Платью не повезло… Тратить время на борьбу со сложными завязками и крючками он не стал. Вернее, уже не мог. Треск дорогой ткани затерялся в ее вскрике, когда он прикусил кожу на ее шее. А в следующий миг он уже освободил ее от бесполезной тряпочки, и теперь жадно любовался ее умопомрачительными изгибами, белизной кожи, которая на фоне его смуглой казалась чистым снегом, совершенными формами вздрагивающей маленькой груди… Теперь пришло время ему нервно сглатывать.
Девушка робко улыбнулась, заметив восхищение на его лице и благодарно огладила его руки, которыми он упирался с обеих сторон. Ааргард усмехнулся, жалея, что у нее не было столько сил, чтобы также стремительно избавить его от одежды, поэтому пришлось оторваться от нее.
Вернувшись, он навис над ней, вновь оперевшись руками с обеих сторон ее головы и пристально вгляделся в ее лицо. Кирана заморгала, не выдерживая его взгляда, а почувствовав его плоть, готовую ворваться в нее, прикрыла глаза полностью. Но тут же подалась ему на встречу и вновь робко его поцеловала. И это было так приятно, что Ааргард на этот раз замер, прикрыв глаза, не спеша прерывать ее. Смутное понимание происходящего прошило его насквозь, а в груди начала зарождаться тревога… Только назад уже дороги не было.
Он шумно вдохнул и рванулся внутрь нее. Все смешалось в этом мгновении: ее хриплый вскрик, его боль и злость… На себя, на нее… Первый! Он был у нее первый! Дракон застонал и замер. Внутри взревел шквал эмоций, но все они стремительно меркли на фоне основной: страх за эту бестолковую девчонку. Он не готов был делать ей больно!
Интриганка наконец открыла на него полные слез и чувства страха глаза. И он неожиданно для себя ободряюще ей улыбнулся, покачав головой. Кирана виновато закусила губы и уткнулась лбом ему в плечо.
Он осторожно двинулся внутри нее, чутко прислушиваясь. Жгучее желание деликатно переждало в сторонке метания ума, без которых нельзя было оставить произошедшее, но тут же вернулось, оценив ситуацию в свою пользу. Ааргард еле сдерживался, чтобы не потерять голову и не сорваться в такой необходимый ему быстрый ритм. Он чувствовал, как плотно сжимается все внутри нее, как медленно впускает его… И от этого перед глазами начинали прыгать кровавые искры. Он тяжело дышал, напрягая мышцы, лишь бы не причинить ей еще больше боли.
Но когда вдруг она подалась ему навстречу, не пойми из каких соображений, струна внутри него лопнула. Он с силой вошел в нее в очередной раз и впился в ее распахнутый влажный рот своими губами. Ее крик распалял его еще больше. Кирана изгибалась всем телом под ним, но не старалась, вопреки здравому смыслу, сбросить его, а лишь жадно подавалась ему навстречу.
Волна горячего удовольствия наконец скрутила все мышцы в тугой узел, напоминая ощущение падения с головокружительной высоты. Легкие жгло, как от быстрого полета. Он закрыл глаза, пытаясь прийти в себя, но выходило плохо. Он чувствовал, что ее также бьет дрожь, и поспешил крепко сжать ее в объятьях.
В реальный мир его вернул ее смущенный шепот:
— Прости…
Он упирался подбородком в ее макушку, еще более явственно чувствуя цветочный аромат ее волос и почему-то улыбался.
«Идиот», — пронеслось самокритичное в голове. Что было делать дальше? Орать на нее? А может на себя? Пойти бы убиться об скалы, только вряд ли это засчитается в качестве жертвенного порыва…
— Бывает, — вырвалось вдруг глупое. Чувствовал вопреки всему он себя прекрасно. А потом пришло осознание, что ничего хуже в его жизни все равно быть уже не может. Он потянул ее за волосы, запрокидывая ее голову, и нежно поцеловал растерянную девушку. Потом направился включить воду в ванной. Когда он вернулся, обнаружил Кирану, сидящую на кровати с прижатыми к груди коленками.
— Тебе больно? — обеспокоенно спросил он, садясь рядом и заглядывая в ее глаза.
Она отрицательно мотнула головой.
— Тогда что?
— Я хочу, чтобы ты знал, что я сделала это без какой-либо дурной цели… Просто мне захотелось.
Ее голос сочился королевским величием и спокойствием.
— И ты мне ничего не должен, и… — она наконец подняла на него глаза, — в общем, прости, пожалуйста…
Он поднял бровь, качая головой.
— Все сказала? — хрипло поинтересовался он. — Пошли.
Он подхватил взвизгнувшую девушку на руки и понес в ванную.
— Решать, кто, кому, и что должен, буду я, — мягко, но не допуская возражений, сообщил он. — Понятно?
Кирана заворожено кивнула.
— Хорошо.
Он усадил девушку в приятную горячую воду и залез следом. Вода как будто смущенно вспыхнула розовым…