Услышав ненавистную полную форму имени, я поморщилась. Папа встретил маму далеко отсюда - в других землях. Влюбился, женился, привёз к себе. Да только вот местные, хоть и вроде бы приняли красивую добрую девушку, всё равно продолжали коситься. А потом родилась я - до боли похожая на маму, темноволосая, темноглазая бледнокожая кикимора - как обо мне отзывались многие местные красавицы. Нет, у меня были подруги, просто было их не так уж и много.
А когда началась война люди озлобились. Теперь всего чужого да чуждого боялись. Папа, как и многие мужчины из городка, ушёл в войска, а мы с мамой остались. Именно тогда моё имя превратилось из Алексии в Лёку - просто и не вызывающе. Люди подуспокоились, но всё равно нас не привечали. Чужачки - они и есть чужачки. Что с них взять? А младшая ещё и с силой. Меня побаивались. Ко мне ходили за помощью. Припарка какая, травка, мазь или вытяжка - всё можно было достать у меня. А так как делала я всё с запасом, то даже в самый лютый мороз ко мне могли постучаться, прося помощи.
Прошлая зима выдалась морозная да голодная - впрочем, как и все зимы до этого. И в самую ночь ко мне постучалась почерневшая от горя жена головы города. Их малолетний сынишка приболел - а я две ночи после этого рокового стука в дверь тянула из себя по ниточке волокна силы, вкладывая их в отвары и мази. Потирая вершики адамовой головы, снова и снова ныряла в мутное марево, чтобы посмотреть, есть ли тени у изголовья постели мальчонки. На третью ночь тень отступила. Я валилась с ног, жена головы тоже, мама моя щеголяла красными глазами от беспокойства за меня. Но парнишка выжил. С тех пор шепотки по углам стали реже, а Марьяна - мама спасённого мальчика - старалась чем могла помочь нам. Нам перепадали и хорошие куски после охоты, и кое-какие вещи. Хорошая всё-таки она женщина!
Но пока воспоминания проносились у меня в голове, дракошка проснулся и начал активно ворочаться.
Мама, приподняв бровь, смотрела на мою ходящую ходуном рубашку.
- Лёка, это что?
Я примирительно улыбнулась и аккуратно достала малыша.
- Пополнение мам. Принесла вот... Из леса. Он сирота.
- Лёка... - Мама всплеснула руками. - Как ты могла притащить это домой? Нас же... Нам... Драконы - опасные дикие твари. Ты бы ещё волка дикого приманила, или медведя вытащила... Ой, хорошенький какой! Но я всё равно не довольна!
- Мам, мне лес приказал. Прости, но пока что он в нашей скромной семье главный - неудачно пошутила я. Мама покачала головой. Я пригладила пушащийся хохолок дракошки и скорчила умильную рожицу. Мама закатила глаза:
- Ой, всё! Дуй руки мыть, и за стол. - Она потеряла ко мне интерес и, вытащив у меня из рук малька, запричитала:
- Какой хороший ты у нас! Какой красивый! Лёк, а как его назовём?
Я пожала плечами. Как можно назвать дракона?
- Страшный вихрь? Лохматый ужас? Летящий визг? - Мама покачала головой.
- Ну уж нет! Никаких ужасов в этом доме! Нужно что-то хорошее...
- Ну не Мурзиком же его звать, мам! - Я возмутилась, но и сама понимала, что имя - это на всю жизнь, и к его выбору надо подходить ответственно. - Давай думать что-то ещё...
- А что если... Агатий? Агат? - Мама прищурилась, глядя на прижавшегося к ней малыша.
- Добрый и хороший? - Я тоже склонила голову поближе к находке.
- Да. Чтобы вырос хорошим защитником да добрым другом нам.
Я кивнула. Хорошее имя.
А потом были обычные хлопоты. Напоив Агата выменянным у соседей на отвар от простуды молоком, я села сушить травы. Перебирая, раскладывала их по столу, тщательно сортируя. Что-то сразу измельчала в порошок, что-то - приберегала на потом.
Рутинная жизнь покатилась по старой колее с той лишь разницей, что теперь нас быо трое.
Конец