- Я выпила целый пузырек сонного зелья. Хотела заснуть так крепко, чтобы больше никогда не просыпаться одной. А потом появились все эти странные люди. Они притащили меня сюда, к маме. Здесь была моя мама, представляешь? Я говорила с ней. Она просила, чтобы я больше так не расстраивалась из-за пустяков и постаралась забыть того, кто причинил мне столько боли. Но… моя мама умерла. Мы похоронили ее на кладбище за холмом. Я не понимаю, как я могу ее видеть. И еще этот странный тип. Чего он от меня хочет?
Герда оглянулась по сторонам и непонимающе уставилась на Майли.
- Ты о чем? Здесь никого нет.
- Как нет? Вот же он, сидит тут, рядом с нами. Как ты можешь его не видеть?
- Ты просто перенервничала, выпила какую-то гадость, вот и видится теперь всякое.
Герда взяла ее за руки, чтобы ободрить, и тут же ощутила замогильный холод. Над ней нависла черная тень. Герда подняла голову и увидела закутанную в длинный плащ фигуру. Она молча сидела на кровати возле Майли, словно чего-то ждала.
Гораздо больше Герду испугало странное шевеление в углу.
- Опять начинается, - простонала Майли, натягивая повыше одеяло.
Прямо из стены начали появляться полупрозрачные фигуры, самой яркой из которых была красивая женщина в пышном белом платье.
- Мама, - одними губами прошептала Майли.
- Привидения, Майли, это привидения. Они не живые! - испуганно вскрикнула Герда и, вскочив с кровати, попыталась потащить Майли за собой. - Надо убираться отсюда, слышишь?!
Призрачная женщина, мягко улыбаясь, подплыла к Майли. Та будто приросла к постели.
- П-привидений не бывает. Это бред сумасшедших, - странным безучастным голосом сказала хозяйка замка. - Мы все сошли с ума.
- Бежим, слышишь, бежим! - кричала Герда, безуспешно пытаясь сдвинуть ее с места. - Не сходи с ума. Привидения еще никому ничего хорошего не приносили!
На затылок упало что-то твердое и тяжелое. Герда как подкошенная рухнула на пол.
- Т-ты? - клацая зубами, спросила Майли. - Ты тоже п-привидение?
Глава 12. Черная роза
- Они нас сожгут, точно говорю, сожгут, - причитала Дугава, обхватив решетки руками.
- Скорее повесят. Убийц и разбойников обычно вешают, - хмуро заметил Ждан. Он стоял рядом в такой же позе.
Финист с безучастным видом устроился на соломе и созерцал потолок.
- Не понимаю, почему мастер Петрас заодно с ними, - из головы девушки никак не шла встреча с последним из рода Гедокшимска. - Ведь я видела его портрет в галерее предыдущих владельцев Будескайска, Стражей. Может, это какая-то хитрость. Может, он потом нас отпустит, когда все немного поуляжется. Ведь почему-то он не позволил дворецкому убить нас с самого начала. Значит, не все потеряно.
- Я бы на это не рассчитывал, - нехотя отозвался Финист. - Даже в те времена, когда Стражей не преследовали, не все из них были хорошими людьми. А эти Гедокшимска, мне про них еще бабка рассказывала. Точнее, не про них, а про Главу Стражей Ливонии: она не знала их родового имени, но все указывает на то, что это именно они - владельцы этого замка. Помните ту скверную историю, из-за которой вся западная окраина Веломовии на восстание поднялась?
- Да мало ли, тогда весь Мидгард бунтовал, - почесал затылок Ждан. - Убили, кажется, какую-то важную шишку.
- Именно. И произошло это не где-нибудь, а здесь. В те времена у нас уже начались гонения на Стражей, а на границе с Ливонией жил какой-то очень важный человек. Не знаю, что в нем было особенного, но Стражи очень боялись, что он попадет в руки Голубых Капюшонов и решили положить все усилия, чтобы переправить его в Нормандию. В сопровождение ему собрали большой отряд. Мой отец был среди них. С огромным трудом им удалось пробиться в Ливонию, где они должны были остановиться на несколько дней, чтобы передохнуть в замке Главы Стражей этой страны - с ним обо всем было договорено заранее. Но здесь отряд уже ждали Защитники Паствы. Это он, Глава Стражей Ливонии, последний из Гедокшимска предал их, доложив обо всем в веломовский епископат.
