Мой бывший друг и собрат-лукумон бесследно исчез в этом хаосе, и я надолго потерял его из виду. Сперва, как я понимаю, он бежал в северные города, стойко сопротивлявшиеся заносчивым выскочкам. За несколько веков он побывал во многих далеких землях, становясь все более жестоким, холодным и целеустремленным. Он, видите ли, отказался смириться с суровым приговором собратьев и решил, что в будущем восстановит на земле власть и величие расенов. Именно этого, леди и джентльмены, мистер Хантер пытается добиться с помощью Тухулки.
— Как же он намерен осуществить свой замысел? — скептически осведомился доктор Дэмп.
— При помощи электровых табличек, доктор, дающих доступ к запредельному миру. Таблички завещаны расенам, так что в час великой нужды бессмертные лукумоны могут воззвать к Аплу о помощи. Расены, видите ли, избранники и любимцы Аплу: он был и остается тайным хранителем этрусского духа. Так что сверкающий блеск табличек — своего рода связующая нить с самим лучезарным богом. Демон Тухулка, один из привратников подземного мира — его назначенный посланец. А в подземном мире, видите ли, в многобашенном царстве Акрум правит владыка Мантус; именно там пребывают ныне души всех этрусков — всех за исключением троих бессмертных. Закат расенов на земле Аплу весьма удручил, но даже он не в силах отменить велений судьбы и сокрытых богов, решающих судьбу человечества. Так что Аплу вручил расенам электр — своего рода средство смягчить жестокий приговор.
— В чем же именно состоит цель мистера Хантера? — осведомился профессор Тиггз. — Боюсь, вы так и не прояснили этой загадки.
— Его цель, господа, ни больше ни меньше, как установить власть этрусков в оставшихся городах мира.
Судя по лицу мистера Хиллтопа, он нисколько не шутил и меньше всего ожидал, что слова его будут встречены взрывом смеха. Во власти бурного веселья доктор Дэмп даже выронил трубку и осыпал пеплом вишневый жилет.
— По-вашему, это утверждение содержит в себе что-то комичное, доктор Дэмп? — надменно осведомился мистер Хиллтоп.
— Нет-нет… оно всего лишь абсурдно, — отвечал доктор. Он отложил в сторону трубку, стряхнул с себя пепел и приготовился внимательно слушать дальше.
— Эту мысль следует серьезно обдумать, Даниэль, — укорил профессор Гриншилдз своего бывшего ученика.
— Вы говорите, мистер Хиллтоп, — подал голос мистер Киббл, по всем признакам настроенный не менее скептически, чем доктор, — будто бессмертный царь-жрец из Этрурии нацелился воскресить орду этрусских покойничков и поставить их над нами правителями?
— С поправкой на неуклюжую формулировку, мистер Киббл, так оно и есть, — усмехнулся Джек Хиллтоп. — Он намерен вернуть на землю своих союзников и соратников и возродить сияние славы расенов. Но позвольте мне вернуться к рассказу. Электровые таблички, видите ли, хранились в святилище Вольтумна и считались ценнейшим сокровищем расенов. Однако римляне осадили и разграбили святилище, так что и таблички, и много других реликвий были перенесены в их собственные храмы в городе на реке Тибр. Распознав истинную природу и предназначение электра, жрецы римлян приказали захоронить таблички на Капитолийском холме, не обозначив при этом точного места. Уничтожить святыню они, конечно же, не могли: электр вечен и неуничтожим, так что иного выбора, кроме как спрятать заклинание, у жрецов не оставалось. Сами по себе таблички вполне безобидны и никакой опасности для Рима не представляли — пока не попадут в руки бессмертного лукумона. Повелевать ими не может никто, кроме бессмертного; только бессмертный обладает властью произносить священные слова и призывать хранителя врат Акрума. Да позволено мне будет указать, леди и джентльмены, что вы уже наблюдали своими глазами силу Тухулки. Достаточно вспомнить про треволнения в «Итон-Вейферз», про фантомы в городе, сами понимаете, и про черный корабль в солтхедской гавани…