- Мистер Милтон, - доктор спрятал руки в карманы белого халата, - рад, что вы уверены в своём выборе, - он на мгновение опустил глаза в пол, - уверен, что вы справитесь с предстоящими трудностями.
- Да, конечно, господин Хофманн - Уоррен ободряюще погладил парнишку по спине, согревая его.
- Мистер Милтон, - тон и темп доктора ничуть не изменились, показывая, что тот не ждал ответа. Он продолжил, - сейчас вы как никогда близки к единственно истинному пути, - он не знал, как закончить речь, - помните, я никогда не был врагом для вас.
Уоррен не знал, что ответить. Он счёл речь доктора не столько помпезной, сколько тревожной. Мужчина в халате вынул из кармана тонкую красную ниточку, переплетенную в косички, и передал её Уоррену.
- Это так же принадлежит Вам.
Доктор удалился, оставив отца с сыном наедине. Уоррен спешно затолкал фенечку в карман пальто, и, прихватив чемодан побольше, покинул холл.
- А это старое доброе озеро, - обозвав озеро добряком, Уоррен громко рассмеялся. Салон наполнился раздражающей атмосферой, слишком шумной для уставших людей. - Помнишь, мы когда-то рыбачили здесь, правда всего пару раз и всегда неудачно, но оно того стоило.
Мальчик молча смотрел в пустоту, отражающую его пустые глаза.
- Хотя да, тут слишком темно. Тебе, наверное, не видно.
Уоррен втянул губы и сосредоточился на дороге. Казалось, позади были все воспоминания: парк у дома, старый цирк с большими разноцветными лошадьми, первые в жизни Адама скачки, озеро.
- Ну так, как прошёл твой день? - Уоррен легонько потрепал паренька по плечу.
- Было скучно, - мальчик оживился и стал перебирать ногами воздух, - сначала мы долго - долго учились, - Адам потянулся, крепко зажмурившись и громко выдохнув, - а потом рисовали песком и играли в коридоре.
Уоррен рассмеялся и потер руками руль.
- Значит, вы играли в коридоре… - мужчина перевёл интонацию в подыгрывающую.
- Ну-у-у, - Адам стал мотать ногами шустрее, - мадам Клер отвлеклась, и мы немного поиграли.
- Ну, раз немного, - Уоррен рассмеялся, подобно проигравшему в глупой игре.
- Совсе-е-ем немного, - Адам собрал пальцы в кулак, выставляя указательный и большой вперёд и какое-то время смотрел на отца через расстояние между ними, - Только не говори маме.
Уоррен мотнул головой, подтвердив слово отца, и завернул в город. Что-то еле заметное застучало по крыше автомобиля. Капли дождя стекали по стеклу и гипнотизировали Адама. Он следил, как вода стекает по проделанному ей самой пути. Прошли минуты или часы, дождь заглушил шум мотора.
- Мы скоро приедем? - Адам был достаточно громким, хоть его глаза до сих пор не выражали интереса.
Уоррен вздрогнул, но сумел удержать руль.
- Адам, ты слишком громкий! Больше никогда не кричи, если я веду машину, - он проговорил последние слова, выделяя каждую букву.
- Хорошо, пап.
Адам не показал ни капли вины или обиды. Парень продолжал сверлить отца взглядом. За всю дорогу он изрядно вымотался, детское терпение было на исходе.
- Не переживай, Адам, нам осталось всего пара километров.
Мальчик по-детски заскулил и принялся вырисовывать известные только ему фигуры на холодном стекле.
Дом Милтонов, словно маяк, на тёмной улице согревал светом прохожих. Несмотря на поздний час, окно в кухню было открыто – Кэрол ждала мужа. Пожалуй, самым приятным, дополняющим картину семейного очага, элементом была мелодия заканчивающегося ливня. Последние капли дождя отбивали замедленный марш по черепице крыши и железным деталям двора. Было неприятно осознавать, что голая земля вновь напиталась влагой и ступать по ней настоящее наказание для новой обуви и расслабленных буднями ног.
Впрочем, в жизни есть много обязательных мелочей, к которым нужно привыкнуть. Конечно, с возрастом они меняются и их список значительно расширяется, но не это ли называется жизнью? Уоррен порой задумывался над этим моментом, прикуривая утреннюю сигарету на балконе или разбирая счета. Он отчётливо видел нити, рождённой не им, системы, но именно он и сотни ему подобных должны были слепо следовать её канонам. Иногда он начинал свою мысль, приводя в пример колонны муравьёв. Ведущий выбирает маршрут, руководствуясь одному ему известными причинами, а остальные слепо следуют друг за другом и, в том числе, за ним. По сути схема не представляет из себя ничего сложного, защищённого. Ведь, если на пути попадётся враг, вся колона рискует не вернуться в муравейник. Казалось бы, сколько ответственности на ведущем муравье, но, с другой стороны, это не мешает ему рисковать всей колонной, следуя своим правилам. Получается правила одного то же, что и правила всех в колонне.