- Что такое? Что с вами?
Бриенна сглотнула.
- Ничего, - сипло произнесла она, и на ее ресницах блеснули слезы. – Просто… я бы тоже отправилась в Королевскую Гавань, если бы это было возможно, но как? В Чаячий город заходят корабли только из Белой Гавани. Но когда я была там, лорд Мандерли…
- Вы были в Белой Гавани? – Санса понимала, что у них мало времени, но ей нужно было знать. Это объясняет разорванный плащ. – Лорд Виман все еще хранит верность моей семье?
- Как никто другой. – Бриенна дернула углом рта. Должно быть, это обозначало улыбку. – Правда, мне довелось повстречать только его сына, сира Вилиса. Он сжег флот Ланнистеров, который те отправили на Север… и, миледи, у него ваш младший брат.
Санса удивленно взглянула на нее.
- Мой младший… но у меня не осталось живых…
- Рикон, - тихо и быстро произнесла Бриенна. – Рикон и его волк.
- Лохматик. – Санса оцепенела. – Его звали Лохматик. Вы видели их?
- Нет, - призналась Бриенна, - но я не думаю, что лорд Вилис лжет. Если вы приедете к нему и заявите о себе, он, конечно, пожелает помочь вам. Он посадил меня под стражу, потому что боялся, что я задумала против вас дурное. Будет… - Она замолчала, подбирая слова. – Будет лучше отправиться на север, в Белую Гавань к Мандерли, но зима крепчает, да еще ходят слухи о том, что зло подбирается с каждым днем все ближе… конечно, воля ваша…
- Мы примем решение, когда выберемся отсюда, - ответила Санса. Ей отчаянно хотелось вернуться на юг, в Королевскую Гавань, найти Сандора… но теперь она больше, чем просто напуганная девочка, а он – всего лишь мужчина, один из многих. Бриенна принесла ей присягу, теперь она леди, королева. Хотя, если Рикон жив…
Но об этом позже. Санса крепче сжала руку Бриенны.
- Что ж, хорошо, - сказала она. – Поспешите к инквизитору. Возьмите с собой Пода, он вас прикроет.
Бриенна вгляделась в ее лицо, словно вбирая в себя каждую деталь. Наконец могучая воительница кивнула, надела капюшон и выбежала во двор.
Санса вышла вслед за ней и взяла чрезвычайно удивленного сира Хиля под руку.
- Она ушла по моему приказу, - тихо сказала она. – Идемте со мной.
Сир Хиль был ошеломлен, но не стал тратить время на расспросы. Он пошел рядом, отпихивая в сторону и расталкивая локтями особо увлеченных перепалкой, чтобы расчистить Сансе дорогу. С его помощью им удалось добраться до входа в Большой Чертог. Белморы и Корбреи все еще выясняли отношения, а судя по шуму, доносящемуся из чертога, все прочие - Темплтоны, Уэйнвуды и Ройсы - вот-вот присоединятся к ссоре. Санса бросила быстрый взгляд на сира Хиля, и рыцарь вновь с поразительной чуткостью уловил ее немую просьбу. Он набрал воздуха в легкие и крикнул:
- ЭЙ, ВЫ!
Медленно, постепенно, установилась хрупкая, ненадежная тишина. Враждующие стороны в изумлении смотрели на Сансу Старк, стоящую на верхней ступеньке рядом с рыцарем. Удивительно, но первыми к ней повернулись Корбреи. А может, не так уж и удивительно. В конце концов, всю эту свару затеял Мизинец, обвинив сира Лина в убийстве. Понятно, что семейство, известное своей вспыльчивостью, затаило обиду.
- Лорды Долины, - Сансе приходилось почти кричать, чтобы быть услышанной. – Вам известно, кто я, - дочь лорда Эддарда Старка, ближайшего друга и воспитанника вашего покойного лорда Джона Аррена. Я сожалею, что мне пришлось притворяться Алейной Стоун, но это было необходимо ради моей безопасности, ведь я покинула Королевскую Гавань, находясь под подозрением в убийстве Джоффри Баратеона. Петир Бейлиш спас мне жизнь и привез сюда, но у него были на то свои причины. Все, что я говорила на суде, - чистая правда. Именно он сплел заговор, в результате которого лорд Джон был отравлен. Именно он, а не певец Мариллион, убил леди Лизу. И, скорее всего, именно он подстроил смерть лорда Роберта, так же, как и устранение Гаррольда Хардинга. Милорды, откройте глаза. Ради чего он затеял сегодняшнее представление? Он решил стравить вас между собой, чтобы его злодеяния ускользнули от вашего взора. Вы все, так же, как и я, - просто пешки в его игре. И я не единственная, кто может подтвердить это.
