— Конечно, я жду вас у ворот.
Бангтай посторонился, на глазах дядюшки Мекима застыли слёзы, старика от охватившего волнения слегка пошатывало, Авиадна впервые видела его стоящим на ногах, на улице. Она с беспокойством подумала о здоровье философа, не хотелось бы, чтобы её отъезд причинил ему вред.
— Уважаемый господин, идите скорее в дом, на улице холодно, прошу вас, я не стою вашей простуды, благодарю вас за всё, вы были так добры со мной, впервые в жизни я испытала радость и покой мирной жизни. Я никогда не забуду вас.
— О! — от этих слов у старого философа подкосились ноги, Авиадна придержала его под руку от падения.
— Пойдёмте в дом. — настояла она.
— Так быстро пролетело время, я совсем не уверен, что я сделал для вас всё, что мог.
— Вы мне очень помогли, наши беседы, ваши книги…
— Да, но мы совсем не занимались вашими магическими способностями, по правде сказать, я в них и не силён, но мы могли бы найти что-нибудь полезное в книгах.
— Не переживайте, магия не учится по книгам, она созидается изнутри.
— Вы правы, но мудрость книг… Точно! — воскликнул дядюшка Меким, когда они вошли в дом и он занял своё привычное место на кресле. — Я нашёл для вас кое-что интересное! Хочу чтобы вы взяли это с собой, мне кажется, вам будет полезно. — сказав это он извлёк из груды свитков разбросанных по столу, тонкую книжку, больше похожую на тетрадь. Страницы и обложка от времени стали коричнево-серыми.
— Не смотрите, на то, что она вся изветшала, ей очень много лет. Это мемуары одного волшебника, который жил в этих землях очень давно. Часть написана древними рунами, но как я понял, вы умеете их читать. Возможно вы найдёте в ней необходимую информацию, когда вам понадобится. — с торжественным видом он протянул ей книгу.
Авиадна постаралась принять такой же вид, но про себя подумала, что мемуары неизвестного мага вряд ли ей помогут.
— Благодарю вас от всего сердца за такой щедрый подарок — ответила она, с улыбкой, искренне так считая.
Каждая книга была для философа родным ребёнком и расставание с любой из них, даже самой незначительной, было для него трагедией. С преувеличенной бережностью, Авиадна приняла книгу и аккуратно положила во внутренний карман платья, внезапно поддавшись чувственному порыву она обняла Мекима и чмокнула его в макушку.
— Прощайте и ещё раз благодарю за всё. Если к вам придёт незнакомый мужчина и будет спрашивать обо мне, скажите правду, что я уехала во дворец.
Философ удивлённо уставился на Авиадну, смущённый и сбитый с толку, в его голове никак не помещалась мысль, что кто-то позволит себе такую дерзость, как выведывать о местоположении Чесим Ахиты.
Улыбнувшись покрасневшему и несвязно бормотавшему дядюшке Мекиму, Авиадна вышла во двор.
Не тратя больше времени на сборы и лишние разговоры, Бангтай помог девушке забраться в седло, специально приведённой для неё пегой лошади, примечательно, что у животного были глаза с голубой радужкой.
«Совсем как у меня» — подумала Авиадна.
Колонна двинулась в путь, стражники обступили девушку по бокам, каждый сидел на крепкой вороной лошади, покрытой вышитыми накидками с изображением герба в виде горы и двух обвивающих её рек.
«Это и есть три сестры из легенды» — сообразила мысленно Авиадна рассматривая рисунок: «А где же четвертая, что стала Шёпотом, хотя если подумать, как можно это изобразить на полотне. В виде штрихов, или закрученных линий, да и кому придёт в голову мысль увековечивать всеобщее зло.»
Поскольку её свита хранила молчание и суровый вид. Девушке ничего не оставалось, как погрузиться в свои размышления, а там внутри её поджидали мысли о Дишане.
Как сейчас она хотела бы, чтобы он был тут, Авиадна бы немедленно приказала страже арестовать его и вести пешком привязанного к лошади за ними, периодически опуская плеть ему на плечи. Этот негодяй причинивший ей столько бед, заслуживал только самого сурового обращения.
«Хорошо, что я стану королевой, прикажу тогда чтобы Дишан стал свинопасом, есть ли тут такая работа? Если в этих краях постоянно снег, то где пасти свиней, ладно пусть тогда будет конюхом.» — Авиадна презрительно улыбнулась собственным мыслям. — «Какой из этого идиота конюх, он тут же продаст всех лошадей или украдёт, даже похуже проиграет в карты. Ему ничего нельзя доверить! Не то, что Бангтай» — его статная фигура маячила впереди колонны.
«Интересно, что будет с ним после того, как она станет новой Чесим Ахитой, привязана ли его страсть к определённой женщине или только к носительнице этого статуса». — Авиадне ужасно захотелось иметь кого-то надёжного и верного своим другом, Дишан не подходил ни по каким параметрам на эту роль. — «После всего, что произошло, я точно знаю, он опасен, изворотлив и глуп, но неплохой любовник». — На эти слова тело отреагировало лёгкой дрожью. — «И на этом всё, кто знает в какие он втянет меня ещё беды. Мысль о том, чтобы избавиться от него мне кажется уже не такой преступной. Чудесно до чего ты докатилась, ещё даже не получив власть, первым твоим приказом станет смертная казнь, поздравляю тебя королева убийца!» — Авиадна обиделась на собственные размышления, понимая, что сейчас находясь в расстроенных чувствах от свежей ссоры, она не сможет рассуждать здраво, девушка постаралась отгонять от себя любые думы, заняв себя разглядыванием дороги и своих спутников.