— Что же делать? Как противостоять такой мощи. — Отчаянно думал северный странник. — Я не могучий дракон, такой как Хал, чтобы на равных противостоять одному из князей Нави.
Внезапно парень поймал на себе мимолётный взгляд Кузьмы. Взгляд полный отчаяния и надежды. Надежды на него. На северного странника.
— О, высшие силы. — Взмолился мысленно Мишка, не переставая бороться за свою жизнь. — Помогите мне. Ребята надеются на меня. О, боги, молю помогите!
Но высшие силы молчали, а боги следовали их примеру. От этого на душе становилось всё больнее, горечь заполняла сердце, и странник уже почти утонул в пучине отчаяния.
— Я слабак. Слабак не способный даже нескольких минут выиграть. Как же мне быть? Что делать?
— Возьми себя в руки. — Раздался внезапно внутренний голос и Мишка на миг воспрянул духом, подумав, что это боги откликнулись на его молитву. Но нет. Нет — они продолжали молчать. Вместо них заговорила древняя книга, спрятанная в его душе.
— Возьми себя в руки. — Холодно произнесла книга равнодушным тоном. — Смотри и слушай мудрость творца создавшего это мирозданье.
Перед внутренним взором в тот же миг стали всплывать буквы, которые складывались в слова. В слова, что монотонно, равнодушно читала книга, показывая мгновенья из прошлого Мишка.
— Ты, не отказавший умирающему в исполнении его последней воли. — И вот уже парень видит умирающего ректора на своих руках, что просить спасти его внучку.
— Ты, зараженный кровью навских князей. — И вот уже странник видит рану на своём пальце в захудалом женском монастыре.
— Ты, получивший в подарок щит ветра и доспехи предков — можешь и должен противостоять водному змею. — Говорила книга. — Щит Небара в твоих руках и кровь, его кровь в твоих венах, дают тебе право на управление ветром. Подумай. Хорошо подумай и подчини ветра Нави, достав из своего духа копьё ветра, что может призвать каждый, в ком течёт хоть капля крови воздушного змея.
Книга замолчала. Да и что ещё можно было добавить — ничего. Тем более, что Мишка уже перестал её слушать. Он вспомнил всё. Вспомнил тот миг, когда случайно заразился насвкой кровью. Кровью, что смешали семь навских князей в далёком монастыре, дабы похитить девушек. Без этой смешанной крови они никогда бы не смогли одновременно переместиться в одну и ту же точку из Нави в Явь. И вот теперь из-за пустяковой царапины их кровь струится по его жилам, став его частью, изменив его.
Мишка перестал сопротивляться потоку, и он понёс его прямо в озеро. Вместо того, чтобы плыть и спасаться парень отстегнул не без усилий маленький круглый щит со своего плеча, что гордо именовался — Щитом ветра. Поджал ноги, стараясь держаться на воде, словно поплавок и подставил под них щит, после чего направил на предмет экипировки поток собственного эфира.
— А я ещё удивлялся, в чем причина. — Проделывая технологию активации, думал Мишка. — У меня и так от рождения был большой эфирный потенциал, а после того, как чуждая кровь стала частью меня, он возрос неимоверно. Что это может значить? Он мутирует? Перестаёт быть человеком? Превращается в нечисть?
Щит среагировал на Мишкин эфир, пробудился, и из него вырвались могучие потоки ветра. Такие сильные, такие мощные потоки, что щит вылетел из водного потока, словно ядро из пушки, унося парня ввысь. В этот миг Мишка от всей души благодарил Егора за то, что воевода заставил его постоянно носить экзоскилет. Именно благодаря ему Мишка не свалился со щита во время прыжка из воды.
— Ишшш ты. — Недовольно прошипел Хлад, глядя как тот, кого именовали северным странником вырвался из под власти его эфирной атаки и теперь неуклюже балансировал на щите ветра.
Змею совершенно не нравилось то, что он наблюдал. Человечишка явно пытался совладать с навским щитом, и с каждой секундой это получалось у него всё лучше и лучше. Вот он уже не кувыркается на щите, рискуя сорваться и разбиться о землю. Вот он уже свободно парит на потоках ветра. А в следующую минуту не только парит на ветрах, но и использует их для защиты.
— Ледяные стрелы. — Прошипел Хлад и, подняв силой своего эфира в воздух мириады капель воды, заморозил их и направил на раздражающего человечка.
— Щит ветра! — Раздался человеческий писк, что грозным голосом даже не назвать, но потоки ветров послушались его. Встали непреодолимой стеной, сдувая ледяные капли прочь, и в этот миг Хлада словно молнией поразила догадка.