– Тупая баба! – ударил он кулаком в живот девушку, выбив из легких Асэ весь воздух. Она попыталась вдохнуть через боль, но удар оказался сильнее, чем обычно, и девушка никак не могла справиться с силой, что сжимала ее желудок и легкие. – Я так устал с тобой возиться, сил моих больше нет. Лучше бы ты сдохла со своей матерью в том чертовом лесу! – швырнул он ее на пол. – С паршивой овцы хоть шерсти клок. Да, сестричка?
Стиг тяжело дышал, утирая пот со лба.
– Жених слишком заинтересован в жене, способной родить ему в кратчайшие сроки. Ты подходишь. Твоя свадьба через неделю, – бросил он и, хлопнув тяжелой дверью, ушел.
Асэ лежала неподвижно на полу. Найдя баланс между короткими вдохами и длинными выдохами, она старалась унять подкатывающую тошноту. Она задавала тысячный раз вопрос богам. Почему? Почему ей так не везет в жизни? За что боги ее прокляли и оставили без матери и отца? За что послали ей такого брата? Когда она будет свободна?
До самого утра Асэ глотала горькие слезы. Жестокость брата, конечно ее закалила. Из нежной ласковой девочки выросла дикарка, не боящаяся никаких угроз и кулаков. Но страх отсутствовал не по причине смелости или отваги, нет. Она боялась каждого удара и внутренни тряслась от грозных ноток в голосе брата, когда что-то делала не так. Просто она знала, если не будет стойко встречать его оплеухи, то в один момент он ее убьет. Она не боялась потерять свою жизнь, так как и особого смысла не видела в ней. Но у нее, несмотря ни на что, были мечты, которые она хотела исполнить, пока боги не призвали ее к себе. И если она пережила голодное и холодное детство, обморожение, побои, щепки и тычки своры дружков брата, то значит и выбраться из этого адового места она сможет.
Твердо встав на ноги, Асэ прикидывала примерный план действий. Встретиться с женихом. Ей ничего не стоило прикинуться дурочкой и пообещать ему, что выйдет за него. Ей необходимо связаться с Добом. Она надеялась, что он еще был в Горном королевстве и поможет ей скрыться от погони брата.
Асэ была уверена, что Стиг со своими берсерками не отпустят ее просто так. Казна пуста. Стигу нужны деньги и новые поголовья бизонов. Прежние стада черные драконы сожрали за несколько месяцев прошедшей зимы. Стиг охотится на драконов, но это такое же бестолковое дело, как приманивать белку на орехи. Ему отчаянно не хватало берсерков, и численность парусных кнорров уменьшалась с каждым новым походом Стига в другие земли. Откуда он так же возвращался с пустыми руками. Брак Асэ мог значительно улучшить финансовое состояние Стига и в обществе он мог подняться на пару ступенек, от этого так настаивал на свадьбе.
Асэ печально осмотрела спальню в которой жила последние пару лет и которая, так и не стала ей укрытием. С тех пор, как к ней стали приезжать свататься, Стиг забрал ее из свинарника, где у нее была очень даже хорошая, а главное теплая комната. Стиг долго морщил нос, когда Асэ появлялась перед женихами, словно за ней повсюду следовал нестерпимый смрад свинарника. Вот от кого точно воняло, так это от Стига и его своры, и даже от некоторых женихов веяло неприятным душком. Запах кислятины и немытого потного тела смешивался запахом мокрого меха, накидок, которые носили все мужчины севера, этакий отличительный элемент туалета их, от всех прочих людишек.
Асэ не стала прихорашиваться и причесываться. Она не хотела понравиться жениху совсем. Она желала, чтобы он испытал отвращение к ней и отказался от скоротечной свадьбы. Но ее план провалился.
Жених оказался точной копией ее брата. И даже вонял так же.
– Хорошо, что неряха, – гоготнул мужлан. – Не придется тратиться на наряды и мыло. Главное, что бедра широки, – шлепнув ее по ягодицам, заявило животное и облизало тонкие белесые губы. – Правда, худовата. Ничего, я тебя откормлю. Пацанов мне нарожай, я тебя озолочу.
Асэ поморщилась, скрывшись за выбившимися из косы волосами. Сжав плотно кулаки, что ногти впивались в ладони, она ждала, когда ее перестанут щупать и шлепать по всем местам и отпустят из этого зала позора. Он взвесил ее грудь в грязных ладонях. Черная грязь была под его ногтями и въелась в трещины на руках. Жених осмотрел ее рот и зубы. Пощупал ее ягодицы и подергал за уши. Когда ее терпение было на пределе, ее отпустили. Сорок пар глаз смотрели как незнакомец бесцеремонно лапал ее тело, изучал ее, как скот на продажу, и все желали оказаться на его месте. В воздухе парил смрад мужской похоти, и Асэ бежала из зала, сопровождаемая воем и свистом своры. Оказавшись на улице, ее вывернуло желчью на белый снег. Ни крошки во рту со вчерашнего дня, и никто даже не предложил ей пирога с праздничного стола. Омерзительны, как же они все омерзительны. Отплевываясь от вязкой слюны, думала Асэ. И чем больше все вокруг вели себя низко, тем больше в ней зрела уверенность. Бежать и не возвращаться.