- Зачем он это сделал? - ужаснулась Дугава.
- Не знаю. Может, у него были личные счеты с кем-то из отряда, а, может, просто жизнь свою спасал, кто сейчас скажет? Так вот, здесь произошло что-то ужасное. Всех убили, назад только мой отец вернулся. Он после этого стал сам не свой, молчаливый, угрюмый. Все планы вынашивал, как Заречье от единоверцев освободить, потому что, говорил, нелюди они и демонам, самым худшим из них, поклоняются. А когда народ у нас зашевелился, он в первых рядах на восстание пошел. За это его и спалили в Стольном на главной площади вместе с мамой моей - они везде, даже на войне неразлучны были.
Финист замолчал - в горле ком стал, как только он родителей начал вспоминать. И родню землю, некогда плодородную и благодатную, а теперь разоренную, сожженную дотла на таком же костре, какой поглотил его семью.
- Да… - после долгой паузы заключил он. - Не все Стражи были хорошими людьми, Дугава, какими их пытается изобразить компания Норн. Далеко не все из них были достаточно сильны и тем более умны, иначе они бы не проиграли.
- А что случилось с тем человеком, которого они везли в Нормандию? - Ждана распирало от любопытства, но Финист лишь пожал плечами.
- Мой отец дал клятву о неразглашении и так и не открыл никому этой тайны. Если кто и знает, что случилось с тем человеком, то это последний из Гедокшимска.
Финист снова замолчал. Ждану с Дугавой продолжать тему тоже совсем не хотелось. Надо было найти хоть маленький шанс освободиться. Не может быть, чтобы они зашли так далеко и потерпели неудачу сейчас, когда до Лапландии осталось рукой подать. Наверное, также чувствовали себя члены отряда Стражей, когда их застали врасплох Защитники Паствы. Ожидание казалось мукой еще хуже смерти. Финист встал и начал нервно расхаживать из угла в угол. Ждан устал подпирать собой решетку и уселся на сено, одним глазом наблюдая за Финистом. Дугава тоже сдалась и отошла от прохода.
- Хотя бы Герду не поймали, - сказала она, устраиваясь рядом со Жданом на соломе. - Она умная, может, придумает, как нас освободить.
- Я бы и на это не рассчитывал, - мрачно заметил Финист, выглядывая в проход. Оттуда доносились шаркающие шаги.
- В вашу клетку прибыло, крысята, - злорадно сказал показавшийся в коридоре дворецкий. Он отпер дверь кельи и бесцеремонно впихнул туда упирающуюся Герду.
- Поаккуратней можно?! - возмущенно воскликнула она, повалившись на Ждана с Дугавой от его толчка.
- Ого, ничего себе шишка! - воскликнул Финист, проверяя, все ли с Гердой в порядке. - Как тебя угораздило?
- Кто-то ударил сзади, я не видела, - ответила она, поморщившись от боли, когда коснулась рукой затылка.
- Вот теперь нам точно несдобровать, - мрачно заметил Ждан. - И угораздило тебя, Финист, спасти эту Майли. Теперь всем головой ответить придется.
- Кстати о Майли, я ее видела. Она жива. И дворецкий прекрасно об этом знает. Они держат ее где-то в потайном ходе под замком, а привидения ее сторожат. Я сама их видела. Они были такие странные, полупрозрачные, бррр!
Финист перестал бродить по келье, как запертая в клетку саблезубая кошка, и задумчиво уставился на Герду.
- А еще я нашла книгу, в которой описан один ритуал. Вот, - девушка достала из-за пазухи захваченный из библиотеки томик и начала читать: - “В ночь кровавой луны возложи на алтарь смерти нераспустившийся бутон черной розы и с последней каплей ее крови ты обретешь власть над непобедимой армией бессмертных воинов”. Понимаете? Кровавая луна - это затмение. Оно будет этой ночью. Кто-то собирает армию привидений! Знать бы еще, что это за таинственная черная роза.
Финист громко поперхнулся.
- Что с тобой? - встревожено спросила Дугава.
- В горле запершило, - не слишком искренне ответил тот.
От расспросов Финиста спасло появления дворецкого, которого сопровождала небольшая группа охранников.
- Пришел ваш час, голубчики, - дворецкий снова изобразил зловещую ухмылку. В его исполнении она не выглядела особенно впечатляющей, а вот до зубов вооруженные охранники за его спиной действительно вызывали опасения. - Сейчас вы ответите за все!