– А есть магические средства связи? – Я счёл возможным проявить любознательность. А парня-то, кстати, знал, его звали Инхи, и он отличился во время предыдущих учений.
– Да, конечно. Но только в подземельях. Там есть место, где выходит в плоскость реальности одна из дискретных линий трансляции энергий. К ней мы можем подключиться.
– Сколько уже имеется отрядов?
– На командном пункте средней части полосы обеспечения отметились пять. Есть, соответственно, пять укрытий и около восьми тайников с припасами. Один не очень удачный – посреди озера. В смысле – надо озеро переплывать, а на воде всё время находишься на виду. Но остальные очень хороши.
– Хочу посмотреть хоть одно из укрытий.
– Конечно, милорд. Но пластуна лучше отпустить. У нас тут есть лошади…
Я поморщился. Однако возражение было верным. Лохматые низкорослые кони, которых использовали бойцы партизанских отрядов, ловко ориентировались в лесной чаще. Они не могли нести много поклажи, и в седле здорово трясло, да и ноги постоянно цеплялись за пеньки, кусты и торчащие корни. Но тащить пластуна в завалы – идея, конечно дурацкая. Не для этого он предназначен.
– Давайте вашего коня. А пластуна уведут в замок. Не так ли, парни?
– Отправим кого-нибудь одного, милорд, – заверила меня моя охрана.
Лес обступал нас так плотно, что казалось, будто его кто-то специально сажал ствол к стволу, а между ними – возможно более колючие кусты, чтоб мало не показалось. Вскоре стало заметно, что и местность довольно сложная – в изрядной степени пересечённая, с часто попадающимися на пути оврагами (кстати, интересно, откуда они здесь, где так много деревьев, и земля должна быть надёжно защищена от эрозии переплетёнными корнями?), множеством валунов и огромных обломков скал, на вид довольно-таки неустойчивых.
– А их можно свернуть с места?
– Многие на то и рассчитаны, там уже и рычаги подготовлены. Кое-кто из наших ребят – из числа местных, они тут каждый уголок знают.
Мне оставалось лишь одобрительно покачать головой. Да, как-то так я это себе и представлял, когда распоряжался сконструировать полосы обеспечения. Здесь несколько раз проводились крупные учения, я ведь не только имперским спецназом занимался, но и свою личную армию дрессировал. Большую я себе позволить не мог, на это император мог плохо посмотреть, счесть опасным для себя – мало ли что затевает высокопоставленный аристократ, взявшийся наращивать воинские «мускулы». Так что мне требовалась маленькое, но отменно подготовленное профессиональное войско.
Не только по соображениям удобства, но и по политической причине я распорядился сделать северную полосу обеспечения более широкой и мощной, чем южная. Если слишком уж усердно отгораживаться от юга, государь и в этом может увидеть намёк. А тут претензий никаких – полоса в первую очередь прикрывает мои тылы, а лицом я всегда повёрнут к Империи. Я всегда лоялен.
И армии есть где тренироваться.
Лабиринт в завалах был устроен так хитро, что даже я, каждый раз обязательно присутствовавший на учениях, а кроме того утверждавший, подписывавший и изучавший схемы, в какой-то момент сбился и перестал воспринимать направление. В конце концов, за одним из поворотов открылась заросшая ежевикой лужайка, а в ежевике – припрятанное строение, так искусно замаскированное, что и с воздуха, пожалуй, не разглядишь. Я потянулся и понянчил в ладони веточку с наливающимися ягодами.
– Скоро она созреет.
– Да, милорд.
– Вам тогда впору будет медведей ждать в гости.
Командир отряда с удовольствием показал зубы в искренней улыбке.
– Дело хорошее. Медведи – это мясо.