Солнечный свет проникал в комнату, освещая царившей в ней беспорядок, по всюду на полу валялись подушки, скомканный халат и ночная сорочка, съехавший ковёр сползал со стены, а надорванный балдахин кровати развевался от дуновения слабого сквозняка.
Авиадна лежала поперёк кровати абсолютно голая, крепко заснув, с уголка её рта стекал ручеёк слюны, кое-где уже подсохший.
Она никак не отреагировала на слабый стук. Постучав чуть сильнее, горничная толкнула дверь и вошла в комнату. Вид голой Чесим Ахиты слегка смутил её, но не застал врасплох, служанка взяла из шкафа чистую простынь и накинула сверху, прикрыв тело. Девушка поёжившись от прикосновения ткани, перевернулась на бок.
Горничная не стала будить госпожу, ей было приказано проведать, дав возможность отдохнуть подольше, задёрнув шторы и выставив стражу у дверей, чтобы никто не смел беспокоить будущую королеву.
Авиадна проснулась от того, что чья-та холодная рука тронула её за плечо. Сначала ведьма хотела крикнуть, чтобы Дишан убирался прочь, но вовремя прикусила язык. Разлепив глаза, она уставилась в окружающую её темноту, сгорбленная фигура с накинутым капюшоном, стояла у кровати. Девушка сначала испугалась, но в мелькнувшем проблеске света увидела белые волосы, выглядывающие из под накидки.
— Пора— ещё более осипшим голосом произнесла Чесим Ахита. — не одевай ничего, накинь плащ на голое тело и иди за мной.
— Я хочу вам сказать, что я отказываюсь от плана со Смоком. — выпалила Авиадна.
— Я знаю, мы сделаем так, чтобы его энергия перешла ко мне, так мы продлим мне жизнь и у нас будет время чтобы помочь тебе стать сильнее.
— Я поняла, хорошо. — Авиадна облегчённо вздохнула.
Накинув на себя плащ, девушка вышла из комнаты вслед за Чесим Ахитой, в коридоре не было слуг. Они медленно шли по замку, спускаясь по лестницам вниз.
Узкая дверь с большим железным замком встала на их пути. Женщина прикоснулась к ней, та неслышно распахнулась.
По длинному коридору они подошли ещё к одной, в отличие от первой эту украшал выкованный узор, солнце с лучами в виде стрел. «Мне кажется, я уже его видела», подумала про себя Авиадна.
Так же бесшумно они попали внутрь сокровищницы, вдоль стен слабо горели лампы, внутри каждой был вставлен голубой кристалл, который выдавал лёгкое белёсое свечение. Посреди комнаты возвышался столик, на нём, на подушке лежал знакомый браслет.
«Я уже заждался!» — в голове Авиадны вспыхнул знакомый циничный голос. — «Ну что спелись? Две шлюхи должны были сразу понять друг друга!» — Смок негодовал, но к обычной ненависти добавилось ещё что-то неуловимое. «Страх» — подумала девушка.
«Посмотрите на себя, разве вы способны меня напугать, две суки старая и молодая!» — Смок был в бешенстве.
«Он всё знает!» — пронеслось в голове Авиадны.
«Я всё про вас знаю, мерзкие бабы, шалавы, я вам не прощу, никогда, разве я не спас тебя девка столько раз, была бы рабыней сейчас в гареме у садиста, или высосал бы из тебя всю жизнь тот дурак. И вот твоя благодарность. А ты, мерзкая тварь Алита, выродок такой же суки, как сама, не хочешь рассказать ей кто мы друг другу?»
— Не сейчас Смок, тебе предстоит сделать последнее хорошее дело в своей жизни, умри достойно, старый дурак. — произнесла Чесим Ахита вслух, она тоже прекрасно слышала его голос в своей голове.
«Жалким шлюхам не победить меня, слышишь ведьма, только тронь меня и я тебя прикончу, пусть это будет моим последним действием, но оно стоит того.»
— Возьми подушку с браслетом, но будь осторожна избегай касания браслета, не будем недооценивать угрозы нашего приятеля. — Чесим Ахита спокойным голосом отдала приказ Авиадне, та подчинилась.
«Проклятые бабы» — выл Смок в её голове.
Женщина махнула рукой, дав знак следовать за ней. Авиадна ступала аккуратно, стараясь не уронить браслет.
Выйдя из сокровищницы они свернули в боковой проход, который девушка не заметила по дороге сюда. Он заканчивался простой деревянной дверью, без замков и ручек. Чесим Ахита толкнула дверь рукой и придержала её, чтобы Авиадна смогла войти.
Тёмная комната была абсолютно пуста, каменные стены и пол, посреди было небольшое углубление в виде некрупной ямы, на дне которой виднелись края чугунного котелка.
— Положи подушку туда — приказала королева, указав на середину комнаты.
Авиадна повиновалась.
«Убийцы, проклинаю тебя старая шалава и тебя молодая, за это, будьте прокляты и после смерти, пусть не будет вам покоя и счастья, только горе, только ужас, только зло, ненависть и предательство, вот что я завещаю вам, после своей смерти». — выл в головах женщин Смок.