Ответом ей было настороженное молчание. Санса знала, как трудно заподозрить в дурных намерениях обаятельного, безобидного с виду Мизинца, как искусно он играет роль единственного защитника Долины в дни зимы, смуты и бедствий. Он всегда старался представить ее слабой, наивной юной девушкой, находящейся под влиянием более сильных людей. Зато он нажил себе заклятых врагов в лице Корбреев. Бриенна и сир Хиль – ее союзники, но их явно недостаточно. Ей нужны Корбреи.
Наконец лорд Лионель вышел вперед.
- Откуда тебе все это известно, девочка? – требовательно спросил он.
Санса решила, что на этот раз пропустит мимо ушей неуважительное обращение. Стараясь говорить как можно более сжато, она рассказала все, что знала о планах Мизинца за последние несколько месяцев, о том, что ей стало известно в подземелье, где сидит инквизитор, и о брачных договорах. Затем последовали вопросы и громкие возражения, а также короткий обмен тычками между горячими головами, которым было наплевать на политические интриги и хотелось продолжить прерванную драку. Санса уже почти охрипла, как вдруг заметила в углу двора тревожные сигналы, – ей лихорадочно махал Подрик. Он был весь в крови.
У Сансы сердце ушло в пятки. Она спустилась по лестнице и двинулась к Подрику. Ее сопровождал сир Хиль, заботливо ограждая от толпы. Однако чары, которые охватили двор при появлении Сансы, начали таять. Лорд Белмор, приспешник Мизинца, осмеял все, что сказала Санса, а Корбреи, в свою очередь, стали высмеивать его. Спор становился все жарче и, скорее всего, должен был закончиться новой дракой. А я так и не знаю, куда делся Мизинец. Санса не была уверена, что Мизинец решится на побег, ведь скрыться – это все равно что полностью признать свою вину, тем более что в холодной, заснеженной Долине ему некуда идти. Даже он не настолько безумен, чтобы попытаться вернуться в заброшенное Орлиное Гнездо. Хотя вряд ли кто-то осмелится преследовать его там.
Эта мысль тревожно кольнула Сансу, но сейчас у нее были другие заботы. Она подошла к Поду и едва удержалась, чтобы не тряхнуть его за плечи.
- Что? Что случилась? Где Бриенна?
- Мертв. – От этого слова у Сансы замерло сердце, и она едва не лишилась чувств, но оруженосец тут же выпалил: - Инквизитор. Не миледи. Не леди Бриенна. Мы спустились туда. И нашли его. У него горло перерезано. А печать и кольцо. Украдены.
Мертв. Сансе потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать это. По крайней мере, вот ответ на вопрос, каков следующий шаг Мизинца. Санса сбежала, к тому же прибыли нежданные и нежеланные свидетели, поэтому Бейлиш догадался, что она попытается использовать инквизитора в качестве козыря. Так что он вернулся в темницу и прикончил беднягу, а потом забрал его печать, кольцо и все прочие вещи, по которым можно определить, что это высокий посланник Веры. А теперь, даже если они спустятся вниз и вытащат на свет обескровленный труп, невозможно будет доказать, что это именно тот, о ком она говорила. Как и в случае с Лином Корбреем, Мизинец готов скорее сам упасть на меч, чем позволить кому-то обратить его против него.
Значит, он где-то здесь. Скорее всего, заперся в башне, в надежде, что лорды Долины погрязнут в распрях (и что Гарри умрет, не успев ничего рассказать), а потом он вновь явит себя людям и очистит свое доброе имя. Я этого не допущу. Санса не могла определиться со своими чувствами по отношению к Мизинцу. Нет сомнений, что его правление, основанное на обмане и убийстве, нужно прекратить, - и конечно, ей больше не хотелось терпеть его ласки, поцелуи и хитрые речи. Но стоит ли лишать его жизни? Сансе ни разу не приходилось выносить смертный приговор, и у нее никогда не было ни власти, ни желания вершить хладнокровные убийства.
И все же нужно его найти. Это решит множество вопросов, к тому же у него брачные бумаги. Конечно, Санса не собиралась сочетаться унизительным браком с Мизинцем, но указ о расторжении ее предыдущего брачного союза уже засвидетельствован Верой, и если она поставит свою подпись, - он будет действителен. Санса не могла подписать его при Бейлише, в темнице, ведь тогда ей пришлось бы сразу подписать и брачный договор, но теперь ей стало ясно, что это означает. Наконец-то она освободится от брака с Тирионом и больше не будет бояться, что ей придется отдать ему свою девственность, что в один прекрасный день он вернется из изгнания и предъявит на нее свои права. Я буду в безопасности. При условии, что Мизинец не разорвал оба пергамента. Однако Санса достаточно хорошо изучила Петира Бейлиша – его слабой стороной было тщеславие, а еще нерушимая уверенность, что она принадлежит ему, как замена ее леди-матери. Он не сможет столь быстро отказаться от попыток присвоить ее себе. А это означает, что он не уничтожит указ о расторжении брака с Тирионом.