Китель грустно поблескивал начищенными пуговицами и золотыми звездами. До праздника осталось меньше недели. Тут нужны экстренные меры. Тем более одна такая мера уже была у Синичкина на примете.
Глава 12. У матросов есть вопросы
Вспомнил Юрий Петрович об одной шаманке. Он за ней давно приглядывал. Тропинка к ее одинокому жилищу летом не успевала зарасти травой и зимой всегда была протоптана в снегу. Люди часто приходили к шаманке, то за советом, то за помощью. Вот и заместитель Кутха, как простой смертный, решил к ней обратиться. Вдруг у нее есть особое средство для таких срочных случаев?
Нацепил Синичкин просторную кухлянку, чтоб скрывала, так сказать, недостатки фигуры, и отправился за советом. Прихватил свой план похудения и коробку шоколадных конфет в подарок мудрой женщине.
Час топает Юрий Петрович, второй. Солнышко его согревает, в кухлянке жарко. Семь потов сошло, а он только полпути прошел. На карте казалось – что там идти? А на деле – ого-го, расстояние! Хотел было по привычке в ворона перекинуться – так у него с собой поклажа. Куда ее девать? У птиц карманов нет. И обратно не повернешь – пройденного пути жалко.
Вспомнилась военная традиция: если к строевому шагу добавить строевую песню – и дорога быстрее покажется. Подобрался вояка, плечи расправил да как затянет во весь голос песню про Щорса. Ух, боевая песня! И впрямь идти легче. Так с песнями добрался до места назначения.
В тундре каждую юрту издалека видно. Тут и тропинка под ногами змеится. Не собьешься. Уже на подходе прекратил Юрий Петрович импровизированный смотр строя и песни, смолк, на разговор стал настраиваться. Почти подошел к юрте и, из-за объемного живота, не разглядел коварный корешок под ногой. Зацепился, да как растянется с соответствующими пояснениями по делу в весьма цветистых выражениях.
– Да едрить твою мать через коромысло и три якоря тебе в…
– И тебе не хворать, добрый человек, – мелодичный голос хозяйки юрты остановил поток эмоций товарища Синичкина. – Не часто у меня мужчины в ногах валяются. Не иначе как подарок судьбы.
Юрий Петрович торопливо поднялся, пыхтя и отряхиваясь. Смутился ужасно. Он приветственную речь сочинил, а тут всё так нелепо вышло…
– Прошу прощения, уважаемая… э-э-э…
– Ичэ. А тебя как величать? Что-то не помню тебя, путник. Турист?
– Здравия желаю, уважаемая Ичэ! По вашему приказанию… Тьфу, отставить! – Юрий Петрович сбился окончательно. Проницательные глаза шаманки не отрываясь глядели на него. – Меня зовут Юрий, и я… э-э-э… Турист, да.
– С чем пожаловал, турист Юрий? – хитрые интонации прятались в простых словах, будто она уже всё про него знает. Синичкин бегло оглядел собеседницу. Невысокая хрупкая женщина, трудно представить, сколько ей лет. Темные с сединой волосы непокрыты и заплетены в две чуть растрепанные косы. Одета она в обычную тонкую кухлянку, украшенную мудреной вышивкой по горловине и по подолу. Движения легкие, а вот взгляд черных глаз, наоборот, тяжелый, цепкий.
– Надо срочно похудеть, чтобы влезть в парадный китель и штаны. Есть у тебя такое средство?
– У меня все средства есть. Может, ты уже что-то пробовал делать?
Тут Синичкин вспомнил, что принес план и гостинец. Коробку с конфетами он сунул в руки шаманке, а план развернул и начал отчет.
– Значит, так: бег, отжимания, приседания и плавание. Один день без завтрака и обеда.
– Наверное, не помогло? – покачала головой Ичэ. – Хочешь, чтобы я на тебя дунула-плюнула, и ты – раз, и в объемах уменьшился?
– Так точно! Откуда ты знаешь?
– Я всё знаю. Мне Духи в уши шепчут все ответы, на все вопросы, – шаманка подошла к костровищу и поманила к себе гостя. Из золы вился дымок. Туда подкинь огненной пищи – и пламя вспыхнет. Синичкин подошел поближе и присел на небольшое бревнышко. Шаманка бросила тлеющим уголькам пару веток.
– Раз срочно надо, сделаем так: я отвар приготовлю. За ним каждый день ко мне приходить придется.
Юрий Петрович сразу вспомнил о способности в ворона обращаться и подумал: «Да не вопрос!» Но Ичэ, строго глядя ему в глаза, добавила: «Пешком, ногами. А лучше бегом и с песнями, как сегодня».
– Откуда про песни узнала? – подскочил Синичкин.
– Духи мне всё рассказывают, не забывай.
Пока беседы беседовали да разговоры разговаривали, шаманка завела костерок. Над ним котелок приладила. Плеснула водицы из баклажки и принялась отвар готовить. То травку туда бросит, то корешок, потом порошок из скляночки.
Когда Юрий Петрович попробовал отвар, сначала чуть не выплюнул. На вкус – как из гальюна зачерпнули. Но сделал над собой героическое усилие и проглотил отвар одним махом.