Висишь, подтягиваясь с вздохом, Скрывая боль кривой улыбкой, И, оставаясь Сильным Богом, Решил вкусить и желчь, и пытки,
Прикрыв лишь глаз больные веки. Уже синеющие раны Зовут с Любовью человека Принять Святую Чашу Правды.
8.02.20
Крымский самоцвет
На крымском жарком черноморье У церкви в городке ФоросЗдесь на зеленом косогореКрест попрошайки нищий нес.
Ни то ни се, ни злой, ни добрый.К явленьям, посланным судьбой,Не хладен, не горяч, но теплый.Но жив в нем уголек святой.
На Литургии он молился,Смиренно стоя на крыльце,Чтоб и сегодня прокормиться,Да о покойнике отце.
За пропитаньем давний голодЕго в хозяйский сад привел...Навел ружье хозяин! В город Бежит. До берега добрел.
(Добро, на родине широкойЕсть Крым, дающий сочный плод.И наш бродяга босоногийЛишь фрукты ел десятый год.)
У моря голова прильнулаК груди Фороса жаркой. ИСлеза голодная блеснулаИ испарилась у земли.
И нищий плакал, унывая,Лицо закрыв руками. Он,Сухие плечи поднимая,Издал прискорбный, тихий стон.
Средь гальки грубой вдруг заметил В лучах сверкавший самоцвет! Как был он жив, как ярок, светел! Камней таких в природе нет.
Ах! Будто радуга вселилась, Живет, блистает на боках! Бродяги мысли оживились: "Да столько золота в руках
Не унести мне от продажи Находки чудной!" В тот же час Направился он к лесу с пляжа, В мечты душою погрузясь.
"Авось, снесло его волноюС земли турецких богачей?Как повстречался он со мною,Со мною, худшим из людей?
Давно лежал он здесь? Годами?От скольких рук он взял тепло?Какими проведет стезями Меня?" Что тут произошло!
Наш нищий бедный испугался,Остолбенел, похолодел:В лесу вдруг голосок раздался:"Эх ты, балда! Как ты посмел
Решиться на продажу Пэтри!?" (греч. "камень")Сидела прямо перед нимНа пышном и ветвистом кедреЛесная белка. И своим
По-человечьи грозным, яснымПроговорила языком:"Ах, если б знал ты! Ежечасно Тебя мы ждали! Стариком
Я стал, а все ж тебя дождался".Тот, не мигая, рот раскрыв,Как следствие, не разобрался,Не понял: этот сон правдив.
"Недалеко отсюда – Дива,Скала волшебная в камняхУ берега. На три обрываБольших взберись и сделай шаг.
И попадешь ты в дверь морскую,И проскользнешь ты меж камней,Не бойся! В залу золотуюТы явишься. Там средь царей..."
Тут белка пискнула, рванула,Взметнулась вверх. "Куда! Постой!"А та – молчок, хвостом махнула,Кричит на ветке расписной:
"Ах, что ты держишь, глупый! бедный! Сокровище судьбы живой!Ты, получивший дар бесценный,Его решил продать? Слепой!
Быстрей к скале, мой друг лохматый!Тебя мы ждали двести лет.Как будешь там, в Хрисо Палати, – (греч. "Золотой дворец")Бабуле передай привет!"
"Какая резвая зверюга... Еще и вольность в ней живет: Как мать, как давняя подруга Она со мной себя ведет.
И что за глупости о замке? Ах, я голодный – все обман, Под кипарисовою аркой Галлюцинации туман".
А ноги шли, шли к побережью,(Волшебный камень вел вперед)Но он не оставлял надеждыПоесть. Инжира синий плод,
И персик-мяч, и виноградаЛозы четыре, и гранат –Все взял. Душа бродяжья рада.Побрел взять судно напрокат.
Иосиф лодочник сегодняЖенился в третий раз, и былСчастливым, глупым, и свободноДавал он лодки. Ободрел
Наш тощий нищий, просит лодкуДоплыть до Дивы в Симеиз.Иосиф, почесав бородку,Сказал: "Плыви в большой круиз!"
Прекрасна южная граница, И ароматна и ярка! Здесь кипарисов вереницы, Смолистых сосен облака,
Здесь можжевельник на свиданье Ходил к магнолии весной, И в девственном очарованьи Она смущалась. Здесь покой
И сила в светло-серых скалах, Загадочность среди лесов. Но нищего не восхищала Чудесность крымских берегов,
Ведь он рожден на землях жарких.Дельфинов черных стая вдруг,За дно челнок на спины взявших,Его тащила! И из рук
Все фрукты в воду улетели;Бедняга еле усидел!Стремглав помчались, словно стрелы.Фонтан резвился на воде.
Чудесная картина, диво.От страха побледнел бедняк:В воде торчит большая глыба!И крепче с камнем сжал кулак.
"Мы расшибемся!" Лодка – в глыбу,А нищий бедный в этот мигВзлетел! Кричит! Летит на Диву,Известняка почти достиг...
Он опустился мягче шали.К скале прильнув, взглянул назад:Над ним бакланы воспаряли.Кружат, толкаются, кричат.
"Спасибо, умные созданья!Да только... как же высоко!"И доходяга в колебаньяхГлядел на воду. "Глубоко,
Большие камни там. Но что жеТерять мне? Только я боюсь".И Пэтри он сказал: "Похоже,Пришел твой час. Не трусь, не трусь!"