Когда за Сареном закрылась входная дверь, Ваймс обошёл кузницу. Работа на сегодня была закончена. Магический контур, что проходил внутри стен, издал прощальное урчание и отключился. Следом за этим големы открыли затворки и вода из башни хлынула на раскалённые камни. Приятное шипение на пару минут заполнило всё пространство мастерской. Волшебнику нравился этот звук. Он означал, что ещё один день прошёл за работой.
Олли терпеть не мог безделье. Для него оно было неразрывно связано с той немощностью, на которую в своё время его обрекла болезнь. Именно через работу он смог вернуться к нормальной жизни тогда, и с тех пор непрестанно двигался вперёд.
Развязав пояс халата, он опустился в мягкое кресло. В мастерской сейчас царил полумрак, и волшебник задремал. Однако поспать ему так и не удалось. Сквозь опущенные веки Ваймс увидел пульсирующий свет, что доносился откуда-то со стола. Хотя почему же «откуда-то»? Он прекрасно знал, что это пульсирует и где именно находится. Вот только радости это вряд ли добавляло.
Кузнец недовольно заворчал. Он нехотя поднялся с кресла и взял со стола небольшой стеклянный шар. В своём обычном состоянии тот был прозрачным, но сейчас внутри него клубился туман, переливавшийся всеми цветами радуги. Сам же шар издавал лёгкие вибрации.
— А я уже думал было тебя выбросить за ненадобностью, — усмехнулся Ваймс. Теперь он разыскивал подставку, с которой шар и скатился, отправившись в вольные странствия по столу. Её он нашёл на другом конце комнаты. Как она туда угодила, оставалось только догадываться.
— Наверняка Урри смахнул во время уборки, — сам же ответил на этот вопрос кузнец.
Он водрузил шар на треногу и установил её на краю стола, а затем вернулся обратно в своё кресло.
— Конум! — Ваймс произнёс слово-активатор громко и отчётливо.
Артефакт повиновался — его поверхность тут же пошла множеством трещин, сквозь которые наружу начал сочиться густой туман. Казалось, что тот никогда не кончится и заполнит собой всю кузницу. Но прошло меньше минуты и шар погас, выпустив наружу своё содержимое. Аморфная масса некоторое время парила в воздухе, после чего приняла очертания человеческой фигуры. Сходство не было идеальным, но Олли и так прекрасно знал, кто связался с ним при помощи артефакта. Впрочем, это не отменяло того факта, что само по себе это событие было весьма удивительным и неожиданным. О чем он не замедлил сообщить своему гостю.
— Я никак не ожидал твоего визита этим вечером. Да и любым другим, собственно, тоже не ожидал. Здравствуй.
— И тебе не болеть, Ваймс, — ответил гость. Голос его был глубоким и раскатистым. Кроме того, из-за неизбежных искажений от использования артефакта, он звучал с небольшим эхо, отчего их разговор приобретал некоторое сходство со спиритическим сеансом.
— Стараюсь, ты же знаешь, — пожал плечами волшебник, — вот только с лекарствами в моём случае туговато.
— Знаю, — фигура едва заметно кивнула, — но я пришёл не за этим.
— Да, я в курсе того, насколько ты не ладишь с магией и всяческими артефактами. Для меня, право, большой сюрприз, что ты решился отойти от более традиционных методов связи.
— И на то у меня была веская причина, — гость помедлил немного и добавил, — война. Грядет война.
— Ну, такая себе новость, — волшебник хмыкнул, — за почти тысячу лет документированной истории наберётся, должно быть, не больше полутора десятков периодов мира и затишья. В остальное же время — кто-нибудь, где-нибудь, с кем-нибудь да и воюет.
Гость не ответил. Призрачная фигура стояла неподвижно. Только тянувший по полу сквозняк вызывал в тумане небольшие завихрения. Олли это не нравилось. Сказать по правде — сам факт их разговора не вызывал у кузнеца ровным счётом никаких позитивных эмоций. И дело тут было отнюдь не в неприязни к самому визитёру — как раз ему мужчина был рад. Однако Ваймс прекрасно понимал, что визит этот попросту не может закончиться ничем хорошим.
— Месяц назад кочевники пересекли восточную границу Империи, — гость нарушил молчание, — по состоянию на сегодняшний день, они уже преодолели большую часть расстояния до Озера Туманов. Не встретив никакого сопротивления со стороны армии.
— Что, прости? — волшебник уставился на своего собеседника в полнейшем недоумении, — это вообще как? Что делают пограничники? Где, черт возьми, прохлаждается Северный Легион?!