— Да, — вздохнула она. — И особенности близнецов проявились на первом году их жизни. Тихий Гэрт, почти никогда не плачущий, чаще спящий, и шумная Тижина, которую Гервин звал не иначе, как Жин…
— И вы постарались это исправить?
— Да, думала, что если с малых лет приучать Жин к женским, а Гэрта к мужским делам, то со временем их характеры изменятся, — Рилина на меня не смотрела, заново переживая свое горе.
— Как Гэрт заболел? — мне были важны эти сведения, потому молчать не собиралась.
— Это случилось в Двуречьи, куда мой муж отправился с визитом, ну, а я попросила его прихватить с собой трехлетнего Гэрта, решив, что так будет лучше. Просчиталась — на обратном пути ребенок заболел, и, опасаясь распространения болезни, муж принял решение оставить его в одной из деревень на границе. Были и служанки, и воины, но… Мое сердце не выдержало, и я отправилась к сыну. Боролась за его жизнь и победила, только не дождалась окончательного выздоровления, пришлось срочно возвращаться — меня ждали другие дети, — с грустью закончила она.
— Вот как, — я представила малолетнего ребенка, очнувшегося от ужасного сна и увидевшего чудовище вместо своего привычного облика. Наверняка, все те, кто был с ним в тот тяжелый час, не удосужились успокоить малыша, да еще и деревенские, шарахающиеся от всего того, что непривычно их глазам. — А дальше что было?
— Гэрт вернулся домой, но… вы должны понимать, Гервин хотел вырастить сына воином и…
— О! Я отлично это понимаю, и теперь становится предельно ясно, почему Гэрт не хочет возвращаться к прежней жизни!
— Объясните!
— Ваш младший сын не желает быть воином, и он отлично понимает, что с ним будет, если он излечится!
— Да, — Рилина опять вздохнула, — Гэрт мечтал стать менестрелем… только играть на лютне он не способен.
— Отличная мысль! — вдохновенно бросила я и щелкнула пальцами.
— Я сама поговорю с сыном! — прозвучало, как приказание, но я не отступила:
— Он не послушает вас, позвольте сделать это постороннему человеку!
— Во-первых, я вам не доверяю, эрра, а во-вторых, Гэрт…
— Он тоже мне не доверяет, но и вас Гэрт не послушает, уж простите, в его понимании вы предательница, бросившая свое дитя на краю гибели! Именно вам он мстит, всем своим видом напоминая об этом, а вы с каждым днем только усугубляете это, заботясь о пятнадцатилетнем парне, как о малом ребенке, потакая его капризам! Вспомните хотя бы то, что ваш старший сын был всего на год старше, когда ему пришлось стать лордом Нордуэлла!
— Дерзко! — собеседница грозно двинулась на меня. — Вы сейчас упрекаете меня в том, что я помогаю своему сыну-калеке?
— Не упрекаю, всего лишь говорю то, что вижу, — смело взглянула на Рилину.
— Алэр думает, что вы хрупкая и нежная девушка, а вы, оказывается, достойная ученица своей наставницы! Поверьте, я открою правду о вас сыну!
— И чего вы этим добьетесь? — спокойно поинтересовалась я.
Рилина, не отвечая, отвернулась, а когда повернулась, ее глаза сияли от едва сдерживаемого гнева:
— Если причинишь вред хотя бы одному из моих детей, я тебя уничтожу, королева Ар-де-Мея!
— Вам не меня нужно опасаться, — тихо сказала я.
— А это не тебе решать! Я все сказала и надеюсь, что ты меня поняла! — развернулась и, громко стуча каблуками по каменному полу, с достоинством удалилась.
Оставалось только шумно выдохнуть — такой враг был мне не нужен, потому придется очень постараться, чтобы усыпить бдительность будущей свекрови.
Чтобы немного успокоиться, я отправилась в библиотечную башню, вот только потрясения на сегодня не закончились. Очередная проверка моих нервов состоялась на лестнице, ведущей наверх. Здесь мне повстречался Гурдин. Я посторонилась, пропуская старца, а он остановился, опираясь на свой посох.
— Милая эрра не сердится на старика за утреннее происшествие? — спросил он, пристально всматриваясь в мое лицо.
— Нет, — совершенно искренне отозвалась я, — вы бережете традиции Нордуэлла, хотя предупредить было бы нелишним, — отвела взор, ибо в красках вспомнила видение, ниспосланное мне Хранителями в роще ильенграссов.
Гурдин наблюдал за мной, слегка прищурив очи, а потом огорошил следующей фразой:
— Девушка, скажи, зачем ты носишь темную вещь, которая тебе не принадлежит?
Еле удержалась от того, чтобы не поднять руку и не схватиться за кулон Фрона, а старец продолжил свои тихие речи:
— Девушка, здесь нет тех, от кого стоит прятаться. Смирись с вынужденным замужеством и прими Алэра в качестве мужа.