Ааргард усмехнулся про себя: кажется, светловолосые девчонки были его персональным проклятьем, которым небо щедро его осыпало! И теперь он вдруг молча подался вперед и протянул ей руку. Кирана едва заметно смутилась, но приняла ее. Он сжал нежную маленькую ладонь. «Совсем как у Шесс», — мелькнуло в его голове. Только что делать дальше, в голову не приходило.
Кирана решила все за него. Она потянула его вслед за собой, и они бесшумно заспешили по коридорам, забирая в противоположную сторону. Следуя за ней, он чувствовал еле уловимый аромат цветов, что первыми проклевываются из-под снега на южных склонах. Его руку то и дело щекотали развивающиеся белоснежные пряди.
За очередным поворотом его ноги вдруг утонули в пышном ковре. Кирана настороженно прислушивалась, но продолжала тащить его следом. В конце концов, они оказались у окна, задернутого нежно-сиреневой шторкой. Слева от окна обнаружилась дверь с вычурным резным орнаментом.
Кирана не останавливаясь толкнула ее и завела Ааргарда внутрь. Беглого взгляда было достаточно, чтобы понять — она привела его к себе. Большая круглая комната с белыми стенами, полукруглое большое окно от пола в четверть спальни, задернутое такими же шторами сиреневого цвета из прозрачной невесомой ткани.
Кирана обернулась.
«Ну и что же ты делаешь?» — подумалось Ааргарду. Ее лицо было бледным от страха, большие голубые глаза, напоминающие льдинки, искрились в полумраке и испуганно вглядывались в его, которые наверняка сейчас полыхали огнем.
Ааргард не двигался, ожидая. Он не позволял лицу передать ни одну из эмоций, овладевших им. Если Кирана вдруг увидит усмешку в его глазах, дальше будет все предсказуемо. А обижать девочку отчего-то не хотелось. Она так трогательно трепетала внутри, что казалась не драконом, а мотыльком, случайно родившимся не в то время и не в том месте.
Наконец, не встретив на его лице ничего, что могло бы ее остановить, она шагнула к нему, встав на цыпочки, и прижалась своими губами к его. Ааргард втянул шумно воздух и прикрыл глаза. Не то, чтобы он не ожидал этого… Но все же был удивлен.
Сначала ему захотелось все-таки мягко отстраниться и, извинившись, вернуться к первоначальном плану — проветрить голову и размять крылья. Но тут она положила ему тоненькие холодные ладошки на грудь, продолжая умолять губами ответить ей. Он стиснул зубы на миг… и в следующее мгновение расслабился и ответил. В груди шевельнулся огонь и предсказуемо покатился к низу живота…
Он уже по хозяйски опустил ей руки на талию и притянул к себе, перехватывая инициативу полностью. Подчиняться девушке было не в его природе. Он почувствовал, как она облегченно выдохнула в первое мгновение, но тут же, напряглась еще сильнее, очевидно, так и не решив для себя, чего боялась больше: того, что он уйдет или того, что останется.
Ааргарда это уже не интересовало. Им завладел зверский «голод». Он подхватил ее на руки и преодолел несколько шагов до кровати. Кирана была такой же невесомой, как… Он мотнул головой, пытаясь вытряхнуть из нее навязчивые сравнения, и пристально всмотрелся в девушку.
Она лежала, тяжело дыша и не спускала с него взглядя. В нем уже не было страха. И это было приятно. Она смотрела на него с восхищением и предвкушением, а еще с каким-то затаенным торжеством. Ну конечно же, папочка наверняка будет в бешенстве. Ааргард не смог сдержать хищную улыбку, и Кирана слегка улыбнулась ему в ответ.
— Плохая девочка… — прошептал он и склонился над ее лицом.
— Ты даже не представляешь насколько, — неожиданно горько произнесла она.
Он коснулся руками ее бледной щеки, спустился подушечками пальцев на шею… Она судорожно сглотнула. И он прильнул к ее губам, жадно и настойчиво. Его язык ворвался в ее рот, устанавливая свои правила и требования. И она подчинялась, полностью признавая его власть. Он с наслаждением запустил свои пальцы в мягкий шелк ее волос и слегка собрал их в руку, не давая ей ни единой возможности отстраняться от его губ. Да она и не пыталась.
Девочка, очевидно, хорошо знала принципы мужчин своего племени. Они были диктаторами и собственниками в постели. А черные драконы вдвойне.
Она вздрогнула, когда он запустил руку в разрез ее платья и провел ей по бедру, не переставая ее целовать. Он слышал стук ее сердца, ловил ее частые выдохи и чувствовал, как теряет связь с реальностью. А это было новым. Он лишь успел отметить это и забыть на время.