- Если Адриан приказал меня убить – почему не убиваешь? Он же твой «духовный лидер»?
- Не, я, в отличие от Шиверы, знаю Адриана еще с завоевания Сегерона. Я был капитаном при его армии. Тогда он носил имя Адмирал-магистр Адриан Верлантис. Да-а, старые кошмары. Война! Я вижу ее и в твоих глазах, Томас Аарон. Я уважаю адмирала, но служу лишь Пифии. А Пифия велела не убивать тебя. Ни при каких обстоятельствах.
Я залпом выпил самогон и скривился от жжения в горле. Приятный жар растекся по телу, ударив в голову парами алкоголя. Пойло было что-надо. Почти как Черновересковый мед, только чуть грубее и с неприятным ягодным привкусом. Когда спазм прошел, пришло время вопросов:
- Давай-ка с самого начала. Кто вы, даэдра разорви, такие?
Григор хохотнул, повторно наполняя стаканы.
- Мы – последняя надежда Тедаса на спасение. Ты знаком с Песнью света?
- В общих чертах.
- Значит незнаком. Понятно. Конечно, я не такой великий оратор как Пифия, но попробую объяснить. Суть такая: Создатель отрекся от духов за их несовершенство и невозможность развиваться и творить. А потом он отрекся от смертных, за то, что, обретя способность развиваться и творить мы предпочли ему материальное выражение силы в лице драконов. Одни вечно славили его – он обиделся. Другие его послали куда подальше – он тоже обиделся. Вот и вышло так, что и Тедас и Тень – два мира, населенные брошенными детьми. Духи и даже демоны – наши кровные братья и сестры, ведь их, как и нас, сотворил Создатель.
- А этот ваш Создатель прям дева в брачном возрасте, - хохотнул я.
- Ха! Точно. Помоему, даже у дев брачного возраста голова лучше работает. Наш Создатель прям бог менструального безумия.
- Не очень-то ты уважаешь своего бога, - подметил я, делая крупный глоток. За окном кто-то засмеялся. Голос показался мне знакомым.
- А с чего мне его уважать? Этот кусок дерьма не ответил ни на одну мою молитву! Он вообще никому не отвечает. На кой черт нужен бог, которому без толку поклоняться?
- Но вы поклоняетесь ему? Слушай, Григор. Я никак не пойму ваших взаимоотношений с богами. Там, откуда я пришел…, - я осекся. Опьянение слишком уж развязывало язык, а я не хотел раскрывать потенциальному врагу всех карт.
Григор коварно улыбнулся.
- Не договаривай. Пифия велела не трогать твое прошлое. Она сказала – ты из какого-то Нирна. «Земли богов». Но отвечая на вопросы о себе, скажу так: я – совершенно новое существо. Не человек и не дух. Я – единое целое. То, что ты видишь – сама цель нашей веры. Но мы пока не можем преодолеть мутации. Пока что лишь Адриан смог слиться с духом и не превратится в ассиметричный кусок дерьма. Если хочешь простого ответа, то я - Григор Дрейн, тевинтерец, солдат, проповедник, сопоратти. Приятно познакомиться.
- Откуда Пифия знает такие вещи? – насторожился я. – Кто она, какая-то тевинетерская магистресса?
- О нет. Она оракул. Медиум. Вместилище, и наше самое могучее оружие. К слову об оружии, ее невозможно ранить ни мечом, ни магией. Никак. Вообще.
- Она из богов?
- Нет.
- Тогда не верю, - хмыкнул я. – Всех можно ранить и убить. Если знать, как.
- Видел наших храмовников?
Я кивнул, пригубив самогона.
- Половина их пришла из Гварена – нашей твердыни в Ферелдене. Когда верховная жрица Денерима отправила против нас три сотни храмовников, лишь Пифия встретилась с ними в бою у ворот города. Она победила их всех. Я сам видел, как закаленные лириумом клинки ломались о ее хрупкий стан. Видел, как рыцарь-командор Тариш обрушил на ее голову удар двуручного молота и оружие согнулось, даже не примяв ее волосы. Победив, она всех оставила в живых и после долгих убеждений и проповедей обратила в нашу веру. Они поняли: их ввели в заблуждение. Что Церкви Вал Руайо и Минратоса неверно истолковали Песнь Света. Собственно, они же и помогли нам заткнуть местных храмовников. Кто-то из здешних принял Обет, а кого-то вывесили вдоль дороги. Ты видел их горелые тела, когда въезжал, верно?
