Вышел из комнаты, запер дверь и спустился на первый этаж. На улице шел снег и дул холодный ветер. Гном поежился и посильнее натянул на глаза шапку. Надел перчатки. Все видимое пространство успело не плохо замести, крыши многочисленных кирпичных и деревянных построек покрывали снежные шапки. Вообще, весь стаб был похож на вырванный кусок какого-то постсоветского городка — невысокие панельные и кирпичные дома, частный сектор по соседству, двухэтажные деревянные бараки, ровные чистые дороги и даже тротуар вдоль них. Очевидно что Камчатка когда-то перенеслась в Улей как и любой другой кластер, но в отличие от них, осталась здесь на долгие годы, приютив в себе большое количество иммунных.
Тут и там по дорогам проезжали обвешанные металлом броневики и пикапы с пулеметами в кузовах. Люди бродили здесь открыто — по одному или группой. Слышались разговоры, кто-то смеялся и рассказывал что получилось унести с прошлого рейда. Встречались и люди с совершенно потерянным взглядом. Они крутили головами, сверялись с небольшой картой зажатой в руках и шли в нужную сторону по своим делам. Свежаки. Гному же карта уже не требовалась — тех нескольких минут изучения рисунка местности было достаточно чтобы его запомнить. Увлечение альпинизмом и прочими видами экстремального отдыха не плохо помогло развить память и способность ориентироваться на местности.
Он немного постоял возле подъезда любуясь новым для себя пейзажем, обдумал маршрут и вышел на расчищенный от снега тротуар, как вдруг, послышался приглушённый звук чем-то отдаленно напоминающий сирену, а из громкоговорителя висящего на столбе раздался женский голос:
— Внимание! Всем рейдерам срочно собраться на главной площади. Это не учебная тревога. Сход лавины близ поселка. Ожидается наплыв заражённых. Предварительный код «фиолетовый». Внимание…
Дальше голос начал раз за разом повторять одну и ту же информацию по кругу, но это и не требовалось. Все кто был на улице побросали свои дела и помчались в сторону площади. И впрямь, дисциплина в стабе была на высоком уровне.
Что ему было делать без оружия в месте где вскоре ожидался «наплыв заражённых» Гном не знал, но решил что поход к знахарю может немного подождать. Если дело примет серьезный оборот, то оружие взять можно будет уже в процессе — с трупов тех, кому повезет меньше чем ему. Гном уже так делал и не чувствовал себя при этом мародерам. Это ведь делалось не ради наживы, а для выживания и защиты стаба.
Пройдя пару «кварталов» — кубов из четырех и более построек, обнесенных вычищенной от снега асфальтированной дорогой, Гном добрался до площади и удивился количеству людей пришедших по первому требованию. На вскидку, здесь собралось человек сто и это были только те, кто оказался рядом, не находился в рейде, не занимался бытовыми нуждами Камчатки или уже нёс боевую вахту.
В течении получаса, народу набралось в два раза больше. Постепенно толпа делилась на отдельные группы по двадцать человек, в которых назначался или крепился из вне один командир.
— Гражданский? — спросил кто-то слева.
Гном повернулся и посмотрел на девушку в белом пуховике и большими зелёными глазами. Рассмотреть остальные части тела неизвестной особы он не мог из-за мешковатой одежды и маски на лице. За спиной висела массивная снайперская винтовка с огромным оптическим прицелом. Держала она ее столь легко, будто это был обычный клатч с пудреницей внутри, а не тяжеленная бандура для убийства на дальних дистанциях.
— Новенький, — развел руками Гном, — пошел оформлять документы, а тут такое.
— Тогда либо скорее иди получай их и забирай оружие с КПП, либо сиди в комнате и молись о том, чтобы все закончилось хорошо. Без оружия здесь делать нечего.
— Я подумал что смогу чем-нибудь… — начал было Гном, но тут же осекся, вспомнив недавний разговор с лысым командиром отряда моряков, — м-да. Тогда я пошел к паспортисту?
— Иди-иди, — улыбнулась уголками глаз девушка, — этот хлыщ наверняка у себя. Не любит он из своей норы вылезать.
— Тогда — до встречи, — махнул на прощание Гном и развернулся чтобы уйти, но его снова окликнула та же девушка:
— Эй! Если все закончится хорошо, — донёсся в спину её звонкий голос, — жди меня в баре часов в десять. Кое-что покажу. Тебе должно понравиться.