-Я донесу, - буркнул он, наклоняясь и поднимая остальные сумки. Нанни возликовала.
-Какой же ты добрый! Спасибо!
Му-ши покраснел, и девушка, рассмеявшись от вида его смущения, обняла кошку и снова зашагала вперёд.
По дороге мимо них проезжали редкие автомобили, - в эти моменты кошка испуганно дёргалась и цеплялась за Нанни, больно впиваясь когтями в кожу и делая попытки вырваться у неё из рук.
-Ну что ты за бестолочь, - вполголоса ругала её Нанни, - будь как Му-ши. Терпи, страдай, все дела.
Ей снова стало скучно. От нечего делать она принялась смотреть по сторонам, разглядывать домики, ползущие по обе стороны от дороги. Дряхлые постройки, грязные и невзрачные - те, что сопровождали её изо дня в день по пути к школе и в обратную сторону.
“Уродливые, черные, отвратительные”, - угрюмо подумала она, скользя взглядом по косому забору и присыпанному снегом мусору возле него.
"Убожество".
Ей было здесь невыносимо тесно.
“Когда-нибудь я уеду отсюда”, - в очередной раз пообещала она себе, - “Заработаю гору денег или выйду за какого-нибудь богача. Ни за что не останусь в этой дыре.”
Она замедлила шаг, ещё издали заметив замызганную псину, разрывающую что-то зубами прямо у них на пути.
-Кошка, не смотри, - боязливо шепнула Нанни, оглядываясь на Му-ши. В большинстве своём бродячие собаки в этом районе были мирными, но она всё равно старалась обходить их стороной: кто знает, какая попадётся на этот раз?
Поравнявшись с Нанни, Му-ши цокнул языком, замахнулся сумками на собаку:
-Пошла отсюда!
Собака рыкнула и, подобрав своё сокровище, кинулась прочь. Нанни поплохело - изо рта у псины свисал дохлый котёнок.
-...или отправлюсь на Солнечную сторону, - пробормотала она, с трудом сглатывая подступивший к горлу комок.
Конечно, на Солнечной стороне живут одни идиоты, но у этих идиотов по крайней мере тепло и чисто - а это всё-таки дорогого стоит.
-Му-ши, как ты думаешь, на Солнечной стороне бывает снег? - спросила Нанни, отворачиваясь, чтобы не видеть серое тельце в собачьей пасти, - Или морозы как здесь?
Му-ши опять шмыгнул носом:
-Я читал, что если и бывает, то очень редко. Пару раз в год, может быть.
-Серьезно?
-Угу. Это какая-то природная аномалия: их города находятся не так уж и далеко от нас, но там гораздо теплее. Обычно там держится плюсовая температура.
-Вот бы там побывать…
Му-ши оставил без ответа её мечтательный вздох. "Вот бы побывать на месте кошки" - подумал он, ревниво глядя на то, как Нанни заталкивает его питомицу к себе под куртку.
Дойдя до её дома, он поставил сумки на стоявшую у забора кривую лавочку, сунул озябшие руки в карманы.
Нанни стояла рядом и, казалось, совсем не спешила уходить. Она рассматривала кирпичную кладку на стенах, дымоход, белый дымок, вьющийся над трубой. Дома или сестра, или мама. Печка, кухня с латаными занавесками, узкая комната, в которой буквой "П" стоят три кровати, и туалет на улице. Тоска смертная. Она перевела взгляд на Му-ши и улыбнулась, снова заставляя его краснеть.
-Так приятно, что ты помогаешь.
Он смущённо пожал плечами, как бы говоря этим: да ладно, чего уж там.
Девушка подошла ближе и чмокнула его в щеку. Верные слуги всегда должны получать свою награду.
Му-ши заморгал, и Нанни рассмеялась, отдала ему кошку:
-Ну ладно, пока. До завтра.
В доме открылась и хлопнула о крыльцо входная дверь, Му-ши и Нанни одновременно обернулись на звук.
-Нанни Ко, быстро домой!
Нанни закатила глаза и, подхватив свои вещи, прошла в ограду. На Му-ши она больше не смотрела, и тому ничего не оставалось, кроме как следить за ней растерянным взглядом - прижимая к себе кошку и даже не обращая внимания на то, что та начала драть мех на его капюшоне.
*
-Какая же ты бессердечная! Тебе бы всё смеяться да таскаться с мальчишками! А ведь весь Север скорбит! Как можно быть такой эгоисткой!
Нанни молчала. Старшая сестра распекала её, пока та раздевалась, и потом со всей ответственностью продолжила ещё и во время обеда.
-Выпрями спину! Что ты развалилась как не знаю кто! Что это был за мальчишка?
Нанни скривила губы и опять ничего не ответила. Суп снова был из капусты. Она терпеть не могла капусту.
Аои говорила и одновременно тёрла железной губкой кастрюлю, ожесточенно отдирая чёрный нагар. На лбу у неё было пятно - видимо, убирала волосы с лица грязной рукой и по неосторожности испачкалась, - под глазами залегли тёмные тени, лицо было осунувшееся и злое.