-И что же тогда нам с ней делать? - спросила я его.
Он помолчал пару минут, а потом ответил:
-Ты ведь всегда хотела дочку, верно?..
*
Снова ночь, пишу, сидя у девчонкиной кровати, в пансионате все спят, и только ко мне сон всё никак не идёт...
Девочка проспала больше суток, а сегодня весь день лежала, отвернувшись к стене, ни на что не реагировала, плакала. К еде не притронулась.
Один раз только увидела, что она жмётся, поняла, что хочет в туалет, сводила её, а она рассердилась на меня, похоже, за то, что я оказала ей такую услугу, губки поджала, бровки нахмурила, глаза в пол - так и шла. Вернулась в комнату и снова - нырк под одеяло, лежит там и всхлипывает.
Девочка удивительно красивая - волосы длинные, черные, а глаза - пронзительно-синие, никогда я таких не видела. На вид ей лет тринадцать, как Игорю.
Мальчишки заглядывали в комнату, Арсений меня допытывался, что да как, но я побоялась рассказать всё как есть. Может, со временем смогу, не знаю, или Димитрий им сам объяснит…
Госпожа Камиата сегодня устроила скандал, заявив при гостях, что наш пансионат - это просто гадюшник, в котором противно находиться, и хозяева у него соответствующие.
Присутствовавший при этом Арсений рассказал всё Игорю, а тот потом как-то пробрался к ней в комнату и там гвоздями прибил её туфли к полу.
Г-жа Камиата, чуть не разбив себе из-за этой выходки нос, съехала из пансионата, изрыгая проклятия, а я для вида отхлестала Игоря полотенцем, а потом купила ему мороженое.
*
Девочка наконец-то поела.
*
Искупала её, вытащила все бусины из волос, она не сопротивлялась. Когда попыталась отдать ей их, отказалась, спрятала руки.
Порез над бровью заживает, а тот, что на руке, Димитрий зашил ещё в первый день. Швы хорошие, слава Богу.
Девочка как волчонок. Смотрит исподлобья, молчит. Еду я приношу ей в комнату - или отправляю кого-нибудь из мальчишек. Я рада тому, что она стала хорошо кушать, отъедается, должно быть, за прошедшие дни.
Мы переселили её в мою комнату, она там часто сидит у окна, как завороженная смотрит на улицу. Иногда личико её проясняется, разглаживается, появляется пытливое любопытство в глазах - но больше она всё же грустит, вспоминает, должно быть, свой дом, родных…
Димитрий говорит, девочек Севера готовят к жертвоприношению как к подвигу, как к величайшему событию в их жизни, и что, может быть, она печалится именно из-за того, что духи не забрали её, не приняли жертву её народа. Несчастный ребёнок, постоянно плачу, думая о ней…
*
Ходила её кормить, со мной увязался Арсений. Смотрел-смотрел на неё, потом рукой на себя показал и говорит:
-Арсений.
Она удивилась, уставилась на него, а он снова:
-Ар-се-ний, - потом на меня показывает, говорит, - А-гла-я. А-гла-и-да.
Она поняла, что от неё хотят, показала на себя пальцем:
-Рюю Цубаса.
Арсений даже подпрыгнул:
-Мама! Это её имя!
Я улыбнулась, а мой сын весь расцвел, подскочил к ней, схватил её за руку:
-Цубаса! Очень приятно! Цубаса!
Девочка удивленно смотрела на него, но руку не забирала и даже вроде потеплело у неё что-то во взгляде.
-Рюю Цубаса - уточняет.
Арсений засмеялся :
-Очень сложно. Можно просто Цубаса? Или вообще: Ася, - показывает на неё пальцем, спрашивает, - Ася?
Она нахмурилась, но скорее для виду, глаза у неё в тот момент улыбались.
Арсений помчался рассказывать Игорю, а Рюю Цубаса даже забылась на минутку, улыбнулась, глядя ему вслед. Похоже, он ей понравился, добрый мой мальчишка.
*
Ася у нас уже больше месяца, привыкает потихоньку. Так она и осталась Асей, имя "Рюю Цубаса" не прижилось.
Живёт всё так же в моей комнате, понемногу помогает в хозяйстве.
Объясняемся с ней жестами, но при этом всё комментируем, как маленькому ребенку, она пробует некоторые слова на вкус, пытается говорить. Арсений по-доброму смеется, хвалит её, и вообще проводит с ней много времени. Ася привязалась к нему больше всех.
Игорь посмеивается над ними, задирает нос. Вначале я недоумевала, с чего такая неприязнь, но на днях случайно увидела, как он ласково смотрит на Асю, когда она этого не замечает, и как-то всё сразу стало на свои места - мой младший сын просто не знает, как правильно вести себя с ней, стесняется, что ли, своей симпатии… Потому и вытворяет не пойми что.