Шел-шел Нирхушка-Емерхен; долго ли, коротко ли шел, никто не знает. На одном месте он остановился и сказал:
– Здесь остановимся. Вы немного подождите. Я пойду. Так и ушел он. Шел-шел и встретил одну девицу-волшебницу. Это была Деге-баба. У той Деге-бабы родился сын. Это был сын Нирхушки-Емерхена. Качает в люльке своего сына Деге-баба и поет:
Где отец твой?
Придет или нет он назад?
Нирхушка-Емерхен убил ту Деге-бабу, а сына себе взял, Потом он возвратился к месту, где оставил своих девиц. Дочь месяца взглянула на ребенка и рассердилась. Бросила этого ребенка. Дочь солнца взглянула на ребенка и сказала:
– Нирхушка-Емерхен, отдай мне твоего сына, я его стану кормить.
Отдал он ей ребенка, и они пошли к родной стороне. Сколько шли, никто не знает.
По дороге дочь солнца говорила дочери месяца, что ей, дочери месяца, будет плохо. Так они шли. Наконец Нирхушка-Емерхен достиг родной земли, но там уже не было ни оленьих, троп, ни чумов людей.
Нирхушка-Емерхен сказал:
– Почему нет оленей? Почему нет оленьих троп? Почему нет чума отца?
Когда-то у Нирхушки-Емерхена был друг, с которым они вместе играли; звали того друга Серкесехе. Этого друга и повстречал Нирхушка-Емерхен. Серкесехе сказал Нирхушке-Емерхену, что его отца и мать загубил шаман Кекилдан. Как узнал об этом Нирхушка-Емерхен, то начал плакать и гневаться.
Но Серкесехе не знал, где теперь мог находиться шаман Кекилдан. Десять дней Нирхушка-Емерхен искал шамана Кекилдана и, наконец, нашел его на одиннадцатый день. Когда он повстречался с шаманом, то закричал:
– О, дьявол ты! Сломаю твои челюсти! Пучеглазый. Чтоб ты не видел жизни! Скажи, где мой отец? Где моя мать? Сейчас же подавай мне родителей!
Солнцева дочь сказала мужу:
– Нельзя так! Не тронь его! Остановись! Не надо гневаться и портить жизнь отцу!
Потом дочь солнца сказала шаману Кекилдану:
– Ну, шаман! Сделай живыми отца и мать его. И Нирхушка-Емерхен велел быстрее начинать шаманить, Шаман сказал Нирхушке-Емерхену:
– Я знаю, что ты ездил на небо на девятиногом коне. Я знаю, что ты взял себе дочь солнца и дочь месяца. Это я знаю. Я знаю, что ты убил Деге-бабу. Твой отец и твоя мать умерли. Я не могу их оживить. Нет, – не могу!
Еще больше стал гневаться Нирхушка-Емерхен на шамана Кекилдана. Сломал прутья тальника и стал ими драть шамана, приговаривая:
Подай мне отца! Подай мне мать! Собака ты!
Бьет он прутьями шамана, а тот весь съежился и говорит:
– Пожалуйста, не убивай! Отпусти меня!
Нирхушка-Емерхен бьет прутьями шамана и кричит:
– Подай отца! Подай мать!
Воет шаман.
Просит дочь солнца Нирхушку-Емерхена:
– Отпусти шамана, перестань его сечь! Я воскрешу твоего отца, будет жива твоя мать, только отпусти шамана.
Удивился Нирхушка-Емерхен словам дочери солнца и не верит ей. Все же он попросил ее оживить родителей.
Дочь солнца узнала у шамана Кекилдана, где лежат кости отца и матери Нирхушки-Емерхена, и пошла к тому месту. Первый раз она прошла около покойников-стали они дышать. Второй раз прошла-покойники сели. Третий раз прошла-покойники совсем ожили, поправились.
Обрадовался Нирхушка-Емерхен и отпустил шамана Кекилдана. Отпуская шамана, Нирхушка-Емерхен строго пригрозил ему следующий раз быть умнее.
Сын Деге-бабы стал парнем. Он пошел искать свою мать. Спустился на дно океана, долго искал там свою мать. Так и не стало его. Говорят, того парня таймень съел.
Старик и эвенки
Старик пришел к эвенкам, говорит им:
– Вы, эвенки, лыжи себе сделайте. Те стали старика спрашивать:
– Дедушка, как же мы лыжи себе сделаем?
Дед отвечает:
– Вы концы у досок загните. На этих лыжах ходите, белок промышляйте.
Эвенки опять стали старика спрашивать:
– Чем мы белок убивать будем? Старик сказал:
– А вы у русских ружья возьмите. Опять эвенки говорят: – Дедушка, мы не знаем, как ружьями убивать. Тогда старик сказал:
– Вы порох у русских возьмите. Эвенки у русских ружья взяли, порох взяли; между собой стали говорить: Ружья эти очень хорошие.
Старик им снова говорит:
– Теперь белок убивайте. Если вы белок много убьете за белок у русских муку получите. Эвенки говорят:
– Мы не знаем, что такое мука. Старик сказал:
– Вы еще соболей промышляйте, песцов промышляйте, идите к русским за мукой. Это еда ваша будет.
Эвенки много дорогих шкурок добыли, у русских на муку выменяли.
Старик тогда сказал:
– Вы этой мукой питайтесь, сыты будете. Теперь я к вам больше не приду.