Обрадовался заяц. С тех пор всегда меняет зимнюю шубу на летнюю.
Волк-простофиля
Однажды голодный волк в поисках пищи брел по дороге и, увидев пасущуюся на лугу лошадь, сказал ей:
– Лошадь, я тебя съем.
– Ну что ж, ешь, – сказала лошадь. – Только прежде прочти, что у меня на копыте написано.
Стал волк рассматривать, что написано у лошади на копыте. А лошадь как лягнет его копытом по голове – так наш волк по траве и покатился.
А лошадь тем временем и скрылась.
Очнулся волк, побрел дальше и охает:
– Никогда я не был грамотеем. И какой шайтан угораздил меня читать, что на копыте написано?
Вот идет волк и встречает собаку охотника.
– Собака, я тебя съем, – говорит он.
– Хорошо, съешь, – отвечает собака. – Только помоги мне сначала из кустарника принесенную добычу достать: я сама-то уж стара стала – плохо вижу.
– Хорошо, – соглашается волк.
Собака повела волка в чащу кустарника, где ее хозяином-охотником был запрятан капкан, а возле него брошена приманка – кусок старой говядины.
– Вот здесь, поищи в кустах, – говорит собака.
Полез волк сдуру в кусты за мясом да и попал ногою в капкан. А собака что есть духу помчалась поскорее домой, чтобы привести с собой хозяина-охотника.
Тут только понял волк, в какую беду он попал; перегрыз себе лапу да на трех ногах насилу убежал в свое логово, дорогой ругая себя на чем свет стоит:
– Дурень я, дурень. И зачем собаку послушал?
Вот прошло некоторое время. Снова волк проголодался и пошел отыскивать себе пищу. Бродил он вокруг деревни и увидел: на околице у амбара свиньи роются. Подошел к ним волк и говорит:
– Свиньи, я вас съем.
– Коли хочешь, ешь, – отвечают свиньи. – Только сначала послушай, как мы песни поем.
– Ну что ж, пойте, а я послушаю, – соглашается волк.
Свиньи стали кружиться вокруг изгороди и подняли такой оглушительный визг, что прибежали люди с палками и, увидев волка, принялись бить его.
Насилу волк вырвался и еле ноги уволок.
Убегая, он снова принялся ругать себя за оплошность.
– И поделом, – говорит он, – мне, дураку серому. Только больше я уж ничьих слов слушаться не буду и первого, кто мне попадется, живьем съем.
И попадается ему навстречу человек – из лесу дрова везет.
– Ну, теперь-то я тебя съем! – говорит волк. И уж совсем норовит на человека броситься.
– Ну, что же, ешь, я готов, – говорит человек. – Только тебе на земле меня съесть неудобно: заслышат мои собаки, прибегут, отнимать меня будут. Ведь так?
– Так, – отвечает волк.
– Ну вот. А чтоб никто тебе не мешал, залезем оба на дерево. Там ты и съешь меня.
– Хорошо, – соглашается волк.
Человек быстро взобрался на дерево и кричит волку:
– Полезай и ты!
– Не могу взобраться, – отвечает волк. – Когти не берут.
А человек это и без того знал.
– Ну хорошо, – отвечает он. – Вот я брошу тебе сверху веревку, ты просунь в нее голову, и я тебя затащу наверх.
Сделал человек на конце веревки петлю и бросил ее волку. Волк живо просунул голову в петлю и кричит человеку:
– Тяни!
Соскочил человек с дерева, ухватился за конец веревки да и потянул волка вверх. Петля туго стянула шею волка, – тут ему и смерть пришла.
Долганские народные сказки
Встреча двух братьев
Давно-давно, когда на месте тундры шумели вековые леса, когда не было лютых морозов, жил один человек со своей женой. Звали этого человека Кыыл-кихи (Дикий человек). Они жили на вершине одной сопки. Вокруг них на несколько тысяч верст не было человеческого жилья. Питание они добывали охотой на диких оленей и ловлей рыб.
Скучно стало им жить без людей, не было у них детей, и стала жена каждый день говорить мужу:
– Сходил бы куда-нибудь, может, найдешь людей. Если найдешь – пойдем к ним, здесь скучно, живем уже больше сорока лет на этой сопке.
И стал собираться Кыыл в дальний путь; он не знал, куда идти, так как когда охотился, далеко не удалялся. Собрал все, что нужно, взял лук, три стрелы и сказал жене:
– Через каждые три года буду посылать по одной стреле, и ты будешь знать, что я жив. Когда пройдут три года после последней, третьей стрелы, то знай, что меня нет в живых, и ты тогда собирайся и уходи к людям, но только не по моей дороге.
Сказав эти слова, Кыыл-кихи зашагал – прямо на восход солнца.
Долго ли, коротко ли идет, он не знает: идет дождь – значит, лето; идет снег-значит, зима. Переходил через бурные реки, пробирался через дремучие леса, встречал невиданных зверей, но людей не было.
Так прошло три года, и Кыыл-кихи выпустил одну стрелу прямо на заход солнца. Выпустил еще две стрелы, осталось идти ему еще три года, но пока никого не встречал, кроме птиц и зверей.