Эдвин увернулся от ответного заклятия. Оно отразилось от стены и полетело в меня. Успела его погасить и поставить на виконта щит. Из-под прикрытия Эдвин пытался пробить заслоны врага. Тот отступал, прикрывая себя и напарника. Бой медленно вывел нас в более широкий коридор. Магия искрила, заклятия шипели, разбивались о бесплотные щиты, рассыпались огненными брызгами. Пыльный воздух пах гарью и дрожал от напряжения.
Нас не атаковали. Один инквизитор, высокий и крупный, прикрывал себя и другого щитами, все силы бросив на это. По бледному лицу здоровяка струился пот. Сдерживать натиск виконта, даже ослабленного недавним ритуалом, было трудно. Я ждала, что второй инквизитор, долговязый и костлявый на вид, попытается отбиваться. Как это делал Эдвин из-под щитов. Но инквизитор недвижно стоял у стены, закатив глаза, молитвенно сложив руки на груди. Он явно был слабей здоровяка по силе дара, но Эдвин пытался дотянуться именно до него. Серьезный противник виконта не интересовал. Однако пробиться к долговязому не помог и яростный напор.
— Теперь Великий магистр знает, что мы нашли Софи Лантер и Эдвина Миньера, — насмешливый голос долговязого, вынырнувшего из транса, был мне знаком. Как и его дар.
Вместе они отозвались в душе ненавистью.
Я вглядывалась в лицо мужчины, прячущегося за здоровяком, и пыталась понять, почему этот белобрысый маг так на меня действует. Помог беззаботный магический фонарь, проплывший над головами врагов. Его свет, как оранжевое пламя факела, осветил мага справа.
И я вспомнила, где видела этого инквизитора в последний раз.
В заснеженной деревне. За спиной у рыцаря, убившего Анри. Жажда мести, жажда крови затмили разум. Я не заботилась о щитах. Они рассеялись. Мне нужен был только подонок, помогший убить моего брата.
Заслоны инквизиторов пробила быстро. С двух ударов.
Здоровяк пробовал удержать сгорающие, словно бумага, щиты. В его пальцах искрила магия. Я была быстрей. Мое заклинание вплелось в волшебство инквизитора, изменило его. Через считанные мгновения здоровяк катался по полу, прижимая к груди сожженные до локтей руки. Краем глаза видела, что его добил Эдвин.
Долговязый застыл в немом крике, вцепился пальцами в стену и даже не пытался защищаться. В распахнутых глазах читался животный ужас. Но в последний момент, когда я направила указательные пальцы магу в грудь, он стряхнул оцепенение и бросился бежать.
Я поймала его магией за ноги. Сильно дернула. Он упал лицом на каменный пол, что-то хрустнуло. Маг заорал. По плитам растекалась кровь.
Он пытался перевернуться на спину, посмотреть на меня. Не позволила. Он просил пощады, умолял не убивать. По мраморным плитам медленно растекалась прозрачная, резко пахнущая лужа.
Короткое заклинание. Магия, когтями впивающаяся в спину дергающегося и скулящего инквизитора. Кашель, кровавая пена из разодранных заклятием легких.
Я стояла перед трупом. Стальные, блестящие когти, бывшие продолжением моих рук, померкли. Мигнул и погас магический фонарь. Тут же зажегся другой.
Я будто только тогда очнулась и осознала, что сделала.
Отшатнулась, вдруг оказалась в объятиях виконта.
Вцепилась в него обеими руками. Меня била дрожь, ноги подкашивались. От резерва осталось значительно меньше половины, и я с ужасом понимала, что не знала тех заклинаний, которые только что использовала. После таких открытий времени, чтобы успокоиться, понадобилось много. — Что он тебе сделал? — тихо спросил Эдвин, все еще прижимая меня к себе.
— Он помог убить Анри, — выдохнула я.
— Понятно. А откуда знаешь такую эльфийскую магию? — тем же ровным тоном поинтересовался он.
— "Такую"? — насторожившись, уточнила я.
— Да, такую. Того же уровня, что покров Навэнны. Разработанную и предназначенную для магов, охраняющих эльфийского Владыку, — неправдоподобно спокойно пояснил Эдвин.
— Если скажу, что само сплелось, поверишь?
— Постараюсь, — он неожиданно усмехнулся и чуть крепче прижал меня к себе. — Иди, посиди вон там.
Он махнул рукой куда-то.
— Подальше отсюда. А я поищу у них артефакты. Они не могли без запасов отправиться ловить двух опасных преступников. Тем более мы нужны им живыми.
— Я не сдамся живой, — всхлипнула, все еще цепляясь за виконта.
— Я тоже, — заверил он, погладив меня по голове. Движение было ласковым, но Эдвин говорил решительно и твердо, каждое слово было приказом. — Нам нужно восстановиться. Эти двое нас истощили. Посиди, передохни немного. Попробуй почувствовать троих оставшихся.