- Я нашёл, - он попытался поднять вверх тяжёлый молоток, но не вышло.
- Замечательно! – Уоррен перехватил инструмент у сына. – Теперь мы готовы к починке пола. Идём.
Во время ремонта Уоррен ещё несколько раз убедился в отсутствии шрама у сына. В его голове не было причин для подобного, но что-то не давало ему покоя. Он должен был убедиться в безумности своих мыслей. И для этого было только одно решение.
Вечер перед сном был посвящён играм. Среди многих привлекательных для детей была одна особенная – «Ты знаешь, что...» Та самая игра из детства Адама до пожара. Её прелесть заключалась в одном единственном правиле, играть в неё могут только люди знающие друг друга как никто иной. Уоррен продумал все мелочи. Он составил вопросы так, чтобы точно знать, насколько Адам помнит события после лечебницы и до прибытия домой. Нужно было исключить все погрешности, включая возможную забывчивость мальчика.
- Давай начнём с правил, я помогу тебе вспомнить. – Уоррен старался произносить каждое слово чётко и понятно для ребёнка, - Я буду задавать тебе сложные вопросы, а ты должен поймать меня на лжи. Хорошо?
Адам задумался на секунду.
- А разве папы врут? – Он слегка округлил глаза и после рассмеялся.
Адам был довольно хитрым и сообразительным, что непременно нравилось Уоррену. Он будто испытывал гордость, что его сын, будучи такой крохой, способен велики обман, словно юный Гэтсби, но обязательно с добрыми намерениями в финале.
Кэрол продолжала телефонный разговор ещё несколько минут, и повесив трубку, объявила, что намерена присоединиться к мужчинам.
- Так как мы с тобой настоящие джентльмены, мы обязаны уступить право первого хода даме, - Уоррен погладил сына по волосам и с улыбкой взглянул на жену.
- Что ж.., - Кэрол погрузилась в раздумья, поглаживая колени руками, - знаю! Вы знаете, что я никогда не обижала своего милого Адама! – Она устремила скорее хищный, прикрытый улыбкой, нежели любовный взгляд на мальчика.
- Правда. – Адам немного скривил детские черты лица.
Ему было, нечего сказать. Хоть Кэрол и не была дружелюбна к нему, она всё-таки не обижала мальчика.
- Продолжи, Адам, - Кэрол будто забрала право выбора у мужа.
Мальчик привычно задёргал ногами. Он смотрел то на Уоррена, то на Кэрол. В голове ребёнка было много мыслей, но только одна не давала покоя.
- А вы забрали меня из лечебницы, потому что соскучились? – Адам по-детски завёл руки за голову, переводя взгляд с отца на мать.
- Конечно! – Уоррен не думал не секунды. Он взял Кэрол за руку и со всей надеждой посмотрел на мальчика, - Конечно это так! Мы с мамой всегда ждали тебя дома и, наконец, доктор разрешил тебе вернуться.
Кэрол ответила робкой неожиданной улыбкой, крепче сжимая руку мужа.
- Теперь ты, - Адам указал взглядом на отца.
- Да, конечно. – Уоррен должен был сосредоточиться, чтобы вернуться к плану. – Ты знаешь, что я теперь умею чистить для тебя морковь, - он будто стесняясь наклонился к сыну.
- Правда, - Адам ответил полушёпотом приблизившись к отцу.
Трое рассмеялись.
- Вы знаете, что никогда не желала зла своей семье, - Кэрол продолжала улыбаться.
- Да, конечно, - Уоррен покачал головой, - мы не сомневаемся в тебе.
- Вы знаете, что я люблю играть под дождём, - Адаму всё больше нравилась эта игра, а особенно врать взрослым на законных основаниях.
- Не-е-ет, кажется, - Уоррен не знал ответа. Кэрол не смогла помочь.
Адам расхохотался во весь голос, - Неправда!
- Вы только посмотрите, Адам, да ты нас обыграть хочешь! – Уоррен искренне радовался за сына. Но больше ему нравился интерес Адама к игре.
- Хорошо, моя очередь, семья, - Уоррен процедил воздух зубами, - Ты знаешь, что каждую осень мы приезжаем сюда. – Уоррен сосредоточил всё внимание на сыне. Адам точно знал времена года. Таких как он называли одарёнными детьми.
Адам посмотрел в окошко. Деревья стояли скучные, без единого листочка. И только дождь ломал хрупкие ветки, скатываясь по сухому стволу. Вокруг самого старого и мощного дерева красовалась глубокая лужа. Адам давно присмотрел её под запуск бумажных кораблей.
- Да, каждую осень, - Он сделал простой вывод. Простой неверный вывод.
- Какой же ты сообразительный, Адам, - в любом случае Уоррен хотел понять для себя, а вовсе не расстроить ребёнка.
По своему обычаю Милтоны посещали загородный дом каждую зиму. Именно в это время года в семье больше всего праздников, в том числе день рождения Адама. После трагедии родители не могли позволить себе пропускать его день рождения и навещали мальчика каждую зиму. По этой причине отдых в загородном домике сместился на зиму. Впрочем, Адам первый раз посещает это место в осенний период.