Прежде, чем Хранитель успел прибыть в Аэрис, Хейм напуганный объявившимся наследником, да еще и грязнокровкой, получившим силу сразу двух элементов, даже не пожелал выслушать советов матери и приближенных, и сам вынес вердикт несчастной Эрфин и ее сыну. Мать и дитя выволокли на главную площадь города, где Хейм самолично зачитал обвинительный приговор, не обращая внимания на крики и мольбы женщины и уговоры Логи. В минуту, когда копыта лошади Аннада коснулись каменной кладки Аэриса, палач вознес над головой Эрфин оружие. На глазах тысячи людей, отца и собственного сына наследница огненного народа была убита. Те, кто был на той площади уже отправились к отцам в звездные покои, но события того дня передаются из уст в уста от отцов сыновьям, от дедов внукам. Что-то путается и стирается из памяти. Кто-то говорит, что в руках у палача была железная секира, а кто-то, что алебарда из белого золота. Кто-то, что Эрфин плакала до последнего, а кто-то, что женщина гордо и достойно приняла смерть. И только все сходятся в одном — крик, который вырвался из груди Логи, когда палач опустил оружие, оглушил всех собравшихся. То был звериный рык, но никто никогда не слыша животное, способное на такое. Хрупкий на вид юноша, вырвался из хватки стражников и бросился к бездыханному телу матери. Поднялся ветер сильный и тревожный, а в небе засверкали молнии. Люди испуганно оглядывались на чернеющее небо, а Логи сидел, склонившись над тем, что ему осталось от Эрфин, а после поднял взгляд на толпу, и в главные ворота Аэриса врезался огромный огненный шар. Потом еще один упал прямо посреди площади, охватив рыжим пламенем окровавленное тело Эрфин. Огненный дождь лился с небес, словно проклятие. Народ Аэриса стал разбегаться и прятаться от неизвестной напасти. Кто-то падал, и его затаптывали, кому-то помогали и тянули в укрытие. На огненные шары продолжали сыпаться на город, уничтожая все на своём пути. Ветер раздувал огонь и разносил его по крышам домов и построек. Хейм вместе с матерью поспешил укрыться в замке, и только Логи сидел посреди пылающей площади и смеялся. Смеялся, как умалишенный, но глаза его были ясны.
Этот день стал началом страшных времен. Логи пропал и никто его не видел. Зато Аннад, прибывший в Аэрис за дочерью, которую казнили без его ведома, обвинил его молодого и своенравного правителя в неуважении ко всему огненному народу Игниса. Но когда Хейм, гордо выпятив, подбородок с только-только начавшей пробиваться щетиной, считал свое решение справедливым ко всем нарушившим закон Всеотца, и не должно просить прощения за правое дело. Тогда ослепленный яростью и болью потери вновь обретенной дочери Аннад, заявил, что Игнис разрывает мирные отношения с Аэрисом и отныне закрыт для его людей. И, предупредив, что за кровь наследницы Игниса Хейм поплатится собственной, удалился.
Этот день было принято считать днем началом Великой Войны. Первое время Хранители Земли и Воды — Эрес и Фирсур пытались утихомирить поднявшуюся бурю. Уговаривали братьев по короне решить все миром, избежав лишних жертв. Но Аннад, словно обезумел от горя и нанесенной обиды, а Хейм был слишком юн и горяч, чтобы прислушиваться к советам старших. Правители Терры и Ватна взывали к мудрости правителей и Всеотцу, но все их мольбы остались безответными. Аннад вел войско на Аэрис. А Всеотец был так разочарован своими детьми, что даже не нашел сил вмешаться. Или просто не захотел.
То была глупая и кровопролитная война. Из кинжалов обид, жал гордости и пустых смертей. Долгое время Терра и Ватна держались в стороне, пока армии Аннада и Вентуса были одинаково сильны и не продвинулись дальше приграничных линий, тесня друг друга то в сторону то одного города, то другого. Наблюдая за стихающими стычками двух народов, люди начали верить, что все скоро закончится и на землях снова наступит мир. И именно это время, когда надежда на примирение двух братьев, начавших понимать всю бессмысленность затеи, замаячила перед взором, выбрал Логи, чтобы вернуться. Вернуться, чтобы отомстить и наказать. Он явился, как гром среди ясного неба, ведя за собой армию огненных великанов, против которых не имел власти даже Аннад. Ведя за собой ураганы и разрушительные смерчи, неподвластные Хэйму. Логи — подросший и набравшийся сил, постигший силу, о которой хранители даже не имели представления, он, ослепленный ненавистью, сметал все на своем пути. Его целью перестал быть один Хэйм. Логи ненавидел всех — весь мир и его устои. Всеотца и его законы. Он стоял во главе своей смертоносной армии и улыбался, словно безумец, обещая стереть этот мир, который Всеотец так долго строил, а на его месте возвести свой собственный. Логи, правда, обезумел. И только новая угроза в его лице заставила бывших врагов стать союзниками, а отсиживающихся в стороне взять в руки оружие.
Мужчины шли в бой с копьями и мечами наголо, хранители призывали на помощь армиям силу элементов, а женщины молились Всеотцу. Но Логи лишь смеялся над их попытками и грел в ладонях огненные шары, создавал все новых и новых чудовищ — бесплотных, состоящих только из раскаленного воздуха и языков пламени, сеющих смерть и не знающих пощады.