— Да, сэр.
— Тогда скажите, мистер Кикс, — осведомился Иосия, скрещивая на груди длинные костлявые руки, — вы сумеете перегнать стадо громотопов?
Вопреки зарождающемуся взаимопониманию, мистер Хикс ощетинился: непочтительное обращение с ним самим и с его именем вновь не оставило его равнодушным. Эту насмешку Иосия отнюдь не выдумал только что, но отработал и усовершенствовал с течением времени. Укрепившись в своем намерении, мистер Хикс утешал себя мыслью о том, что, ежели замысел его увенчается успехом, очень скоро мистеру Иосии Таску придется иметь дело с силой куда более могущественной, нежели старина Хикс.
— Кое-что я в этих созданиях смыслю, сэр, в этих здоровенных широкобивенных секачах, и с делом Хокема, разумеется, уже ознакомлен. Могу ли я спросить, куда мы их погоним?
— К югу — точное место назначения будет объявлено позже. Итак, наш друг «Мистер Баунсинг и экипажи» вскорости распрощается со своей драгоценной скотиной. Мы ему покажем, мистер Джикс, как надо выполнять финансовые обязательства и каковы бывают последствия, ежели посягаешь на чужие деньги. Мы сведем на нет его жалкое предприятие. Это, вне всякого сомнения, послужит ему хорошим уроком.
Скряга стремительно развернулся к поверенному — «Винч, надеюсь вскорости получить от вас весточку!» — и той же надменной, самоуверенной поступью устремился к выходу.
— И побольше вам подобных дней, — усмехнулся он, ни к кому конкретно не обращаясь.
Тьма хлынула в дверь вслед за ним; так что, невзирая на темную завесу и отсутствие окон, после его ухода в конторе Баджера и Винча заметно посветлело.
Однако благая перемена на настроении дородного поверенного никак не сказалась.
— Хикс — сюда — сейчас же! — прорычал он, качнув криво посаженной головой в направлении внутреннего святилища. Кислое выражение его лица от внимания Самсона Хикса отнюдь не укрылось. Вид у поверенного был такой, словно его только что вздернули на виселице. В преддверии нахлобучки мистер Хикс расправил брюки в тонкую полосочку, засунул кулаки в карманы и проследовал за подателем хлеба насущного в тайную комнату.
— Ла, вы когда-нибудь видели такое? — воскликнула Бриджет, едва тяжелая дверь захлопнулась. — Я думала, его насквозь проткнут — как долговязый прохвост глазами-то сверкал! Просто в толк не могу взять, что такое нашло на старину Хикса. «И никогда-то у долговязого прохвоста доброго словечка не найдется»… Ла, ужо нынче немного здесь прозвучало добрых слов, скажу я вам. А сейчас, надо думать, старина Хикс сполна получает, что ему причитается. Только вообразите: так говорить с клиентом, да с каким! С первым богатеем Солтхеда! Ла, мистер Скрибблер.
Но сбивчивый монолог девушки так и не привлек внимания мистера Скрибблера, который вернулся к трудам праведным и проворно царапал что-то на пергаменте. Отчаявшись выманить клерка с его верхотуры, прелестная поденщица оставила все свои попытки и взялась за ведро. С губ ее сорвался тихий вздох, а синева глаз слегка померкла.
— Ах, были б вы подобрее, — прошептала она чуть слышно. Затем уставилась в пол, покачала головой, словно не веря самой себе, развернулась и ушла.
Между тем мистер Скрибблер отложил в сторону черновики документов по приведению приговора в исполнение, столь важные для мистера Таска, и возобновил работу на благо надвигающегося Пуддлби. Такая добросовестность со стороны Ричарда, расставившего приоритеты в пользу клиента, ожидаемого с последним экипажем из Ныомарша, несомненно, вызвала бы одобрение Иосии. В конце концов мистер Иосия Таск был человеком деловым, а мистер Ричард Скрибблер, наш неутомимый клерк, претендовал на тот же эпитет; и разве Иосия не славился повсеместно своей добросовестностью?
Спустя какое-то время из приемной поверенного появился вполне отрезвленный Самсон Хикс. Смотрел он туча тучей. Губы его сжались в струнку, вот только верхняя чуть оттопырилась. Было очевидно, что мистер Хикс призвал на помощь всю свою выдержку; хотя в данный момент сей джентльмен получал от работодателя вовсе не нагоняй, а лишь инструкции касательно мастодонтов.
Минута-другая, и вот уже облаченный в темно-фиолетовое поверенный стремительно развернулся и вновь нырнул в свой личный склеп. Мистер Хикс нахлобучил шляпу на лоб и задумчиво побрел к выходу. Уже от порога он окликнул клерка:
— Надеюсь, вы запомнили, друг Ричард? Хайгейт-хилл, «Клювастая утка»!
Перо мистер Скриббла застыло в воздухе. Брови клерка поползли вверх, губы сложились в лукавую ухмылку. Резко очерченный рот мистера Хикса изогнулся в уголках: к франтоватому джентльмену отчасти возвращались былые ухватки.