Олли учился на втором курсе, когда приказ Императора разлетелся по всей стране: «Искоренить пиратскую угрозу на корню». Вот так просто и лаконично было объявлено о мобилизации армии и строительстве военной флотилии. Разумеется, помимо пиратов была у подобных шагов и другая причина — Империя собиралась расширяться за пределы материка.
Оставшаяся, казалось бы, навсегда в прошлом мечта бороздить морские просторы снова становилась реальной и вполне достижимой. Олли прикладывал все силы, чтобы оказаться среди тех выпускников Академии, что пополнят ряды имперской армии. Оттуда до службы на флоте было уже и рукой подать!
Начало последнего курса встретило Ваймса ещё более радостными новостями: флот не только планировали комплектовать боевыми магами, на манер действовавшей армии, под них даже собирались строить специальные корабли! Когда к нему в руки попали первые наброски тяжелых фрегатов, Олли с трудом удержался от того, чтобы не завопить на весь учебный корпус от восторга. Массивные бронированные суда напоминали самые настоящие крепости. Магический реактор приводил в движение размашистые лопасти спаренных винтов, позволяя кораблю с лёгкостью следовать курсу даже в условиях сильного шторма. Такой машине не нужен был ветер, ей не была страшна непогода. То был уже истинный покоритель морей, а не жалкий исследователь.
— И знаешь, чем всё это кончилось? — спросил кузнец у сидевшего напротив гостя. Урри уже успел принести им второй чайник чая, а жар в кузнице немного поутих. Кадарр возился с заготовками на первом этаже, сопровождая историю своего создателя ритмичными звуками ударов.
— Даже и не представляю, — спайранец пожал плечами, — но мне почему-то кажется, что во флот ты так и не попал.
— Да, тут ты угадал, — кивнул Ваймс, глядя при этом куда-то в сторону, — первые корабли спустили на воду, а те с кем я учился, получили свои дипломы. Я же тем временем валялся в лазарете, день за днём собирая вокруг себя целый консилиум.
— Травма? — предположил наёмник.
— Если бы, — кузнец покачал головой, — просто в один прекрасный день я шёл по коридору в аудитории и бум! — Я уже валяюсь на мраморному полу. Следующие несколько недель пролетели мимо меня, я приходил в сознание всего пару раз. И самое жуткое — это когда никто не может сказать, что же с тобой не так. Даже всезнающие профессора Академии и члены Коллегии. Никто! Только смотрят на тебя, мычат что-то себе под нос, да разводят руками.
— Ну, сейчас ты вроде как в сознании и на моей памяти пыль с пола ещё не собирал. Выходит причину твоего состояния они всё же установить смогли? — заметил Сарен.
— Жаль, правда, что далеко не каждое знание оказывается полезным, — волшебник выглядел чрезвычайно мрачным, — они действительно выяснили, что со мной. Даже название этому придумали. «Синдром ранней смерти». Очень обнадеживающе, не находишь?
— Да уж, — наёмник не знал, как реагировать на подобное, — с чувством юмора у них всё было в порядке.
— Уж точно лучше, чем у меня со здоровьем, — Ваймс фыркнул и продолжил свой рассказ.
«Синдром ранней смерти» оказался чрезвычайно редким заболеванием. Оно не было наследственным и могло возникнуть практически у любого. Изучавшие состояние юноши волшебники так и не смогли установить взаимосвязь с чем-либо. Единственной оговоркой здесь было то, что проявлялась эта болезнь обычно в первые дни после рождения. У ребёнка отказывали внутренние органы и он погибал. Детская смертность, даже при всей своей трагичности, всё же не была чем-то из ряда вон выходящим, поэтому сразившая Ваймса болезнь до этого самого момента оставалась никому не известной. Но вот когда тело юного волшебника ни с того ни с сего вдруг отказалось работать, недуг этот наконец-то обратил на себя внимание научно-магического сообщества.
К счастью для Олли, они смогли найти для него решение. Однако отныне все способности Ваймса были подчинены лишь одной цели: заставлять мышцы сокращаться, кровь струиться по венам, а лёгкие — снова и снова качать воздух. Он был точно марионетка, но в то же время и кукловод. Целый год ушёл у него на то, чтобы заново научиться управлять своим телом. Дорога на флот к тому моменту ему уже была заказана. Как, впрочем, и вся магическая карьера в целом. Да что там, он даже не мог больше вернуться к себе домой — теперь ему требовалось всё время находиться рядом с сильными источниками магии, а единственным местом, где подобное было возможно, являлось вновь ставшее для него ненавистным Озеро Туманов.