Дени поставила ногу на сочленение крыла Дрогона и забралась ему на спину.
— Мы улетим вместе.
— Навстречу Виктариону Грейджою и дотракийцам?
— Навстречу всем, кто ждет нас снаружи. Кстати, где они?
— По последним сведениям, после прихода дотракийцев Грейджои оказались запертыми в городе, как в ловушке. Но, сбрасывая их мертвеца со стены, я взглянул на гавань: появление драконов сыграло нам на руку. При виде чудовищ дотракийцы снялись с места и сбежали, так что Грейджои теперь могут по-быстрому свалить из этих развалин обратно на корабли. Они не дураки и хорошо понимают, что на суше им ничего не светит; а если они вернутся в море, их врагам придется сражаться с ними на их территории. Думаю, уже через несколько часов они отплывут.
— Хорошо. Нанесем им визит.
— Мне нравится ваш подход, ваше величество. А что насчет?.. — Тирион бросил взгляд на Пенни.
— Она останется здесь. Здесь достаточно безопасно. — Дени повернулась к девочке. — Не могла бы ты… найти урну, кувшин или что-нибудь в этом роде для пепла сира Джораха? Где-то внутри пирамиды должна быть Миссандея, моя переводчица, если ее не убили. Если встретишь ее, оставайся с ней, пока мы с Тирионом не вернемся за вами. Не уходи и ни в коем случае никому не открывай дверь.
Пенни, все еще напуганная и ошеломленная, слабо кивнула.
— Да, ваше величество.
Убедившись, что девочка все поняла, Дени повернулась к Тириону.
— Идемте. Нам пора.
Карлик немного помедлил, взглянув на Пенни, а потом кивнул. Он вскарабкался на Визериона; его маневры никак нельзя было назвать грациозными, но главное — результат был достигнут. Наконец они с Дени послали драконов в полет, те с шумом пронеслись по исцарапанному полу, вырвались через сломанные двери и одновременно взмыли в сумеречное миэринское небо.
Дени крепко держалась за Дрогона. Драконы закладывали вираж за виражом, быстро набирая высоту. Тирион изо всех сил вцепился в Визериона, но все же на миг оторвал лицо от драконьей шеи и напряженно улыбнулся. Два дракона с двумя всадниками, паря в воздухе, являли собой совершенную симметрию, и Дени страстно хотелось узнать, куда же делся Рейегаль и что за всадник ему предназначен. Внезапно ей вспомнилось видение, которое явилось ей в храме красных жрецов, — молодого человека с руками из черного стекла и пылающим мечом. И лед. Он — лед, а я — пламя.
Однако сейчас ее ждут более важные дела. Дени и Тирион пронеслись над темными крышами разграбленного города и устремились к освещенной факелами гавани, — это было единственное место, где находились живые люди, если не считать нескольких заблудившихся дотракийцев, скачущих по переулкам. Конечно, драконов сразу заметили; в душном, влажном воздухе эхом разнеслись тревожные крики. Они летели слишком высоко, чтобы их могли сбить стрелами, но Дени, забеспокоившись, толчком заставила Дрогона подняться еще выше. Она собиралась поговорить и с Виктарионом Грейджоем, и с кхалом Маго, но если они не станут слушать…
Еще несколько взмахов драконьих крыльев — и они подлетели к стоящим в гавани кораблям. Дени повернула Дрогона к флагманскому судну. На палубе началось столпотворение, люди кричали и метались в разные стороны. Оглянувшись через плечо, Дени заметила, что Тирион, несмотря на свои опасения, тенью следует за ней. Заставив Дрогона лететь совсем низко над поверхностью воды, Дени выпрямилась, прошла по голове дракона и с глухим стуком спрыгнула на палубу корабля.
Тирион на Визерионе парил прямо над мачтой. Ветер, поднятый крыльями дракона, заставил пламя фонарей прыгать и мигать, взъерошил волосы Дени, но ей это было безразлично. Обведя взглядом столпившихся вокруг нее ошеломленных и устрашенных железнорожденных, — бывалых разбойников и грабителей, наводящих на всех ужас, — она подняла руку.
— Я королева Дейенерис Таргариен. Я только что вернулась из Асшая и хочу поговорить с вашим капитаном.
