Может быть она спит и видит кошмарный сон? Всё это не может быть на самом деле? С ней? С Лили Эванс?
— Я могу убить тебя, — сказала она.
Северус продолжа смотреть на неё. Как всегда — с иронией.
— Это должно меня пугать?
— Это пугает меня.
Белый профиль, едва видимый из-под волны черных волос. Бровь насмешливо и вопросительно изогнулась.
Он забавляется? Ему смешно?
— Джеймс был прав: ты жалкая мерзкая ядовитая гадина, — в отчаянии прошептала Лили. — Ненавижу тебя, Северус Снейп! Трус! Лакейская душонка! Предатель!
Пламя из камина отразилось в черных застывших глазах юноши и казалось, будто адский огонь разгорается внутри его зрачков.
Лили резко швырнула в Сева агатовое кольцо и, если бы не его быстрая реакция, оно, вполне возможно, разбило бы ему лицо — перстень был достаточно для этого тяжёлым.
Стремительным, характерным только для него движением, похожим на рывок хищника, Северус приблизился к ней, до боли стиснув тонкие девичьи запястья.
Он говорил медленно, глядя на неё сверху вниз:
— Молодец, пыточное заклинание у тебя неплохо получилось. Хочешь, научу тебя ещё одной увлекательной игре? Кровавые оргии весьма в чести в нашем узком кругу. И уж лучше первым буду я, чем кто-нибудь другой, — он рассмеялся, наклоняясь к самому её уху и зашептал, вкрадчиво и интимно. — Тебе понравится, если я буду кричать от боли под твоими проклятиями? Что ты скажешь по поводу поцелуев напополам с кровью? Интересно узнать границу своих возможностей? А ещё интереснее узнать предел возможностей моих? Давай развлечёмся, раз уж ты снизошла любезно ворваться в мой скромный дом в такой час. Моя драгоценная, непорочная Лили…
Он засмеялся. Его тихий, низкий смех словно тёк по её коже. Как кровь.
Лили видела перед собой лица мамы, отцы, Билла и сестры.
Петуния никогда её не простит. Туни жива, но Лили потеряла её, пусть не так, как маму и папу, но потеряла.
И Северуса она потеряла. Давно.
Эта глумливая тварь, стоящая перед ней, поглотила её друга. Северус Тобиас Снейп — испорченный механизм. Она так и не смогла заметить, когда он успел превратиться в чудовище и следовала за ним, как и обещала — до конца.
И вот сейчас она тоже станет чудовищем.
— Ты причинил мне достаточно боли…мне кажется, что достаточно. Ты выбрал мрак за нас обоих. Тебе это казалось интересным. Я же всегда считала, что согласиться терпеть боль значит, изменить своему дару волшебника. Я неправильно всё понимала. Туни была права, права с первых дней. Нет никакого волшебного дара. Есть только проклятие. Так будем же прокляты оба. Авада Кедавра!
Несмотря на сжигающую её изнутри ненависть, почти осязаемую, Лили не верила, что у неё получится. Она никогда не была сильна в боевых заклинаниях. Её магия была созидательной, в не разрушительной.
Ядовито-зелёная плазма, сорвавшаяся с конца палочки, стала чёрным откровением.
Кто-то схватил Лили за руку, выворачивая, выкручивая её, сбивая проклятие с цели.
Северуса отшвырнуло в сторону, впечатывая в стену — возникнувший из ниоткуда Джеймс, буквально вытащил слизеринца из-под удара.
Смертельное заклятие Лили прошло в нескольких дюймах от обоих волшебников, ударившись о стену.
— Какого дракла?! — зарычал Грюм, с силой сжимая руку Лили, словно собирался выдернуть её из сустава. — В Азкабан захотела, дура?! — рявкнул он на неё. — Ты хоть понимаешь, что чуть не натворила?!
Она понимала. И Азкабан её не пугал. С самыми страшными дементорами Лили только что встретилась и он почти поглотил её душу.
Аврор прижал девушку к стенке, словно рассчитывал на борьбу. Но Лили не собиралась бороться. Она была благодарна, что её удержали. Что не дали ей стать убийцей.
Боже, если бы Джеймс и Аластор Грюм появились чуть позже, она бы его убила! Действительно убила!
— Поттер? — плюясь словами, зашипел Снейп. — Убери от меня руки и убирайся немедленно. Вон из моего дома.
— Он спас тебе жизнь, Нюнчик. Не в первый раз уже, как я слышал, — подал голос Грюм.
