— Янис! — прошла я метров двадцать вперёд, совсем немного углубившись в лес. — Я знаю, что ты здесь! — а у самой сердце колотиться уже где-то в горле, адреналин зашкаливает, и сейчас, по своему состоянию, я уже больше похожа на дичь, за которой так любят охотиться волки-оборотни.
— Ну, и что тебе от меня нужно, дура ты бесстрашная? — прозвучало за моей спиной. И не где-то сзади в метрах двух или трёх, нет, он подкрался впритык. — Сама повернёшься, доктор Ханна, или нужна моя помощь? — уточняет насмешливый голос и не дожидаясь моего ответа, руки оборотня резко разворачивают меня к нему лицом.
Глава 19
— А что это ты глаза закрыла? Думаешь, спряталась? — издевательски хмыкнул Янис, прижав меня спиной к дереву. О, судя по всему, его эта ситуация страшно забавляет, волку уже не до припадков, теперь всё внимание на жертву его «любви». — Верх кретинизма соваться на чужую территорию, да ещё и ночью! — его дыхание коснулось моей щеки, затем переместилось к шее, пока я не почувствовала кончик его носа, шумно втянувший запах моей кожи. Причём «мурашки», которые ринулись следом за этим прикосновением чуть не меня не затоптали.
— Можешь не стараться мне не страшно. Ты всё равно мне ничего не сделаешь, волк не обидит потенциальную пару, — храбро выдала я, но глаза всё равно открывать не хочу, мне нужно успеть сказать ему, всё, что я думаю о нашей ситуации. Потому что, боюсь, если позволить нашим взглядам встретиться — я опять могу попасть под власть этого волка. На что он, видно, и рассчитывает. — Прекрати играть, Янис. Эти шутки с завлекающим воем вообще сплошное издевательство. Я думала тот факт, что, бросив всё, я примчалась по вызову, чтобы зашить твои раны и оказать врачебную помощь, заслуживает уважения с твоей стороны. Мы не пара и ею не станем, а этот идиотский зов следует подавить, он не приговор. Уверена, со временем нас попустит. Потому что у меня есть парень, с которым у меня серьёзные отношения, а ещё на мне метка северных призраков. Да ты и так всё знаешь, знаешь ведь, что этот зов ошибка нашей природы и ситуации в целом. Давай будем рассудительными, чтобы ни у тебя, ни у меня не возникло проблем, потому что их и так хватает.
— Какая ты у нас однако серьёзная и скучная. Боже мой, оказывается, ты думаешь, что можешь быть рассудительной! Какое курносое самомнение. А твои шашни с маргулом разве не ошибка природы, а? Может быть… — и тут руки, сжимавшие меня, обмякли и я почувствовала, что Янис рухнул на землю. Но это было ещё не всё, это моё особое предчувствие, голос лекаря, мгновенно бросил меня к парню, бьющемуся в судорогах. А так как это было лишь похоже на эпилептический припадок, то обхватив его голову двумя руками я отдалась своему дару, заговорив с ним через минуту.
— Слушай мой голос, Янис. Он как надёжно закреплённый трос между точкой света и бездонной тьмой. Держись за трос и иди на свет, ты выберешься, — и чем дольше я говорила, тем заметней расслаблялось его тело, пока он и вовсе не замер. И к своему сожалению, от чего я даже зарычала вслух, без моей помощи ему с этой бедой не справиться. Зафиксировавшись на мне, зов связал нас слишком тесно и лишь у меня теперь может получиться убедить упрямца. Если Янис не выпустит наружу суть беты — он погибнет. Даже сейчас рядом со мной на земле лежал уже не заносчивый высокомерный оборотень, а человек, ослабленный приступом своей борьбы с самим собой.
— Ладно, давай поднимайся, я помогу, — подхватила я его подмышки, вынуждая на меня опереться. Он даже не сопротивлялся, когда я укладывала его на заднее сидение своей машины. Его безудержно клонило в сон и эти двадцать метров, что мы с ним прошагали отняли его последние силы. Но Янис доверился мне, потому что знал, что и я не причиню ему вреда своей потенциальной паре. Вот только я не собиралась разыскивать Конора, чтобы сдать вожаку ночных демонов его нездорового волка. Я забрала его к себе. Решительно и непредсказуемо конечно, но только так я смогу ему помочь и для этого мне понадобятся несколько дней.
Такое впечатление, что ему вообще было всё равно когда я помогала ему заползать в дом и укладываться в мою кровать. Упав на подушку, он снова вырубился мертвецким сном. …А я чтобы не пропустить очередной приступ, прилегла рядом.