– Как Вы себя чувствуете? – раздался мягкий женский голос со стороны.
– Я вас знаю, – прохрипела Асэ и, испугавшись своего голоса, приложила ладонь к горлу, которое драло огненной болью.
– Постарайтесь сильно не напрягать горло, – к ее губам поднесли ложку, от которой исходил умопомрачительный мясной аромат. Асэ приподнялась на локтях. Женщина, похожая на румяную сладкую булочку, нежно улыбалась ей.
– Где я?
– Думаю, там, где и должны быть, – хихикнула она. – Я Гитте. А Вы Асэ, – девушка нахмурила брови и это не скрылось от Гитте. – О твоей дружбе с Добом всем известно. Господин отправился на твои поиски, как только узнал о твоей ситуации, – пояснила она.
– Доб, мой милый Доб, – улыбнувшись и опустившись обратно на кровать, прошептала Асэ.
– Еще чуть-чуть, и Вы бы замерзли, – сообщила ей Гитте, поднося опять к губам Асэ ложку, наполненную густым и наваристым бульоном.
– На ты, пожалуйста, – прошептала Асэ, – Я могу сама. Спасибо.
Она попыталась сесть, но тело было слишком слабым. Принять правильное положение получилось с третьего раза.
Гитте поднялась с края кровати и отряхнула белоснежный передник.
– Спасибо Гитте. Передай, пожалуйста, Добу мою сердечную благодарность, и если у него есть время, я бы хотела лично выразить ее ему.
Гитте хихикнула и, присев в кнессете вышла из огромной комнаты. Комнаты в замке были большими настолько, чтобы драконы, пусть и не самой крупной породы, чувствовали себя комфортно.
Гитте скоро засеменила по широким коридорам и, добравшись до покоев Господина, потопталась на месте, не решаясь постучать.
– Гитте, я слышу, как ты пыхтишь, – раздалось из-за двери, и женщина вздрогнула.
– Девушка пришла в себя, Мой Господин. Она такая миленькая и ладненькая, – сообщила невидимому собеседнику Гитте, как бы между делом. – Передала Вам свою сердечную благодарность за ее спасение.
– Так и передала? – уточнил суровый голос. Женщина замялась на секунду.
– Да, мой Господин, – не моргнув и глазом, солгала она. – И просила Вас оказать ей честь и выразить эту благодарность лично. Если, конечно, у вас есть время.
Господин молчал. Гитте ждала. Она была рада его замешательству.
– Может быть, Вы угостите девушку ужином? Мой Господин, – подталкивала его женщина к принятию решения.
– Полагаешь, она готова принимать гостей?
– О, она будет готова! – радостно воскликнула женщина.
– Хорошо, – согласился голос из-за двери.
Гитте прыгнула на месте от радости и, сделав книксен в пустоту, удалилась. Ее ноги в теплых кожаных мокасинах мелькали из под длинной шерстяной юбки слишком быстро и торопливо. Все могло случиться, если правильно все рассчитать. Гитте боялась верить тому, что происходило сейчас в этой части замка. И вчера со слезами, молила Богов помочь ее Господину и выложить его дорогу успехом.
Пока девушка была в беспамятстве, Господин приходил в ее покои каждый день, и Гитте, отметила для себя его высокую заинтересованность гостьей. Чего раньше не случалось. Он читал ей вслух, рассказывал легенды, какая за окном погода, и пересказывал дворцовые сплетни. В его жизни появилось что-то новое, интересное. И Гитте боялась радоваться таким переменам.
Отправив горничных привести девушку в порядок, Гитте принялась за ужин. Он должен быть идеальным. Все должно быть идеальным.
Внося поднос с едой в комнату девушки, Гитте окинула гостью беглым взглядом. Здоровый румянец после горячей ванны, причесанные блестящие волосы, заплетенные в легкую косу, светлое домашнее платье с россыпью мелких голубых цветочков по полотну. Идеально. Подумала Гитте.
– Здравствуйте, Гетти, – улыбнулась Асэ, говоря уже значительно лучше и не испытывая сильную боль.
– Сегодня с Вами будет ужинать Господин, – поставив поднос на большой стол, предварительно накрытый белоснежной скатертью, сообщила ей женщина, гордо выпятив грудь.
– Столько приготовлений для Доба. Это совсем не к чему. Не хочу, чтобы между мной и Вингой возникло недопонимание, – возразила ей Асэ.
– Недопонимание?