— А мне глядя на тебя, до сих пор не верится, что ты волк, — хмыкаю в ответ. Внешность обманчива. Я вот всё думаю, как мне настроиться отыскать Кайла, особенно если учесть, что я делаю это впервые. Расскажи мне о нём, о ваших отношениях, что ты чувствуешь к нему. Надеюсь, это поможет, потому что я хоть убей не знаю, как это работает.
— Знаешь, что меня больше всего бесит, от чего обида сильнее? От того, что Кайл всегда любил жизнь. До исступления. Гордился тем, что он оборотень, своей силой, живучестью, … свободой. Даже когда что-то ломалось или разбивалось, когда, казалось бы, восстановлению не подлежит — он улыбался и говорил «не страшно, починим». Поэтому я не могу ему простить того, что он вдруг опустил руки и сдался, когда я столько лет держалась и опиралась на его веру. Из него вышел бы замечательный отец, — вздохнув, Леда заиграла желваками. — Но я не смогла дать ему детей и никогда не смогу. …Этого не починить. Кайл понял, что проиграл и против этого жуткого проклятья маргулов не попрёшь. Мы все проиграли. Хотя до сих пор пытаемся бороться. Мать Эрика имеет учёную степень, она не оставляет попыток разработать лекарство, которое позволило бы нашим женщинам зачать и выносить, но всё никак не удаётся высчитать чистую пропорцию. Некоторым удаётся, вот как мне, мы зачали своих детей, но я не могла дать им жизнь. Кое-кому удаётся даже произвести потомство, но все малыши …рождаются неполноценными, искалеченными. Матери не позволяют их убивать. Если тебя допустят в логово северных призраков ты увидишь этих хромых и безруких волчат. И так во всех стаях на севере. На самом деле Эрик прилагает чудовищные усилия, чтобы не началась новая война. Потому что оборотни уже дошли до крайней точки кипения. Мы готовы убивать маргулов, беспощадно истребляя их тёмные души. …Ханна, ты плачешь? — удивилась Леда.
А я … я не могу ничего с собой поделать, моё сердце разрывалось. Словно я прочувствовала боль всех этих существ и отчаянье матерей, баюкающих искалеченных детей.
— Можно мне за руль? — вытирая слёзы, заявила я, вдруг ощутив внутри себя шевеление странного инстинкта. Я откуда-то знала, куда нужно ехать и где искать Кайла. Леда не стала спорить, поменявшись со мной местами. — Ты любишь его? — переключая передачу, сворачиваю влево.
— До самых корней своей души. Преданно, невозможно сильно и …горько. Знаю, что он не идеальный, несносный, заносчивый, взрывной и упрямый, сначала говорит потом думает. Но это мой мужчина, я знаю каждый его шрам, каждую его улыбку и тень в глазах. Я умру за него или буду следовать за ним пока мы не упрёмся своими седыми мордами в вечность. Слёзы — это какая-то особенная реакция? — хмурится Леда, косясь на мои всхлипывания.
— Хотелось бы и мне так любить. Но сдаётся мне, что это больно.
— Но это единственный смысл в жизни, подруга, — хмыкает она. — Ты чувствуешь его? Кстати, если ты согласишься …
— Нет, — качаю головой, понимая о чём она. — Я не буду с Кайлом. Потому что хочу принадлежать лишь любимому мужчине, а ещё, потому что вашу пару никто не имеет права разбивать. Я ощущаю ваше крепкое чувство, вы созданы друг для друга, а призывный зов моей сути ошибка природы. И мне так жаль, Леда, что вам не суждено стать родителями.
— Но Кайл может стать отцом. Я так сильно его люблю, что была бы рада счастью его отцовства. Понимаешь? …Нет, тебе не понять, — в её отчаянном рычании слышится волчица. — Всё бы ради этого отдала, чтобы ты родила ему сына или дочь. Это придало бы его жизни смысл.
— Нет, я понимаю. Просто я тоже борюсь за свою жизнь и за свой смысл. Не будем об этом. …Ты знаешь куда ведёт эта дорога?
— К сожалению да, — Леда снова рычит. — Мы покинули территорию северных призраков и направляемся к «дьявольскому перекрёстку». Земли Габриэля.
— Что ещё за «дьявольский перекрёсток»? Название настораживает.
— Есть такое местечко. Альфа местной стаи, Габриэль, большой поклонник боёв без правил. Так вот на «дьявольский перекрёсток» сходятся оборотни из разных стай желающих подзаработать, так как там делаются ставки, или чтобы поскорее встретиться с праотцами, потому что там в основном бьются насмерть. Конечно же этот придурок отправился туда! Бои проходят по пятницам, а сегодня как раз пятница. Там пипец как опасно. В основном там собираются одни отморозки. Зря мы прёмся туда одни. Несмотря на то, что «дьявольский перекрёсток» объявлен нейтральной территорией, ты вызовешь там фурор и многие волки облизнуться на столь лакомый кусочек. Эрик мне голову оторвёт. Поворачивай!
— Нет! — гаркнула я таким же тоном. — Иначе мы потеряем Кайла! Сегодня или никогда, Леда. Ты меня защитишь, ты многих знаешь. Эрик меня пометил, так что им вряд ли захочется связываться с такой сильной стаей, как северные призраки. Мы найдём Кайла, схватим его за шиворот, бросим в машину и ударим по газам.