— Ни одного из вас я спасать себя не просил, — ледяным голосом бросил аврору Северус. — Мы тут неплохо развлекались и не нуждались в досадных помехах.
— Развлекались? Только не я, — слабым голосом прошептала Лили.
Северус обернулся к ней и смерил её взглядом, как ни странно, без той доли яда, на которую Лили вправе была рассчитывать.
И снова рука Джеймса услужливо не дала ей упасть — Поттер, как всегда, был рядом, заботливо поддерживая.
Лицо Северуса начало яростно искажаться, будто маска холодного безразличия, которую он столь успешно носил сутками, начала соскальзывать с его лица.
— Я уже сказал вам всем: убирайтес из моего дома. Священное право собственности в Англии ещё никто не отменял.
Джеймс потянул Лили за собой. Она последовала за ним послушно, как ребёнок.
— Подожди, Поттер! — окликнул Снейп.
Он перекинул Поттеру зловещее кольцо с черным агатом:
— Отдай своему Бродяге, пусть вернёт его кузине, или кем там ему приходится наша Белладона. Раз уж эта чокнутая украла его, значит, оно ей для чего-то нужно.
Поттер машинально поймал кольцо, повертел в пальцах, пожал плечами и положил на стол, невесело хмыкнув:
— Оно свою роль уже отыграло. Тебя ведь не было с Вальпургиевыми рыцарями, когда они убивали родителей Лили?
Лили видела, как дёрнулся, отшатываясь, Северус, поднимая на неё глаза, в которых молнией свернуло понимание.
— Я так и думал, что не было, — удовлетворённо кивнул Джеймс. — А вот кольцо уверило Лили, что был.
— Мне не нужны ваши объяснения. Они мне попросту не интересны. Напоминаю, что ни сколько вас не задерживаю, — процедил Снейп сквозь зубы.
Лили в последний раз встретилась с ним глазами. Что-то отдалённое напоминающее облегчение от мысли, что Северус не убивал её родителей шевельнулось в её душе, но стыд за свой собственный поступок гасил свет в её душе.
Так или иначе, Темный Лорд поставил на ней Тёмную метку.
Старая ненависть, былая вражда, распятая на обидах и недопонимании любовь, всё это стремительно пролетело и кануло в прошлое.
Единственное, что Лили продолжала ещё чувствовать, это тепло руки Джеймса, державшего её за локоть.
На пороге она обернулась.
Воздух казался холодным и вязким, как вода, в которой когда-то они с Нарциссой чуть не утонули.
Северус стоял у стола, длинный и тонкий, похожий на зловещего ворона, сложившего крылья.
Не нужно было заигрывать с Тьмой, ненужно было танцевать над бездной. Теперь Лили это знает.
Хотим мы того или нет, Бездна опустошает даже самых светлых и сильных.
Волдеморт разбил её иллюзорный мир.
Жизнь, во всех её ярких красках, отступила, как волна, оставив Лили задыхаться на узкой полосе соленого песка.
В гостиной Эвансов с детства любимая балерина на табакерке отца оказалась разбитой вдребезги.
Четвертый труп, который полицейские не заметили.
Глава 39
Жизнь после смерти
Высокая, тонкая женщина поднялась навстречу, стоило Лили вслед за Джеймсом и мистером Грюмом перешагнула порог гостиной родительского дома.
Незнакомка с первого взгляда внушала доверие. О таких женщинах говорят — истинная леди. Черное шёлковое платье с округлым вырезом у шеи оживлялось единственным кулоном на длинной серебряной цепочке. Густые, блестящие волосы были уложены на затылке в классический пучок-ракушку, впереди обрамляя лицо мягкими естественными волнами. На белом лице выделялись тонкие черные брови и проницательные карие глаза, опушенные шелковистыми длинными ресницами.
Сходство незнакомки с Блэками было ярким, неоспоримым, оно не оставляло сомнений.
— Я Дорея Поттер, — представилась дама, протягивая Лили руку для рукопожатия. — Примите мои извинения за неожиданный визит, мисс Эванс, за то, что я позволила себе явиться в ваш дом без приглашения. Прекрасно осознаю, насколько это может показаться неуместным. Но мистер Дамблдор поставил меня в известность о несчастии, постигшем вас. Он попросил моей помощи, а я не захотела ему отказать, ведь мой сын Джеймс так много рассказывал о вас, что у меня возникло чувство, будто мы с вами друзья. Вот я и поспешила прибыть в ваш дом в надежде быть полезной.