– Да? Ну что ж, будем надеяться.
И я дал знак собираться. Обратный путь не пришлось отмерять пешком, так что к концу путешествия я чувствовал себя не хуже, чем вначале – лечение действовало, и заживление проходило успешно. Ощущения от путешествия были столь терпимыми, что я даже обратил внимание на своих телохранителей – молча заинтересовался, что они думают обо мне и моей выходке. Но решил не выяснять напрямую. Себе дороже.
Их осталось всего семеро. Можно, конечно, подобрать ещё бойцов из числа лучших пехотинцев или партизан, они будут горды таким повышением, пусть и временным. Положение личного телохранителя лорда открывает огромные возможности перед любым солдатом или офицером. Наверное, стоило дать кому-то из них шанс… Но я не был уверен, что мне вообще нужны телохранители. Подозреваю, если ещё хоть раз меня понесёт на передний край, они меня просто спеленают и сдадут врачам на опыты.
Интересно, что они сообщат начальнику моей личной охраны? Боюсь подумать…
В таких мыслях прошло путешествие. Подземелье показалось мне ещё более затхлым и тёмным после ясного летнего вечера. Приходилось терпеть. Зато я смог помыться и переодеться в чистое, а потом подняться к средству магической связи и погрузился в переговоры.
Следующая пара дней заставила меня понервничать. Новостей из Младшего уступа пока не было, зато пришли из Ледового замка. В ходе одного из магических боёв мои люди были вынуждены сдать первый вал, но постарались закрепиться на втором. Сын был сумрачен, однако полон решимости. Я видел, что он не в панике – уже хорошо.
Яромир сообщил, что силы противника появились по другую сторону от Сладкого моря, но до канала пока не дошли. А когда дойдут, тот уже будет закончен, и боевые корабли войдут в него. Конечно, это будут лёгкие лодки, но явно лучше, чем ничего. Я попросил его передать Алексею, когда снова с ним свяжется, что признаю́ правоту старшего сына. На сердце стало теплее от того, что врага ещё пока есть чем остановить.
Однако уже сейчас треть моего графства в чужих руках. Сейчас, пока противник ещё не сориентировался, не освоился, мы ничего не можем сделать с ним. А что будет потом? Прервав магическую связь с главным замком, я уложил лицо в ладони и замер. Не стоит об этом думать, но приходится. Что я буду делать? Что? Солдат пока хватает, но я не родился лордом, я был солдатом, и потому мысль о том, что придётся класть их в землю огромными массами, была для меня невыносима.
И всё из-за того, что мы пока не можем придумать ничего, чем бы ещё их поддержать. Чем бы мы могли подкрепить наши позиции и вывернуться из беды? Какой хитростью, каким волшебством? Думай, думай, Серёга. Пусть ты полный дуб в магических вопросах, но у тебя должен быть свежий взгляд. Кто увидит скрытую возможность, если не ты?
– Ледяной замок под угрозой? – спросил, подходя, Аканш.
– Пока нет, но… Это случится с неизбежностью, если мы что-нибудь не придумаем. Ребята делали что могли, и наши маги делали что могли, но долго противодействовать их магии оказались не в состоянии. Никакими силами. Это так, раз им пришлось сдать первый вал.
– Наши чародеи не могут понять, как ей противодействовать?
– Да. А что с этим сделаешь? Можно лишь надеяться на внезапное открытие, озарение, резкий и необъяснимый переворот. И пленники тут не помогут. Даже если бы и согласились помогать добровольно. Во что ни один из нас, конечно, не верит.
– Иногда недобровольная передача знаний тоже эффективна.
– Но не в вопросах магии и науки. Тут мы должны сами догадаться, что и как делать. И я от бессилия готов на стены лезть. Может, я сам и способен обойти чужие чары, чудом пробиться сквозь вражеские ряды, совершить одно-другое локальное геройство – но я такой один. А один в поле не воин.
– Рано падать духом.
– Это никогда не рано и не поздно. Это просто данность. Но если я упаду, то потом поднимусь и пойду дальше. Можешь быть уверен.
– Главное, чтоб солдаты не увидели, как ты падаешь.
– Ты ведь никому не расскажешь.
– Само собой. Серге, видишь ли… Империя знала множество трагедий и серьёзных затруднений, из которых, казалось, было не выпутаться. Но всё благополучно разрешалось. Империя по-прежнему величественна и несокрушима. Даже если мы потеряем Серт, думаешь, государь с этим смирится? Нет. Так или иначе, но его величество будет действовать и не отступится, пока не вышвырнет врага прочь. И её светлость Солор по-прежнему в силах. Ей не впервой выигрывать войны. Уверен, что и её высочество Джайда более чем достойна своей матери. Их таланты и совместные усилия в конце концов принесут плоды.