В это же время из задних рядов послышались радостные крики.
— Наши! Смотрите, едет подмога!
Каспер оглянулся вместе со всеми. С юга-востока, откуда ночью прибыли войска короля, скакали рыцари. Много, на первый взгляд несколько сотен. Отставшие в пути, кто смог добраться только к завершению битвы. И готовые вступить в бой прямо с марша. Присмотревшись, Каспер увидел светло-зеленое знамя, в центре которого угадывался силуэт серого пса. Герб лон Тоэно. Воины его семьи прибыли на подмогу.
Это стало последней точкой в сражении. Неожиданно появившийся свежий резерв ударил в центр, погнал разрозненные силы клойнортов и в конечном итоге добрался до чужого обоза. И там же нашли плененного короля, которого успели отослать с поля боя.
Когда стало ясно, что главная часть битвы закончилась, Каспер снял латные перчатки, бросил в глину под ноги. Туда же отправился щит. Попытался спрятать меч в ножны мародера, но новый клинок не вошел. Тогда просто отпустил рукоять. Расстегнул подбородочный ремень, левой рукой стащил шлем.
Паломник с трудом расцепил пальцы. Воткнул знамя в землю так, чтобы можно было просто придерживать одной ладонью. Повернулся к рыцарю и спросил:
— Сэр Каспер, так что выходит, мы победили?
Лон Тоэно не стал ничего говорить и молча кивнул. Он слишком устал, чтобы подтверждать очевидные вещи. Хотелось сбросить доспех и безвольно лечь на землю. После чего не вставать следующие сутки.
— Пошли обратно в лагерь, Ферк. Возьми мой шлем.
Но уйти не удалось. К ним подошел сэр Виллем в сопровождении нескольких незнакомых рыцарей. Вблизи Каспер рассмотрел, что сражение далось великану не так легко, как казалось издалека. Он был перемазан в грязи и крови, а на латном доспехе виднелось множество новых вмятин. Следы от того, что рыцарь полностью сосредоточился на атаке противника и не защищался, справедливо понадеявшись на прочность доспеха. Сэр Виллем положил шлем на сгибе руки, молот небрежно закинул на плечо.
Каспер решил, что изначально лон Рууда заинтересовал державший знамя Ферк. Но потом великан узнал и лон Тоэно. Молодой рыцарь выдержал взгляд чудовища, но не стал начинать разговор.
— Юный лон Тоэно. Не ожидал тебя здесь увидеть.
Каспер молчал. Не знал, как и что стоило говорить в ответ.
— Ты хочешь продолжить наш последний разговор?
— Нет, сэр Виллем, — хрипло ответил Каспер. — Тогда история закончилась.
Он понимал, что великан не хотел вдаваться в подробности их истории при посторонних. И счел нужным подыграть. Предпочел отложить на будущее решение о том, как поступать дальше.
— Мне стала интересна личность нового знаменосцем. Это твой человек?
— Да. Герцогское знамя поднял Ферк из деревни Ночеда. Он временно служит мне оруженосцем.
— Что ж, ты повел себя как настоящий храбрец, Ферк из Ночеды. Хоть и вряд ли осознаешь, почему. Я прослежу, чтобы вы оба получили достойную награду.
Паломник исподлобья смотрел на рыцаря. В висках звучало предупреждение, что за благородным обликом скрывалось зло. И Ферк уже не мог разделить, было это посланием от архангела, либо его собственные мысли. Но понимал, что ему не нужны ни благодарность, ни похвала от этого человека.
Великан приблизился к паломнику и остановился на расстоянии вытянутой руки.
— Я вижу, что с тобой случилось. А ты сам понимаешь, почему здесь оказался, сломанный человечек?
Ферк ответил почти шепотом, чтобы услышал только сэр Виллем:
— Я тебя ненавижу.
Сам не понял, почему это сказал. В обычной жизни ни при каких обстоятельствах не стал бы в подобном признаваться. Тем более, обращаясь к благородному. За такое могли и высечь, а может даже и казнить. Но рыцарь сделал вид, что не услышал ничего оскорбительного. Он отвернулся и отошел.
— Возвращаемся в лагерь, — скомандовал лон Рууд. — Трофеи соберем позже.
Каспер предпочел бы идти в одиночестве, но понимал, что это опасно. На поле боя могли остаться клойнорты. Либо затаившиеся, либо легко раненные. И возвращаться группой было куда безопаснее.
В центре отряда вместе со всеми шел король Клойлатцена. У него сорвали с пояса кинжал в ножнах, но на этом все меры предосторожности закончились. Связывать руки не стали. Но сэр Виллем взял королевское слово не пытаться сбежать. Ферк признал, что внешний вид монарха его разочаровал. Обычный мужчина, приближающийся к сорока годам. С заметной проседью в волосах и бороде, уже начавший толстеть. В представлении Ферка правитель целой страны, которому сам Господь вручил власть, должен был выглядеть по-другому. Паломник не мог сформулировать, как именно, но явно не столь обычно.