- Вассалы – возможно, - тихо ответил лорд Виман. – А может, просто люди, которые не хотят позволить миру погрузиться во тьму, пусть даже шансы победить ничтожны, пусть победа достанется дорогой ценой. Я уже говорил вашему луковому рыцарю, хочу сказать и вам. Север помнит, ваше величество. Север помнит, так что пора заканчивать этот балаган.
Давоса пробрала дрожь. Он вспомнил, как и когда лорд Виман произнес эти слова. Снова затрубили рога, снаружи послышались крики, топот и звон стали. Наконец полог палатки откинулся, и внутрь вошли два горца. С ними был человек, закутанный в плащ и меха, со щитом в руке. Из-под шарфа торчала ярко-рыжая борода. Горцы более или менее одновременно поклонились Станнису.
- Ваш’личество. Это Эдмар Талли, лорд Риверрана. К вашим услугам.
- Лорд Эдмар? – Станнис не мог скрыть удивления. – Вы далеко от дома, сир.
- Да уж. – Вновь прибывший снял капюшон, под которым обранужилась густая копна волос, столь же огненно-рыжих, как и борода. – Сир Вилис Мандерли отправил меня на север с отрядом, чтобы я нашел сира Давоса Сиворта, если тот еще жив, а если нет, мне поручено захватил Дредфорт вместо него.
- Тогда вы вовремя, - сказал Станнис. – Сир Давос здесь, а Дредфорт скоро будет взят.
Сир Эдмар с удивлением заметил Давоса, а потом с еще большим удивлением – лорда Вимана.
- Боги милостивы.
- Бог, - как всегда, педантично поправил Станнис. – Мы очень рады видеть вас, милорд Талли. Сколько с вами людей?
- Три сотни. Почти все войско Белой Гавани. Сир Вилис решил, что битва с этим врагом важнее всего.
- А что Рикон Старк? Мне сказали, он там. Как он?
Глаза Эдмара блеснули. После долгого молчания, чуть более долгого, чем обычно полагается, он ответил:
- С ним все хорошо.
- А что Белая Гавань? – вмешался лорд Виман. – Она хорошо защищена?
- Неважно, - невесело сообщил Эдмар, - но сир Вилис поставил все на то, чтобы искоренить Болтонов раз и навсегда. Он отправил Аддама Марбранда в Долину, в надежде, что тот найдет людей, чтобы сражаться с упырями.
- Марбранд, - задумчиво произнес Станнис. – Значит, он отрекся от своих хозяев-Ланнистеров?
- Похоже на то. – Эдмар явно не был склонен развивать эту тему.
- Если он на службе у лорда Мандерли, а лорд Мандерли – на службе у меня, значит, за ним могут последовать и остальные западные лорды?
- Не уверен. Я слышал, они теперь поддерживают какого-то юнца, который развил бурную деятельность на юге. Этот парень называет себя Эйегоном Таргариеном.
- Еще один самозванец? – гневно произнес Станнис. – Это нашествие узурпаторов когда-нибудь закончится? Что ж, я поступлю с ним так же, как с Бейлоном Грейджоем, Джоффри Баратеоном и Роббом Старком.
- И как же, ваше величество? – вырвалось у Давоса. – С помощью пламени и черного колдовства? Здесь нет ни пиявок, ни красной женщины.
Станнис метнул на него испепеляющий взгляд.
- Я не нуждаюсь в напоминаниях, луковый рыцарь. Но у меня осталось еще кое-что. – Король взмахом руки подозвал к себе гвардейца, тихо сказал ему что-то и жестом велел удалиться. Закончив с этим, Станнис повернулся к Эдмару. – Вы прибыли вовремя. Мы начнем штурм Дредфорта на рассвете.
Если рассвет наступит. У Давоса было странное предчувствие, что они больше не увидят солнца, ни поутру, ни после. Долгая Ночь. Он пытался убедить себя, что это просто сказки, что солнце обязательно встанет и рассвет наступит, но в нем зрела холодная уверенность, что это не так. Лед крепчает, а пламя догорает. И во тьме, среди ужасов, начинают пробуждаться чудовища – люди и нелюди, Болтоны, упыри и кто похуже.
Конец всего сущего.
Давос Сиворт закрыл глаза, откинулся на спину и начал тихо молиться.
========== Жиенна ==========
Первым погас маяк на Тюленьей скале. Обычно он горел днем и ночью, даже сквозь снег и туман предупреждая корабли об опасных приливных течениях, огибающих вход в Белую Гавань. Но, глядя в окно башни, Жиенна увидела, как маяк померк и вскоре совсем погас. Нахлынувшая чернота казалась ощутимой, дышащей; бархатная завеса, окутавшая мир, не пропускала света звезд или луны. Снова выглянув в окно, Жиенна даже не смогла различить очертания форта.