***
Григор позволил нам покинуть Лотеринг невредимыми, хоть награда за наши головы и заставила пустить слюну пару десятков ушлых беженцев. Шиверу я не увидел, да и не особо стремился. Что-то подсказывало – ее роль еще будет сыграна в моей судьбе. Вдобавок к припасам, мутант подарил нам своего пленника. Громадного мужика с фиолетовыми зрачками, белыми волосами и пепельной кожей. Он был не в себе, как мне тогда казалось.
И вот наша веселая компания двинулась в путь. Все естество требовало держать путь именно в Гварен. Встретить Пифию, получить ответы на вопросы, найти путь домой. Но я заставил себя следовать первоначальному плану. Я – Серый Страж и есть обязательства, оковы чести, вынуждающие действовать так, а не иначе. Адриан Горгона подождет. Пифия подождет.
Ведь пока что, «Путь меча» ведет на запад. В Рэдклиф.
Комментарий к Глава 11. Конец первого Акта.
Так! Перед вами глава - закругляшка. Вот что будет дальше: Произведение будет дробиться на акты, каждый в своей локации. Примерно так: 1 акт - пролог и посвящение. 2 акт - Рэдклиф. 3 - Башня магов. 4 - Орзамар. 5 - Гварен. 6 - Денерим и финал. Некоторые акты ради эксперимента и охвата большего количества событий будут писаться от третьего лица. К примеру Рэдклиф и Башня магов. Не во всех актах Довакин будет главным героем, но основное острие событий сосредоточится на нем.
Появится ли в фике еще один Довакин из другой вселенной? Возможно. Это будет либо Архимаг Коллегии Дарий “Призрак”, либо Верховная королева - тиран Хела Дрейксдоттир.
А первый акт подошел к концу. Пожелания, критика, срачь за ЛОР - все разрешаю, все приму к сведению. Только прошу без хамства, оскорблений и провокаций.
========== Акт II. Кровавая пророчица ==========
На него было тяжело смотреть. Некая сила острой иглой впивалась в лоб, создавая сверлящую агонию всякий раз, как глаза сталкивались с его взглядом. В комнате Инквизитора дрожали свечи, терзаемые невидимым глазу магическим потоком. Не хотелось дышать — его присутствие давило на грудь, рождало легкий звон в ушах.
— Тебе нездоровится, остроухая? — усмехнулся он. Как будто мог сохранить чувство юмора, став тем, кем он стал. Лавеллан судорожно сглотнула ком и решительно подняла взгляд на «Черного Дракона».
Он не казался ей старым, хоть некогда русые волосы обрели стойкий оттенок серебра. Глубокие морщины испещряли суровое, но не лишенное аристократического изящества лицо. Не носил доспехов, но его длинный камзол черно-бурого цвета с воротником из медвежьей шерсти казался внушительнее многих лат. Но больше поражал меч, свисающий с пояса. Простая, потертая рукоять, гарда со множеством скол. «Черный Дракон» улыбался, от чего горящие багровым пламенем вертикальные зрачки, казалось, сияли ярче обычного.
— Не буду врать, ваше присутствие… сложно выдерживать, Довакин. У меня нет опыта общения с богами.
— Я не бог, — усмехнулся Томас Аарон и, устало вздохнув, опустился в кресло напротив.
«Значит, хотя бы ноги у тебя устают, — с легким облегчением подумала Сальма»
— На самом деле есть лишь один бог: Создатель. А я — всего лишь человек, обладающий… — Довакин замялся, пытаясь подобрать нужное слово. — Способностями.
— Мне бы такие способности — горя бы не знала, — хохотнула Лавеллан.
— Бойся своих желаний, остроухая, — хмуро ответил тот.
— Ага. Довакин, вы, должно быть знаете: мы столкнулись с… существом. Адриан Горгона…
— И? Вы хотите, чтобы я выследил и убил его? Не получится. Я пытался и не раз. Не думаю, что в известных мирах отыщется оружие, способное уничтожить создание… его уровня. Уничтожить то, чем он стал не под силу обитателям материальных миров.
— Довакин…
— Зови меня Томас, милая.
— Томас… Мир в опасности. Адриан присягнул Корифею и…
Довакин загоготал, обескуражив Инквизитора. Смех не был поддельным. Раскаты богатырского хохота казались оглушающими в пожирающей покои тишине. На уголках глаз бога войны выступили слезы, он покраснел, с трудом подавляя хохот. Лавеллан прикусила язык, сдерживая раздражение. Все слишком сложно во всем, что касается этого посланца иных миров и его визави. В каждом донесении, в каждой легенде о великих героях «Пятого Мора» есть слова об Адриане «Кровавом Ангеле» и «Черном Драконе» Ферелдена, но эти кабацкие легенды полнились ложью. Мифы, и лишь этот пугающе могущественный, но все же человек, знал истину.