Через двадцать минут шведский король был уже на другом берегу, хотя ступил на него лишь четвертым, что весьма его раздосадовало. Карл сразу же выгрузил пушки и бросился в атаку на неприятеля, каковой, ослепленный дымом, ответствовал ему лишь редкими беспорядочными выстрелами. Когда ветер рассеял сей дымный туман, саксонцы к своему ужасу увидели прямо перед собой наступающего на них шведского короля: в неизменном темно-голубом мундире и низенькой треуголке Карл, вскочивший на коня, размахивал длинной саблей, лично возглавляя атаку.
— Шведы! Шведы! Сам Карл! — закричали немцы, вскидывая свои фузеи.
Штейнау также вскочил на коня. Фельдмаршалу удалось погасить начавшуюся было панику и суету…
Шведы тем временем огнем орудий и фузей распылили пехоту Отто Пайкуля, но понтонный мост Дальберга, увы, сломался, его отнесло течением, и кавалерия не смогла переправиться. Первыми на левый берег Двины ступили лейб-гвардейцы с гренадерским батальоном. За ними со штыками наперевес бежали вестманландцы, уппландцы и далекарлийцы. Палисадные заграждения саксонцев были преодолены с ходу, и захваченный плацдарм по приказу генерал-майора фон Ливена быстро обнесли линией испанских рогаток.
— Нушна дьелать всье бистро! — кричал по-шведски с сильным акцентом немецкий генерал фон Ливен. — Нушна успеть до атака Пайкуля!..
Высадка шведской армии под Ригой
Через несколько минут белые мундиры саксонцев появились у плацдарма. Пехота шла в центре, а великолепные в своем величии и блеске брони и шлемов кирасиры — по флангам. Они, обнажая палаши, с криками бросились в атаку. Шведская пехота, уже высадившаяся, не успела построиться в боевой порядок, как в ее ряды с гиканьем врезались кирасиры. То курляндский герцог Стенау повел на десант Карла отборную кавалерию. Синие ряды шведских солдат, беспорядочно отстреливаясь и выставляя в конские морды длинные копья, под натиском тяжелой кавалерии были отброшены назад в реку. Микола Кмитич и Жигимонт Врангель уже также были здесь. Они тоже очутились по колено в воде, лихорадочно строя смешавшихся солдат.
— Дело дрянь! — кричал Микола князю Врангелю…
Но тут словно из-под воды выскочил Карл. Он со шпагой в руке, уже спешившись, как и при десанте в Дании, бежал вдоль берега прямо туда, где по колено в воде стояли солдаты в синих камзолах с желтыми манжетами, отбиваясь и отстреливаясь от наскоков огромных всадников в черных кирасах поверх белой и лимонного цвета формы.
— Держать строй! Стоять твердо! Заряжай! — командовал Карл, размахивая шпагой. Неровный смятый строй пикенеров выровнялся, гренадеры воодушевились, выстроились, дали залп, отшвырнув саксонских всадников… Штейнау был отброшен, и шведы вышли-таки на берег в топкую теснину Спилвского луга… И вот уж удивительно! Похоже, потеря ботфорта стала доброй приметой для шведского короля: он вновь провалился, увязнув в теснине ухабов Спилве, выбрался, правда, сам, но вновь, как и под Нарвой, оставив в топкой грязи свой королевский ботфорт — наверное, обувь король подбирал на размер больше.
— Да что же это такое! — возмущался Карл, пока солдаты под руки выводили его на сухое место.
— Быстро сапог мне! — кричал король…
Теперь в смятении пребывали саксонцы. Видя это, Штейнау отвел их к месту, окруженному лесом и болотом, где находилась его единственная пушка. Здесь саксонцы построились и вновь пошли в атаку. Герцог курляндский ободрял их, выказывая чудеса храбрости: он трижды врывался в середину шведской гвардии, под ним убили одного коня, герцога оттащили, он сел на другого коня, вновь бросился на шведский строй, вновь упал его сраженный конь… И вот полупьяный от стрельбы, криков и падений герцог меняет уже третьего коня. Он вновь ведет своих кирасир в атаку… Но на этот раз сильный удар мушкета выбил Штейнау из седла. Шлем слетел с головы командира тяжелой саксонской кавалерии, а сам он потерял сознание… Однако двое кирасир, не обращая внимания на свистящие над головой пули, схватили герцога за руки и вытащили его полумертвого из-под копыт коней… Еще несколько минут — и строй саксонских кавалеристов окончательно был смят и скомкан. Кирасиры бросились бежать под огнем шведских фузей.
Здесь же распоряжался и шведский генерал Стенбок. В своем желтом камзоле и черной кирасе он мог бы быть принятым за упавшего с коня саксонского офицера. Отважный граф успел сплотить два батальона своего полка, к которому примкнула группа полка Кмитича с ним самим, и встретить неприятеля плотным огнем фузей… Берег Даугавы заволокло пороховым дымом. Залп следовал за залпом. Солдаты быстро перезаряжались и стреляли вновь… Пули косили саксонских кавалеристов, как коса траву… Поражение кавалерии Штейнау было полным.