По ее спине пробежал холодок, и она отвернулась, говоря себе, что ничего особенного не происходит. Не стоит волноваться попусту. По крайней мере, Жиенна не могла пожаловаться на неудобство - в комнате горел огонь, стояла теплая кровать, а на столе дымился горячий ужин; если ей что-то нужно, достаточно лишь попросить. Была даже колыбелька для Робби – для него хотели нанять кормилицу, но Жиенна отказалась отпускать его от себя, страшась шепотков об «уроде». Рикон Старк исчез, и теперь Робби снова стал важен. До Жиенны дошли слухи, что якобы сир Вилис хочет объявить себя регентом маленького принца-калеки и от его имени принять бразды правления Севером – вполне объяснимый и благоразумный поступок, ведь Мандерли и так уже всеми силами защищает Север. Если Рикон не объявится, скорее всего, так и случится. Жиенна знала, какая участь уготована матери малолетнего наследника, особенно если эта мать – чужеземка. Она это уже видела. Слуги все еще называют ее «ваше величество», но с каждым днем этот титул значит все меньше. Можно сказать, она пленница без оков.
Ей невольно пришло в голову, что если бы сир Аддам был здесь, ее положение было бы совсем другим. Он зашел к ней перед отъездом в Долину, чтобы удостовериться, что о ней хорошо заботятся, и заверил ее, что эта неопределенность лишь на время.
- Когда я отправился на ваши поиски, - добавил он, - я обещал лорду Эдмару, что заберу вас в Эшмарк, а вашему ребенку будет обеспечено рыцарское звание и удачный брак. Я собираюсь сдержать свое слово, миледи.
Она прикусила губу, с горечью думая, что он насмехается над ней. Нет никакой надежды на то, что Робби станет рыцарем, и вряд ли ему удастся вступить в брак. И все же она заставила себя проявить учтивость.
- Благодарю вас, сир.
Марбранд помолчал, повернулся, чтобы уйти, но остановился.
- Я надеялся, что это порадует вас, - мягко сказал он. – Знаю, я виноват перед вами, но со временем…
- Со временем? Вы послали ворона с вестью, которая погубила мою семью. Вы думаете, что сможете загладить свою вину, проявив капельку доброты?
Марбранд печально покачал головой.
- У меня нет оправданий, миледи. Мне нечего сказать в свою защиту. Но если вы вернетесь домой, в Западные земли… моя сестра Дженна будет рада вновь увидеть вас, а ваш сын…
- Станет такой же игрушкой для северян, как и здесь. А я буду такой же пленницей, даже не леди, не то что…
- А вы вернулись бы как леди? – Он заглянул ей в глаза. – Как моя леди?
По телу Жиенны прошла жаркая волна, от живота до макушки. Она не могла ни отвернуться, ни сглотнуть, ни заговорить. Ей хотелось попросить его остаться, не бросать ее одну в этом волчьем логове, но он должен уйти. Северяне пугали ее, а сир Вилис – больше всех. Белая Гавань, судя по всему, стоит на пути страшной бури. Сир Вилис поставил все на карту, отправив людей и корабли в Дредфорт и в Долину. Если на Белую Гавань нападет враг, из защитников остается лишь домашняя гвардия да несколько старых рыцарей. А значит, их всех перережут прямо в постелях.
Не будь дурой. Ей не стоит забывать о том, что она имеет дело с человеком, который хладнокровно сжег весь флот Ланнистеров и организовал возвращение Рикона Старка из страны людоедов. Сир Вилис костьми ляжет, чтобы найти его. По очевидным причинам лорд Белой Гавани постарался замолчать исчезновение Рикона, ожидая, что это не столь великое затруднение, а раз так, нужно заниматься более важными вещами. Необходимо сделать приготовления для защиты города и замка, нельзя ничего пускать на самотек.
Жиенна еще раз напомнила себе об этом и решила, что следует поужинать; когда слуги принесли еду, она не была голодна, да и сейчас есть не хотелось, но нужно поддерживать силы. Ради Робби. Она подошла к столу, приготовилась зажечь свечу, как вдруг…
Вот, опять. На этот раз ближе. Большой маяк в гавани тоже погас. Жаровни - маленькие искры огня на парапетах - еще горели, но пока Жиенна смотрела, их тоже поглотила надвигающаяся тень. Девушка прикоснулась к оконному стеклу, но внезапный укол холода заставил ее ахнуть и отдернуть руку. Стекло на глазах покрывалось ледяными узорами, и вскоре в нем отразилось лишь испуганное лицо Жиенны.