– Ну, держитесь, мать вашу ети, – товарища капитана первого ранга обескуражило наглое неподчинение. Он схватил с кровати одеяло и накинул его на одного лиса. Таким способом не только разбушевавшегося зверя можно утихомирить, но и небольшой пожар потушить в случае чего.
Тот, что под одеялом, замер от неожиданности, а второй утих, потеряв из виду противника. В юрте стало спокойно. Зам главного северного божества оглядел разгром в божественном жилище, оценил масштаб разрушений и без матерных выражений смог только выдохнуть.
Если перевести на литературный русский, приблизительно вот что он сказал: «Что же вы, паршивцы, натворили? Вот бы вас заставить всё обратно вернуть, так ведь нет. У вас же лапки. И наказывать вас, негодяев, бесполезно. Кто из вас мой Тихон, признавайтесь? Как вас различить?»
Этот вопрос стал главным на ближайшее время. Второго, найденного в тундре, лисенка Синичкин выгонять не собирался. Но и двоих оставлять опасно. Они же юрту разнесут к чертям лисячьим, стоит только их на минутку упустить из виду.
К вечеру хрупкое перемирие было достигнуто. Юрий Петрович выяснил, что один его хвостатый подопечный любит конфеты, а другой… оливки. И не спрашивайте, откуда в юрте, в заснеженной глуши, оливки. Юрий Петрович не просто военный, а заместитель великого Кутха, почти волшебник. Захочет – не только оливки достанет...
Кстати говоря, сам товарищ капитан первого ранга питал нежнейшую слабость к оливкам с анчоусами. И иногда воплощал себе, так сказать, небольшую радость. А что? Будь у вас такие возможности, неужто не воспользовались бы?
Чтобы окончательно утихомирить лисят, Синичкин решил рассказать им сказку на ночь. Выбрал простую. «Курочку Рябу».
– Мышка бежала. Хвостиком махнула. Яичко упало и разбилось, – задушевным тоном вещал Петрович. Лисы слушали, навострив уши. Речь в сказке шла о знакомых для них вещах: о курице и о мыши.
– Дед плачет. Баба плачет. А курочка… ушла. Потому как нечего ей с такими глупыми людьми делать. Она им золото в слитке, а они не осознали ценности подарка и давай глядеть, как оно внутри устроено. Или сожрать его решили. Говорю же, бестолковые. Не будьте как они. Цените, что вам дадено, – закончил мудрствовать Синичкин. Погладил лисят и сам спать улегся. Да только как тут уснешь? Думки про пропавшую карту спать не дают.
Глава 22. Кто является во сне
Полночи крутился Синичкин с боку на бок, навязчиво ёрзали в его голове вопросы. А когда уснул, приснились ему странные, будто из дыма сделанные существа, с хитрыми узкими глазами и белыми повисшими усами. Вокруг голов клубились капюшоны. Серая непрозрачная дымка скрывала тела этих существ, если они у них вообще были.
– Ты долш-ш-шен вернуть второй подарок, он не для тебя. Зач-ш-шем ты его забрал? Отдавай! Отдавай, – на разные голоса талдычили ему узкоглазые. Синичкин отчего-то сразу понял, о каком втором подарке речь. Они же про найденного лисенка говорят. Да и пожалуйста, он и не претендовал. Как раз думал, куда его деть.
Даже во сне товарищ капитан первого ранга не растерялся и решил прояснить некоторые вопросы.
– Как же я отличу свой подарок? Они же одинаковые.
– У того, которого ты долш-ш-шен отпустить, ч-ш-шёрные ус-с-сы, а у твоего – белые. Отпус-с-сти подарка. У него важ-ш-ш-ное предназнач-ш-шение. Отдай! Верни, – наперебой шумели шипящие голоса.
«Ого! А эти загадочные граждане и на вопросы отвечают, – подумал во сне Синичкин. – Надо с ними наладить деловой контакт. Мало ли, для чего они могут пригодиться».
– Так, товарищи дымовые завесы. Докладывайте, как вас звать и кто вы такие? Ну и как с вами связаться, в случае чего? А то я с неизвестными лицами не имею права общаться. Я, между прочим, при исполнении, а вы, может быть, шпионы, или того хуже – иностранная разведка из Ми-шесть? Вон у вас внешность какая, непостоянная. Что за неизвестная науке дымовая маскировка?
Странные визитеры шарахнулись от такого напора. Не ожидали, что и с них спрашивать будут. Переглянулись, перешептались так, что слов не разобрать. Свист один да шелест. Потом снова к Синичкину повернулись.
– Мы дух-х-хи тундры, дух-х-хи лес-с-са и гор. Это наш-ш-ши места. Нет у нас имен. Зови нас Без-с-сымянные. В дела людей мы не вмеш-ш-шиваемся. Ес-с-сли надо поз-с-свать – с-с-свисти. Вот с-с-свисток. Во с-с-сне придем.
В ладони Юрия Петровича очутилась маленькая шероховатая палочка.
Вот это разговор. Теперь ясно, кто явился к нему во сне. Видать, сильно нужен им этот пушистый, раз за него так торгуются. А ну, попробуем и свой вопрос прояснить.