По толпе пробежал испуганный шепот. Наконец кто-то с топотом спустился вниз, и вскоре на палубе появился могучий мрачный мужчина с длинными просоленными волосами, крючковатым носом и глубоко посаженными глазами, которые сверкали, словно осколки оникса. На нем был плащ с золотым кракеном, надетый, что любопытно, на полный доспех. Дени никогда не видела, чтобы люди, находясь на борту корабля, облачались в сталь, но железный капитан явно не боялся утонуть. В одной руке он держал черный боевой топор, но, завидев ее, опустил оружие и склонил голову.
— Самая прекрасная женщина в мире. Пророчество сбылось.
— Прошу прощения?
— Самая прекрасная женщина в мире, — повторил Виктарион Грейджой, ибо это был он. — Именно за вами я и прибыл в Миэрин, и вот вы здесь. — Он протянул ей свободную руку. — Если вы все еще замужем, я сделаю вас вдовой.
— Прошу прощения? — повторила Дени. — Я не призовая корова, которую можно увести на веревке, и не беспомощная девица, которую нужно спасать. Я здесь не потому, что спасаюсь бегством. Полагаю, дракон служит тому достаточным доказательством. — Она кивнула в сторону Дрогона. — Я пришла сюда как королева.
Виктарион чуть улыбнулся, и эта улыбка выглядела устрашающе.
— Ну разумеется. Я не причиню вам вреда, моя королева. Я приплыл сюда, чтобы взять вас в жены.
— В жены? А вы слышали, что случилось с последним женихом, который осмелился попросить моей руки?
— Слабак с зеленых земель, — не смущаясь, заявил Виктарион. — Я другое дело.
Дени на мгновение впала в замешательство от его наглости. Квентин Мартелл был из Дорна — а эту область Вестероса едва ли можно назвать зеленой или слабой, но, по-видимому, у железнорожденных принято презирать всех, кто не столь искушен в убийстве, как они.
— Как бы то ни было, я не собираюсь вступать в брак. Но если вы заключите со мной соглашение…
Виктарион махнул мощной рукой в сторону многочисленных кораблей.
— Видите, моя прекрасная королева? Вся мощь Железного Флота будет в вашем распоряжении, если вы сделаете меня своим мужем. Примите мое предложение, и мы сегодня же отплывем в Вестерос. Я оказываю вам честь тем, что спрашиваю вашего согласия.
Хочешь сказать, что в ином случае ты просто изнасиловал бы меня, а потом перерезал горло? Дени вынуждена была признать, что столь явное доказательство его могущества вводило в искушение, тем более что она так долго и отчаянно мечтала о кораблях. Это так просто — нужно всего лишь сказать «да». Но она уже один раз вступила в брак ради политических соображений, и это привело к всеобщей катастрофе, — если Тирион не солгал, Хиздар мертв, — но теперь с этим покончено. Если она когда-нибудь и выйдет замуж, то только по любви.
— Ваше предложение весьма лестно, милорд Грейджой, но я вынуждена отказать.
Виктарион помрачнел.
— Я пересек полсвета не для того, чтобы получить отказ.
— А я была рождена не для того, чтобы склоняться перед мужскими прихотями, милорд. Даже если бы я была простолюдинкой, я бы не согласилась. — Дени без страха встретила его взгляд. — Я обращаюсь к вам как королева к лорду и предлагаю защиту и союз; кто осмелится выступить против вас, если на вашей стороне будут драконы? Но вы должны разговаривать со мной как с королевой, а не как с беспомощной женщиной.
Виктариону подобные мысли явно никогда не приходили в голову. Он исподлобья взглянул на нее, словно пытаясь решить, стоит подчиниться или нет. Дени уже почувствовала, что железный капитан привык выполнять приказы, но уж точно не от девушки вдвое его моложе и почти вдвое ниже ростом, даже если она прилетела с неба и сошла на палубу его корабля со спины дракона. Пока Виктарион сосредоточенно размышлял, палуба под их ногами заходила ходуном. Сначала легонько, потом сильнее.
Нахмурившись, Дени оглянулась, ожидая увидеть орду дотракийцев, карабкающихся на борт с аракхами в зубах. Но для этого им пришлось бы доплыть до кораблей, а на это не способен даже вдрызг пьяный молодой ко и за все сокровища Вейес Дотрак. Тряска стала сильнее. Корабль застонал и затрясся, словно во время бури. Но небо было ясным… Дени не могла понять, что происходит…