вас уже с собаками ищут.
- Им меня не найти. Однако, мой милый зять, я забыла о приличиях. – Серсея сладко улыбнулась. – А вы как здесь оказались?
Как она и предполагала, Рыцарь Цветов не мог упустить возможность похвастаться своей ловкостью.
- Я вошел в город с войском Таргариенов, чтобы любой ценой вызволить сестру. Как видите, эта часть плана выполнена. А теперь мы выберемся из этой выгребной ямы и вернемся в Хайгарден.
- Ну конечно, вызволить вашу дорогую сестру. – Серсея была настолько уверена в его измене, что даже не разгневалась, услышав о ней. – Но я не вижу здесь вашего лорда-отца.
- Мой лорд-отец решил остаться, - резко ответил сир Лорас. – Вам, наверное, будет приятно узнать, что штурм Королевской Гавани отбит, войско Эйегона разгромлено. Как Десница короля, лорд Мейс намерен поставить себе в заслугу победу над врагом и защиту народа. Кроме того, он объяснит Рендиллу Тарли и Вере, что моя ни в чем не повинная сестра теперь вне досягаемости и не стоит слишком… волноваться об этом. Так что продолжайте свой путь, бегите куда подальше. Это вовсе не будет выглядеть подозрительно.
- Возможно. – Серсея снова улыбнулась. – А может быть, я доберусь до Бобрового Утеса и сокрушу вас всех.
- До Бобрового Утеса? – Сир Лорас рассмеялся. – Я бы вам не советовал, ваше величество. Когда я уезжал из Штормового Предела вместе с армией Эйегона, Ауран Уотерс с целым флотом боевых кораблей, которые вы так кстати оплатили, как раз отправился осаждать Бобровый Утес. Думаю, сейчас он уже разграблен и стерт с лица земли.
- Утес? – Серсея попыталась тоже рассмеяться, подавив ужасные сомнения, от которых у нее скрутило живот. – Его невозможно взять приступом.
Сир Лорас пожал плечами.
- Как вам будет угодно. – Он внезапно выхватил меч из ножен. – Было приятно снова встретиться с вами, миледи, но нам пора. Предупреждаю – не стойте у нас на пути.
Серсея развела руками.
- Конечно, идите, я вам не помеха. Только подождите минутку. Пусть Томмен увидит, кто вы на самом деле.
- Что? Томмен? – У сира Лораса резко поубавилось показной храбрости. – Вы притащили его сюда?
- Раз на Королевскую Гавань идет приступом целое войско изменников, здесь самое безопасное место. И нечего врать, будто тебя волнует жизнь Томмена.
Лорас покачал головой.
- У вас столько пороков, что и не сосчитать, ваше величество, но я думал, что даже вы больше цените жизнь своего сына. Особенно учитывая, что он теперь ваш единственный ребенок.
Серсея почувствовала, как его последние слова пронзают ее, медленно, словно лезвие ножа. Ее желудок превратился в кусок льда, колени подогнулись. Он лжет. Ну конечно, он лжет. Сердце словно застряло в груди. Нет. Это просто дурной сон, я проснусь, и все пройдет.
- Что. Вы. Хотите. Сказать, - заплетающимся языком выговорила она.
- Мне жаль. – Сир Лорас посуровел, но в его глазах таилась искра сочувствия. – Мы узнали об этом как раз перед отъездом из Штормового Предела. Обара Сэнд убила вашу дочь Мирцеллу и объявила во всеуслышание, что готова нести за это ответственность.
Серсея не могла пошевелиться. Ноги стали словно ватные. Внутренним взором она увидела, как Джофф хватается за горло, как в его глазах плещется ужас, как он возлежит на погребальном помосте. Она увидела Мирцеллу на палубе «Быстрокрылого»; принцесса была сдержанна и вежлива, а Томмен плакал. Она вспомнила беспорядки, разразившиеся на улицах Королевской Гавани, когда они возвращались в Красный Замок, запачканное навозом лицо Джоффри, крики «хлеба, хлеба». Лжет. Он лжет. Конечно, он лжет. Это же сир Лорас, сир Лорас, он готов сказать все, что угодно, лишь бы задеть ее. Мирцелла. Моя девочка. Моя золотая девочка.
- Мне жаль, - снова произнес сир Лорас. – Только ради Томмена я не стану убивать вас. Найдите его и выведите из этой дыры. А потом уходите. Как можно дальше.
- Да уж, - добавила Маргери. – И помните, кому вы обязаны жизнью.
Мне не нужны их одолжения. Я скорее сама лишу себя жизни, чем буду им обязана. Серсея почувствовала, что ее вот-вот стошнит. Ее сердце раскололось на тысячу осколков. У нее даже не было сил сделать выпад и воткнуть кинжал в беспечно подставленную спину сира Лораса. Словно оказавшись наяву в самом страшном из своих кошмаров, она беспомощно смотрела, как сир Лорас обнимает Маргери за талию и уходит вместе с ней в глубь тоннеля. Вскоре они превратились в маленькие темные фигурки, а потом и вовсе исчезли во тьме.